Василина Лебедева – Артефакт оборотней (страница 38)

После завтрака Марта отправилась к соседке, а мы с Алиной уселись в комнате перед камином. Она развалилась на пледе и привычно устроила голову у меня на коленях.

– Слушай а тебе подарки понравились?– она лукаво на меня бросила взгляд из-под ресниц.

– Очень! Просто безумно понравились! Я сначала часа два не решалась примерить всё это великолепие. А потом даже расплакалась, увидев себя в зеркале,– Алинка после моих слов схватила мою руку, которой я поглаживала её голову и прижала мою ладонь к щеке.– А кто покупал, выбирал это чудо?– Спросила и затаила дыхание в ожидании ответа.

– Выбирала я, а платили Алекс и Макс.– Она потёрлась носом о мою ладонь.– Правда сначала я выбрала белую шубку, но Максим сказал, что тебе она не подойдёт, потом вот когда эту увидели, даже оба остановились – точно твоё!

– Оба? Лёша и Максим?

– Да нет, я и Максим. Алекс в стае остался, делами какими-то занимался. Слушай! А ты ж до сих пор не показала как она на тебе! Давай, надевай, буду оценивать, а то может брат ошибся и надо было белую брать. И сапоги! – Крикнула мне вдогонку. – И перчатки!

Куда деваться – пошла наряжаться, только под шубку сразу надела подаренное Мартой платье и нитку с жемчугом захватила, пусть придумывает мне причёску. Алинка наговорила кучу комплиментов и согласилась с братом: что эта шубка подходит мне идеально. А увидев платье, была в восторге. Оно мне и самой безумно понравилось: шёлковое, холодного зелёного цвета, декольте в форме сердечка, приталенное, от талии широкими складками спускается до колен. Единственное, что меня очень сильно смущало, так это то, что декольте было расшито маленькими переливающимися камушками, что ещё сильнее притягивало взгляд к молочно-белой коже довольно-таки не маленькой груди.

– Ну, что скажешь?– Опасливо спросила у неё.

Алина молча обошла вокруг, рассматривая то ли меня в платье, то ли наоборот. Наблюдая за нею и опасным блеском в глазах, даже промелькнула мысль, что она меня сейчас из платья этого вытряхивать начнёт. Но нет, видимо сегодня мой счастливый день, так как засыпав меня комплиментами, через пару минут выдала с десяток способов как можно украсить жемчужной нитью мою причёску.

Проговорив ещё где-то с час, она начала собираться, тем более и Марта подошла.

Пришла пора отправляться на озеро силы, которое было от нашей становки примерно в трёх часах хорошего бега. Они решили выйти пораньше, а я конечно, не могла присоединиться к ним. На озере собирались оборотни, которые в данный момент находился в стае, а по задумке Максима, я вообще сейчас нахожусь где-то в Южной Америке.

Но я и не расстраивалась, решила это время использовать с пользой: погладила платье, сделала маникюр и в завершении всего, искупавшись, нанесла маски на лицо и волосы. Они были изготовлены волшебными руками Марты и кожа лица будет мягкой и шелковистой, а волосы переливаться и радовать взгляд. Несмотря на то, что я упорно отгоняла одну въедливую мысль, но пришлось всё-таки признаться хотя бы самой себе – старалась я для Максима. Вот почему-то верила, что завтра он обязательно приедет.

Ночью вернулись Марта с Алиной и уставшие легли спать, но я так крепко спала, что не проснулась.

Мне снился сон: густой и мрачный лес, такой бывает только поздней осенью после холодного дождя. Я продиралась сквозь колючие кустарники, которые цепляли ветками зелёное платье, подарок Марты. Осмотрев себя, едва сдержала слёзы: наряд мой был испорчен, шёлк потускнел и вся поверхность заляпана грязью, местами порвано. Но цель – продраться, пройти сквозь лес, была каким-то наважденьем. Я постоянно поднимала голову, смотря на темнеющее небо.

Сквозь вой ветра, качающего верхушки мрачных деревьев, чуть слышно доносился женский голос: «Верь ему!». И я упорно шла, продираясь вперёд к маячившему впереди огоньку, бубня себе под нос: «И куда я иду? Что меня там ждёт?». Не выдержав, прокричала бушующему вокруг ветру: «Куда я иду?» и словно рядом, за спиной раздался тот же голос: «К теплу! К своему счастью! К пламени любви!». Заозиравшись по сторонам и не увидев никого, всё же спросила: «Кому мне надо верить?» и не дождавшись ответа пошла дальше. Ещё один кустарник, опять цепляющиеся ветки, за ним ещё один и вдруг голос, словно в голове: «Своему сердцу, глупая. Верь ему!»

Проснувшись, резко села на кровати, дыханье сбилось. Нервно включила светильник и осмотрела руки, ноги: сон был настолько реалистичным, что кожа зудела, словно действительно остались царапины от веток. Но нет – чистая гладенькая кожа, зато руки подрагивают и холодно, словно часть промозглого осеннего дождя проникла из сна в реальность.

Отдышавшись, прошла на кухню, выпила воды и, посмотрев на часы, легла. Уснуть никак не получалось и ворочалась я долго. Но, видимо в эту ночь, мне не суждено было поспать спокойно, потому что второй сон, скорее всего предрассветный, был не лучше первого.

Я очутилась в зеркальной комнате, в какую сторону бы не смотрела, лишь видела своё отражение умноженное в бесчисленное количество раз, и от этого стало жутко. Прикрыв глаза, подошла к зеркальной стене и положив на неё ладонь пошла по кругу, рассудив, что если и есть дверь, то на ощупь её будет легче найти. Поверхность была холодной. Пройдя безрезультатно несколько раз по кругу, я всё-таки раскрыла глаза и в этот миг поверхность стен словно поплыла и начала стекать подобно ртути, образовывая вокруг меня сначала небольшую лужицу, но становясь всё больше.

Зачарованно смотрела: как она собралась и течёт вокруг моих ног, подобно маленькой, но бурной речушке. И голос женский, из первого сна, звучавший словно отовсюду: «Прими его».

Осмотрелась, вокруг лишь пустота, подёрнутая сизой дымкой. Опустив глаза вниз, увидела что зеркальная субстанция, разорвав круг, стекла в большую лужицу передо мной и, приподнявшись вверх, взмыла каплей, застыв напротив моего лица. Прежний голос: «Прими» и я протягиваю к капле руку, но на запястье выступает вязь рун чёрно-серебристых, неприятных, как будто сотканных из паутины.

«Как жаль. Кто ты?» и ветерок тёплым порывом охватывает меня, забравшись под подол ночной рубашки, пробежался по телу лёгким касанием, взметнув волосы. Схлынул и голос: «Ты та, кого спрятали», через минуту: «Обидно».

А я пытаюсь снова дотянуться рукою до сверкающей капли… то одною, то другой, но итог всё тот же – проступающие паутиной руны не позволяют мне её коснуться и оттягивают руку вниз, словно на них навесили пудовые гири.

«А ты кто?» возникает закономерный вопрос у меня и сразу же ответ: «Узнаешь. Что ты чувствуешь?». В этот момент я боком попыталась подойти к так манящей меня сверкающей капле, но нет, не получилось, в этот раз всё моё тело будто оплела та самая чёрно-серая паутина и я отпрянула.

Задумалась, а почему я к ней тянусь? И тут же, словно в груди, на каком-то подсознательном уровне поняла – она моя частичка, часть меня, и я хочу её вернуть. И голос, словно слыша мои мысли, певуче мне ответил: «Я рада этому. Но вот вернуть? Нет…Не получится. Я сожалею. Вернуть не сможешь, но сможешь прикасаться, совсем немного погружаться. Придётся побороться и учиться. Готова?».

Я не задумываясь, кивнула. «Ну что ж, я помогу». Дымка вокруг начала вращаться и я поняв, что скоро проснусь, прошептала: «Спасибо». Уже на грани сна и яви услышала: «Малышка, я рада возвращенью твоему!».

Резкий вдох и я распахиваю глаза. Из-за двери комнаты слышался разговор Марты и Алины, но с удивлением отметила, что не они меня разбудили, хотя разговаривали не стесняясь громко, а меня словно отпустили из сна.

За завтраком, к которому присоединился Лёша, обсуждение прошедшего обряда, возле озера силы, прошло мимо меня. В другой раз я бы с удовольствием послушала, но сейчас меня никак не отпускало наваждение моих снов. Что-то загадочное и непонятное в них было и только фраза Алины вывела меня из задумчивости.

– Я столько раз мечтала в ночь Благодарения услышать голос.

– Алиночка, но ведь Создатели приходят только к тем, кто нуждается в помощи. А если ты не слышишь, то значит у тебя всё хорошо будет.

– Это да, сон у меня был светлый и …

Я выронила ложку, которой помешивала чай.

– Создатели?

– Ооо сестрёнка, теперь понятно, почему ты сегодня, словно не стой лапы встала,– усмехнулся брат.– Неужели довелось побеседовать?

– Алексей!– Марта гневно на него посмотрела.– А ты Лия даже не вздумай ничего рассказывать – эти сны касаются только тебя!

– Ладно, ладно,– Лёшка махнул рукою в строну Марты:– не шипи!– На что Марта бросила на него разгневанный взгляд, а мы с Алиной укоризненно на него посмотрели.– Да что вы смотрите на меня так? Прям уже ничего не скажи, не пошути! Я ж не просил рассказать мне! Вы мне лучше скажите: что у нас по планам? Куда пойдём, что делать будем? Там кстати Матвей в гости приглашал. Может к нему, наверняка одиноко старику или сюда позовём?

– Лучше сами к Матвею пойдём,– решила Марта,– тем более, если сам приглашал и гостинцев с собою прихватим.– Марта решительно поднялась, отправив Лёшу разносить соседям подарки, меня и Алину прихорашиваться, сама собирала праздничные гостинцы.

С самого утра я только и думала: приедет ли Максим? Можно было бы конечно спросить Алину, но как задать вопрос так, чтобы получилось вроде как мимоходом, я не знала. Не умела я плести эти словесные кружева, у меня либо молчать, либо сказать прямо.