Василина Лебедева – Дар оборотней (страница 73)

– Если ты останешься здесь Аметринов, учти: что я глаз с тебя не спущу! Да и чем ты тут со своим эго собрался заниматься?

– Не перегибай следящий!– Зло, но приглушённо ответил Максим. В докладе к твоему начальству я всё изложу, так что это не твои проблемы, да и не в твоей компетенции.

Что ему ответил Артём, я не расслышала, а через пару минут, услышав удаляющиеся шаги, и вовсе метнулась обратно в зал. Стоило Максиму появиться тут же волнуясь, спросила:

– Зачем он приходил?

Муж нарочито безмятежно прошёл к дивану, удобно устроился и только потом, ответил:

– Не беспокойся моя хорошая. Это был мужской разговор, но всё решаемо. Только вот есть у меня одна просьба. Заметь Лия – не условие, просьба.

Кивнув, я приготовилась к чему угодно, но только не к тому, что он попросит меня уволиться.

– Но почему?– недоумённо всплеснула руками. Он же спокойно посмотрев на меня, терпеливо пояснил:

– Лия, ты оборотница. Лечишь людей. И даже не представляешь: какой опасности можешь подвергнуться.

– Да Максим, не понимаю. Сотни оборотней, нет тысячи – работают врачами и…

– Но они предпочитают лечить своих же Лия. В твоём случае в любой момент можно надавить на тебя и сбросить вину за любой несчастный случай в вашей лечебнице.

– Больнице,– автоматически поправила его, всё равно не понимая с чего он это взял.– Послушай, я проработала в этой больнице уже больше года. Не стану скрывать: случалось всякое, но есть документация, свидетели и если как ты говоришь…

– Лия,– он покачал головой,– какая же ты наивная, но,– тут же оправдался он, видя как я насупилась,– это не укор, это – прекрасно. Но ты же знаешь, что любой документ можно подделать, любого свидетеля купить и я бы слова тебе не сказал, работай ты с оборотнями, но с людьми другая история. Сейчас за каждым моим шагом будут наблюдать, а могут и надавить под угрозой очернить твоё имя.

– Он за этим приходил?– Ошарашено прошептала я, не веря что Артём на такое способен.

– Нет, он нет. А вот тот, кто сидит выше. Над ним – гнилой человек и именно его мысли твой бывший ухажёр сейчас озвучил мне, причём не буду врать, сомневаясь, и я иногда чувствовал в его запахе стыд, но скоро он сам поверит в то, что ему пытались донести и обучить. Его будут натаскивать на травлю. И предвидя твой вопрос, отвечу: его начальство, что сидит в Петрозаводске, очень жадное до денег и информации, которую можно продать. Поэтому Лия я и озвучил свою просьбу. Но я не тороплю тебя.

Кивнув, я пристроилась у него под боком, и он включил воспроизведение фильма дальше, только вечер уже был безнадёжно испорчен.

Ночью я проснулась в постели одна. С тяжело бьющимся сердцем вскочила и пробежавшись нашла Максима в зале, сидящего в наушниках и внимательно что-то читающего в ноутбуке. Видимо учуяв мой запах, тут же вскочил и с тревогой направился мне навстречу:

– Что случилось?

– Ничего,– мотнула головой, прижимаясь к нему,– просто проснулась, одна и стало так одиноко и страшно.

– Хорошая моя, Лия,– склонился, приникая к губам в нежном поцелуе.– Я работал. Устроил себе небольшой отпуск, а теперь приходиться навёрстывать упущенное.

– А чем ты занимаешься?– Заинтересованно посмотрела на экран ноутбука, где увидела несколько графиков с разноцветными кривыми – прям как в учебнике алгебры, вспомнилось почему-то.

Подведя меня к дивану и усадив на колени, прижал к себе, объясняя:

– Сейчас просматриваю сводки. А вообще консультирую по экономическим вопросам. Дело в том, что у меня хорошее чутьё на такого вида операции и я помогаю заключать сделки, как говорил уже консультирую – в общем, работаю с тем, что касается экономических вопросов.

– Я даже и не знала, что ты этим занимаешься,– вздохнула, понимая: что мало знаю о своём муже.

– Так для этого у нас есть вся жизнь моя хорошая,– он убрал прядку мне за ухо и одним движением поднялся вместе со мною, отнёс меня в спальню.– Давай я полежу с тобою, пока не уснёшь.

Ранним утром, я не стала будить Максима, который, скорее всего, работал до зари, а потихоньку закрыв все двери, оделась в зале, позавтракав, вышла на улицу. Всё время я прокручивала в голове сказанные Максимом слова, поэтому придя в больницу, сразу направилась к заведующей и написала заявление на увольнение. Посопротивлявшись, она всё же его подписала, но с условием обязательной отработки в две недели.

Рабочий день выдался насыщенным, а потому обрывки мыслей, размышлений, крутились в голове, но не имея возможности сложиться в цельную картинку, не давали мне покоя. Стоило мне выйти с больницы, я тут же позвонила Максиму и озвучив своё желание прогуляться по кромке леса, одной, чтобы подумать, облегчённо выдохнула: почему-то боялась того, что он не поймёт или не отпустит одну. Только потом, задумчиво гуляя по опушке, а иногда немного заходя в лес, случайно заметила: что он всё же присматривает за мною, но держится при этом на весьма отдалённом расстоянии. А сейчас: размышляя, ходила по лесным тропинкам, и словно аккомпанируя моим мыслям – шуршали опавшие листья.

Вспоминалось многое: рассказы Даллии Иссуровны о том, что численность людей растёт, постепенно вытесняя оборотней с нажитых земель, о растущей популярности различных технических новинок, таких как квадрокоптеры и дроны, что способны с высоты птичьего полёта совершать съёмки местности, рассказы наставника: что женщины с даром «Зеркало» всегда будут подвергаться опасности. Впрочем, кому как не мне знать об этом? «А если у меня родиться дочь? Она же будет вынуждена жить под нашим тотальным родительским контролем. А следить за нею я точно буду!» Потому что от одной мысли о том, что она может пережить то же самое, что и я, меня пробирала дрожь, хотя ребёнка ещё не было и в помине. И если взять в расчёт, что Максим может работать через интернет, а для меня как для медика работа всегда найдётся, то… Резко остановившись, я начала осматриваться, но Максима нигде не увидела, мне даже подумалось, что я ошиблась и на самом деле он сейчас дома, а не где-нибудь здесь – в лесу. Но стоило мне заозираться, и начать тихо звать: «Максим», он словно вынырнул из-за ближайших зарослей дикорастущего шиповника.

– Я согласна,– устремилась ему навстречу, и стоило мне подойти ближе и услышать вопрос:

– На что согласна?

– На переезд. На ту стаю, подальше от людей.

– Лия,– притянув к себе, заглянул в глаза.– Ты осознаешь: насколько там непростая жизнь? Дорог нет, с электричеством проблемы, до ближайшей больницы примерно шестьдесят километров, летом температура не поднимается выше двадцати градусов – так что позагорать там проблематично, а зимой морозы ниже тридцати – норма.

– Да,– подняв лицо и смотря ему в глаза, продолжила за него:– И сейчас там наверняка холодно и дома у нас нет, а доставка оборудования в ту глушь – дорогая, школы как таковой нет, и обучаются детки усилиями родителей. Но там спокойно, а я жару вообще плохо переношу, а вот холод мне нравиться, да и дом мы там можем построить хоть в лесу, и наши дети никогда не задумаются о том, что необходимо прятать зверя или вообще отказаться от него, в угоду закона о скрытности. Для меня всегда работа найдётся, а если ты сможешь работать удалённо, то вообще прекрасно. Ты очень хороший руководитель, я знаю – мне Марта рассказывала: как ты за три года увеличил доход стаи в несколько раз, так неужели не сможешь и там что-нибудь придумать, тем более зная, что стараться будешь уже для себя…

– Для семьи,– перебил он меня.– Не для себя, для тебя и детей,– с улыбкой смотрел на меня и в его глазах плескалось столько нежности и любви, что я задыхаясь от нахлынувших чувств, тут же потянулась к нему за поцелуем.

В село вернулась Алина, и теперь нам с Максимом было тяжелее в физиологическом плане, а при моей стыдливости, так вообще, ему приходилось теперь сдерживать свои порывы, а когда терпение его заканчивалось, он утаскивал меня в лес. Но и это тоже был не особо приятный вариант: на улице стояла промозглая осень. Когда вторая неделя моей отработки уже фактически подошла к концу, а Максим постоянно сидел то в компьютере, то на телефоне – подготавливая почву для нашего отъезда в стаю, которая как я надеялась, станет нам домом, раздался звонок от брата. Обменявшись приветствиями, и расспросив друг друга о здоровье и делах, он озвучил причину своего звонка:

– Лий, тут мне поступило одно очень интересное письмо на твоё имя и ты уж извини, но я его вскрыл,– пропустив мимо ушей, мой возглас: «Лёш!», продолжил:– А вскрыл, потому что вместо адреса отправителя надпись: «В твоих интересах». Короче, меня оно просто насторожило, поэтому я честно говорю, что днём позвонил Максу и рассказал о нём, не обижайся, но после того, что с тобою произошло…

– Лёш, я поняла,– не в силах больше терпеть, и изнывая от любопытства, воскликнула:– Что там?

– Письмо подписано: Юлия – твоя любимая сестрёнка, а пишет она, что у неё есть весьма интересная информация о твоей матери и номер телефона – это всё.

– Странно,– пробормотала, скорее больше себе, чем ему,– что она может такого знать, что мне не сообщила бабушка? Ладно Лёш, спасибо большое. Скинь мне СМСкой номер того телефона.

– Так я уже его Максу отправил, он его наверняка даже проверил уже.