Василиса Мельницкая – Чудесные рецепты крестьянки-самозванки (страница 4)

– Не нужно меня запугивать. – Женщина расправила плечи. – Я уверена в своих сотрудниках.

– Вот и посмотрим. – Мужчина повел плечом и повернулся ко мне. – Я предпочел бы забрать вас сразу.

– Не так быстро, – вмешалась женщина. – Милочка, пойдемте с собой, надо оформить все документы.

– Мне только из гостиницы вещи забрать, – сказала я.

Как тут не верить в судьбу? И все Митька виноват. В поезде ему в туалет приспичило, и мы мало что живы остались, так еще и при чужих документах. А сейчас, если б не испачкался, мне не предложили бы это место.

Тут Митя, вероятно решив, что достаточно долго вел себя тихо и послушно, заканючил, что устал и хочет на ручки. Я подхватила его, не раздумывая. И тут же услышала за спиной:

– Позволь помочь.

– Помочь? – повернувшись, я с недоумением уставилась на мужчину.

– Могу подержать мальчика, – невозмутимо произнес он.

– Но он не пойдет на руки к незнакомцу…

– Афанасий Семенович Серов, – представился он. – Ты можешь Афанасием звать, а он – дядей Афанасием.

– Ульяна… А это Митя, – пробормотала я.

– Ну что, Митя, будешь за мамку держаться или пойдем ведомобиль смотреть? – усмехнувшись, обратился к сыну Афанасий.

– Ведомоби-и-ий? – Глаза у Мити тут же округлились, и он потянулся к Афанасию. – Идем!

Правда, в последний момент он все же вспомнил обо мне.

– Мама, можно? – спросил Митя.

И я его отпустила. Не иначе, как затмение нашло. Однако, оформляя документы, тревоги за сына я не испытывала. Афанасий казался мне надежным мужчиной.

К новому месту жительства мы, и правда, отправились на ведомобиле. Радости Мити не было предела. Он попискивал от восторга, глядя в окно на проплывающие мимо дома.

– Помочь вынести чемодан? – предложил Афанасий, остановив ведомобиль у гостиницы.

– Не стоит, – ответила я.

Я так ничего и не купила из одежды, сразу отправилась в агентство, оставив магазины на потом.

– Это все? – уточнил Афанасий, уставившись на саквояж. – Негусто.

– Так мы же на том поезде ехали, что в крушение попал, – сказала я. – Слышали, наверное? Чемодан там сгинул.

– Сама-то откуда?

– Ехали из Нижнего, а так-то потрепала жизнь…

Я понимала, что отвечать на такие вопросы придется, и заранее придумала ответы. Часть биографии взяла у погибшей Ульяны, чтобы соответствовать рекомендательным письмам. Часть – у себя, чтобы объяснить жизнь в скиту. Часть – выдумала.

За разговором не заметила, как мы выехали из города.

– Дом не в Москве? – испугалась я.

– В Малаховке, – сказал Афанасий. – Дачный дом, небольшой. Хозяин один живет. Я при нем.

Как-то поздно я сообразила, что еду с ребенком в дом, где живут двое мужчин. Не мне о репутации переживать, но все же…

Видимо, что-то эдакое отразилось на моем лице, потому что Афанасий добавил:

– Не обидит тебя никто, не переживай. Сама увидишь. И мальца сразу к хозяину не тащи, иначе он и шанса тебе не даст.

– А как же… – растерялась я.

– Увидишь, – загадочно повторил Афанасий.

Глава 5

Признаваться в том, что подслушивала, не хотелось, и я спросила у Афанасия, как зовут хозяина.

– Ты ж бумаги подписывала, – фыркнул он.

– В такой спешке, что прочитать толком не успела. – И это правда. – Я сейчас и к Чернобогу в служанки пошла бы.

– Оно и заметно, – согласился Афанасий. – Владияр Николаевич Юрьевский. Княжич. Генерал-майор в отставке. Слышала о нем?

– Э-э-э… Нет. Он старенький, да? Поэтому характер испортился?

– О характере знаешь, а имя впервые слышишь?

– Да там говорили… – смутилась я. – Что он всех гонит, что угодить ему трудно.

– А ты не угождай, – сказал Афанасий. – Дело свое делай, как умеешь. Там видно будет.

– Вы сказали, я и дня не продержусь.

– Скорее всего. Вот что… Мы почти на месте. Машину я во двор загоню, вас через черный вход проведу. Митьке вели вести себя тихо. Посидит на кухне, а я тебя к хозяину отведу, поздороваешься. Не пялься на него, вопросов не задавай. На все вопросы я отвечу. Поняла?

– Да. А если он о чем-то спросит?

– Спросит, ответишь. Но это навряд ли. Он и имени твоего не запомнит.

– Совсем старенький? – догадалась я. – Он один? Семьи нет? Дети не навещают?

Афанасий как-то странно булькнул: то ли смешок то был, то ли возмущение.

– Позже расскажу, – пообещал он.

Дачный поселок утопал в зелени. За причудливыми изгородями виднелись деревянные домики с верандами. При каждом – сад, а в нем плодовые деревья и цветники. Улица широкая, оживленная: то стайка ребятишек пробежит, то отдыхающие на велосипедах промчатся. На лужайке играли в лапту. Возле здания с вывеской «Библиотека» стояла тележка мороженщика.

Дача Юрьевского располагалась в конце тихой улочки. Случайные прохожие сюда, похоже, не забредали. Когда Афанасий открыл дверцу, чтобы выйти из ведомобиля, пахнуло флоксами.

– Митя, тут хорошо, правда? – спросила я сына.

– Да, – согласился он.

– Хочешь тут остаться?

– Хочу!

– Тогда веди себя хорошо, договорились?

– И побегать нельзя? – огорчился Митя.

– Можно, но не сразу. Сначала посиди тихо-тихо. Ладно?

– Ладно, – согласился он.

Афанасий открыл ворота. Из ведомобиля мы с Митей вышли на заднем дворе.

– Сюда, – показал он.

Черный ход вел на кухню. Я усадила Митю на табурет, а Афанасий неожиданно поставил на стол миску с пирожками.

– С капустой, – сказал он. – Ешь.

Еще и молока налил из глиняного кувшина.