Василиса Мельницкая – Чудесные куклы барышни-попаданки. Книга 2 (страница 36)
- Зачем она тебе? – усмехнулась Елизавета Павловна. – Она не твоя дочь. И смерть твоя будет бессмысленной, я все равно заберу Василису.
- Тогда зачем предлагать куклу? – спросила я.
- Лучше забери ее у меня. И мужа своего забери… из палат. Живите вместе. Долго и счастливо.
- Я не отдам Василису.
- Если не отдашь, куклу я предложу Владиславу. Проверим, на что он способен ради тебя.
- И он не отдаст ребенка.
- Зато отдаст что-нибудь другое. Например, собственную жизнь.
Если я хоть что-нибудь понимаю, она не может отобрать Василису силой. А я не хочу выбирать между дочерью и мужем.
- Я могу подумать? – поинтересовалась я.
Все, что угодно, чтобы потянуть время! Я должна придумать, как спасти обоих.
- Недолго, - согласилась Елизавета Павловна. – До конца конкурса. При условии, что Владислав не узнает о нашем разговоре.
Ничего, еще есть Владимир. И Лидия Алексеевна. И Добрыня. И Балор с Фреей! Вместе мы точно что-нибудь придумаем.
Глава без номера, или Как стать ведьмой
Инфанта с раннего детства слыла ребенком спокойным и послушным. Она не доставляла проблем дуэньям, а родители и вовсе не вспоминали о ее существовании, пока ей не исполнилось четырнадцать.
Чтению, письму и арифметике Элизабет обучалась в пансионе при монастыре. Также она брала уроки пения и рукоделия, но больше всего времени отводилось молитве.
Инфанта знала, что ее предназначение в том, чтобы выйти замуж, обязательно за гранда, быть послушной женой и благочестивой католичкой. Так ее наставляли.
Впервые представленная при дворе венценосных родителей, инфанта произвела фурор. Ею восхищались, ей отвели статус первой красавицы королевства. Ей завидовали. К ней сватались… лучшие из лучших. А родители выбрали ей мужа из страны, где поклоняются идолам. И пусть он был наследником престола, но…
Инфанту он отверг.
Ей не говорили прямо, шептались за спиной. Династический брак. Сделка, цена которой – выгодный союз между двумя державами. И если поначалу инфанта надеялась, что сумеет очаровать мужа и, возможно, даже полюбить…
Она хотела любить и быть любимой. Надеялась на уважение. А он…
Он любил другую женщину. И она ждала от него ребенка. Второго.
Инфанта пыталась отказаться от брака. Набралась смелости, и сказала отцу, что скажет «нет» перед алтарем. Ей объяснили, что права выбора у нее нет. И если брак не будет заключен, инфанта отправится в монастырь. Навечно.
В столь юном возрасте монастырские порядки, о коих инфанта знала не понаслышке, пугали. Позже, вспоминая об угрозе отца, уже не инфанта, но Великая Княгиня, горько сожалела, что не выбрала монастырь. Жизнь в молитве, посте и послушании, в лишениях и страданиях, казалась ей куда привлекательнее участи нелюбимой и ненужной жены.
Муж ее не обижал, если не считать обидой измену. Он соблюдал приличия, не отказывал в мелочах. Они вместе появлялись на официальных церемониях. И не ложились в одну постель. Муж планировал получить развод, сославшись на отсутствие совместных детей.
Ради брака юной инфанте пришлось отказаться от веры, приняв веру мужа. И от имени, что она получила при крещении. После обряда имянаречения Элизабет превратилась в Елизавету. Ближе всех ей показалась богиня Морена, первая жена Чернобога. Ей она стала служить. Ее алтарь она напоила кровью – своей собственной, кровью невинной девы.
Морена жертву не приняла, но оценила. Она взяла девушку под свою защиту, наделила темным даром ведьмы и научила, как наказать мужа.
- Ты можешь забрать у него то, что ему дорого, - сказала Морена. – Но тогда пострадаешь сама. В гневе он не пощадит твою жизнь. Пригрози забрать тех, кто ему дорог, и тогда он сделает все, о чем пожелаешь.
Так и вышло. Даже не пришлось прибегать к темному ведовству. Несколько «случайных» подарков любовнице. Не от себя лично, разумеется. Недомогание. Болезнь детей. Намеки, что сие – кара богов за прелюбодеяние. Опять же, не от себя, а от приближенных. И долгожданная беременность. Тут обычное зелье помогло, не приворотное, а иное, усиливающее влечение.
Счастье длилось ненадолго. У них родился первенец, и вскоре – второй сын. Муж любовницу… почти оставил. Почти. Елизавета допустила ошибку, увлеклась заботой о детях. И он…
Любовница понесла. Муж взбеленился, признал внебрачных детей. И младшего, самого любимого, стал привечать в их доме.
Владислава Елизавета ненавидела всем сердцем. И не зря! Когда ее старшенький получил проклятие, именно Владислава муж назначил в наследники. В обход их второго сына. И…
Морена уже не учила. План мести придумала Елизавета. С Марфой, теткой глупой Марьяны, их судьба свела. Та брата извести хотела, капиталы его к рукам прибрать. Похвасталась как-то, что в семье настоящий артефакт хранится – камушек с запечатанной душой, способный воскрешать мертвых. Поначалу Елизавета значения этому не придала, а вот после, когда Александр вернулся из той злополучной поездки к курганам, да обнаружилось проклятие…
Все и встало на свои места. И первый план был всем хорош!
Марфе удалось подкупить боярыню Яковлеву, в дом которой Марьяна хаживала к подружке. Роль ее племянника Мишаньки Алексей сыграл, под личиной Владислава. Поначалу Елизавета думала, что он отцом ребенка станет, да после поняла, что не сможет принести в жертву родную внучку, потому внешностью Владислава и воспользовалась. А после, как до дела дошло, им самим. Студиоза нетрудно напоить и под действие темного ведовства подвести, дабы слушался и делал, что велено. Главное, что наутро – полное забвение всего, что происходило ночью, головная боль и уверенность, что сие – от выпивки.
Марьяна забеременела. Брата Марфа извела, вовремя зелье особое подсунув, чтобы смерть естественной выглядела. Сердце не выдержало, дочка невинности до замужества лишилась и понесла. В это все поверили. А ребенка, как Марьяна родила, забрали, да спрятали, ей сказав, что он умер. И сама Марьяна после похорон отца слегла, опять же тетка постаралась. И умерла! Но вмешалась Лада. Спасла девчонку через куклу. То есть, подменила.
У Марфы в доме служанка доверенная была, она ту куклу и стащила. Тут уж Морена милость проявила, подсказала Елизавете, где и что искать. А вот камень заполучить не удалось.
Но время позволяло. Елизавета велела Марфе в доме брата не появляться. А после похищение подстроили и брак с тем же Владиславом, чтоб наверняка. Не оставила Елизавета мысли его извести.
И опять Елизавета все учесть не смогла. Судьба свела Владислава и Марьяну на острове, где находился жертвенный алтарь Чернобога. И треклятый мальчишка влюбился в купеческую дочь! Или то не судьба, а Лада?
Камень же ускользнул из рук. Его попросту не нашли в доме. Похоже, Марьяне удалось увезти его в сундуках, хотя все ее вещи проверили, и ничего не нашли.
И все сложилось к лучшему.
Кражу ребенка и ведовство приписали Марфе. А что до остального…
Александра вот удалось уговорить подыграть. Представить Марьяне, как ее любовника. Он, хоть и упертый, в отца пошел, но мать любит. И то, что Владислав простил, тоже хорошо. Значит, любит. Значит, согласится на любые условия, чтобы любимую спасти. И в острог пойдет, и на смерть. Марьяна же ради него камень сама принесет. И ребенка, в ком течет кровь рода. Не ее это ребенок, не родной, потому отдаст.
Елизавета и сама взяла бы, но не может. Девочка под защитой матери, то есть, Марьяны, и слово защиты Ладе дадено. То ведовство крепкое, и Морена помогать отказалась. А если силой забрать, так муж, пожалуй, и след возьмет нужный. Она и после Марфы едва сумела уйти от его ищеек. И рисковать снова…
Нет, Елизавета рискнет, если опять не сложится. Ради сына можно и жизнью пожертвовать.
Глава 33
Влад и сам толком не понимал, что ищет в библиотеке. То есть, проверить хотелось многое. Знания освежить, полезные книги для Марьяны отыскать. Но ведь все сразу не получится. А что самое важное? Защитить жену и дочь. И потому Влад перебирал карточки каталога в разделе «Кровь рода», потому как любому ведуну известно, что самая сильная защита та, что замешана на крови.
Вот только практически на каждой карточке стоял штамп закрытой секции, а то и вовсе запрет на выдачу или пометка «сожжена».
И вот какой в этом смысл?!
Разрешение на выдачу книг из закрытой секции получить можно, но муторно, если по правилам. А если нет, это опять с отцом объясняться. И непонятно, зачем уничтожать то, что может принести пользу.
Это злило. А еще то, что Добрыня не спешит с новостями.
О Марьяне Влад не забывал ни на мгновение. Он один знает, каких трудов стоило оставить ее вместе с Фреей. Ей он не доверял. Балору – чуть больше, да и то на уровне интуиции. Он будет помогать, пока Марьяна ему нужна. И, наверное, стоит ограничится тем, что может она. Не ощущал Влад уверенности, что брать на себя ответственность и освобождать фейри от тысячелетнего рабства – хорошая идея. Но с этим можно разобраться позже. Сейчас же хотелось убедиться, что Марьяна с ведовством справилась.
Вот в жену он верил. И Лада ее не оставит, поможет. Дар ее, потому с этим определенно поможет. А он…
Влад раздраженно закрыл очередной ящик с карточками. Осмотрелся в поисках библиотекаря. И тот появился из-за стеллажа, словно только этого и ждал. Не Белозар Гостомыслович, коего Влад знал с тех самых лет, как впервые переступил порог библиотеки, собранной не одним поколением ведунов. А незнакомец в кителе без знаков отличия. Цвет кителя, а также манера держаться, выдавали в нем бывшего военного. Он опирался на трость с набалдашником в виде лошадиной головы.