Василина Лебедева – Ареон. Шаг в зазеркалье (страница 37)

Зажав ладонью рот, Дарья стрелой выскочила из пещеры. Слёзы текли по щекам, рыдания рвали горло, а она бежала вперёд, спотыкалась и падала, сразу вскакивала на ноги, чтобы вновь устремиться подальше от ассианцев.

– Дия! – воскликнул испуганно Биасс, рванувший следом за девушкой, но Кассандр поймал его за руку. Встряхнул племянника:

– Ты знал? – процедил он, наклоняясь к растерянному от случившегося мальчику и когда тот, опустив голову, со словами: «Не всё», – отвернулся, Кассандр выругавшись, приказал: – Сиди здесь, – направился в сторону выхода. – В случае опасности – ставь энергозаслон. Ты понял? – обернулся к мальчику, а когда тот собирался запротестовать, крикнул: – Понял или нет?

– Да! – так же импульсивно криком ответил племянник.

– Заслон, Биасс, и энерголезвие в защиту, – распорядился Кассандр, прежде чем выбежать из пещеры.

Девушка за это время успела умчаться на приличное расстояние, но для физически здорового мужчины это не было проблемой. Когда Кассандр рванул следом и уже сократил расстояние ровно наполовину, сверху раздался такой оглушающий удар грома, что он даже присел от неожиданности.

– Деймос вас всех дери! – процедил, бросив взгляд вверх, где закручивались тяжеловесные тучи, при этом начиная сверкать искрами при столкновении.

Прибавив скорости, Кассандр помчался за Палантом, а когда настиг девушку, поймал её и, крикнув сквозь очередной раскат грома: «Бежим», – схватил её за руку. Дарью трясло от пережитых эмоций, поэтому она сразу забилась в попытке освободиться. Лишь когда недалеко от них в землю ударила яркая, ветвистая молния, Даша, вскрикнув, едва не запрыгнула на ассианца.

Опасаясь быть мгновенно поджаренной на месте, она уже не пыталась освободить крепко удерживаемую ладонь, мчась вслед за Кассандром. Он, то и дело осматриваясь по сторонам, с выкриком: «Туда!» – потянул Дашу за собой.

Дождь хлынул стеной, отбивая у Дарьи всякое желание возражать. Кассандр придерживал девушку, которая поскальзывалась на размякшей земле, а потом и вовсе, подхватив на руки, побежал к едва виднеющейся расщелине в громаде скалы.

Чернеющий провал, оказался входом в пещеру, и первым делом Кассандр, поставив Дарью на ноги, закрыл ей рот, поговорив на ухо:

– Молчи, хорошо? – дождался её кивка и только после этого убрал ладонь.

Дарья замерла, смотря на ассианца, который прошёл вперёд, постоянно замирая, и скрылся за поворотом каменного тоннеля. «Он ведь мог меня бросить. Зачем он притащил меня за собой, да ещё и на руках? Пришлёпнуть мог бы и там», – крутились вопросы в голове Даши, на которые она не могла найти ответа. Кассандр не дал ей время на размышления – быстро вернувшись, после очередного раската грома, бросив: «Пойдём», – опять захватил ледяную ладошку девушки, утаскивая за собой вглубь пещеры.

– Здесь безопасно. Переждём грозу и вернёмся, – пояснял он, ведя Дашу за собой, не выпуская её руки.

Мозг девушки, перегруженный событиями, отказывался анализировать ситуацию, заставляя послушно переставлять ноги. Одной рукой ей пришлось вести по каменной стене, потому как их со всех сторон окутала непроглядная тьма, изредка освещаясь всполохами молний.

Поёжившись, Даша замерла, когда Кассандр остановился:

– Стой на месте, – повелел он, – не то упадёшь.

Даша безропотно прислонилась к стене. Истерика схлынула, оставив опустошение, равнодушие и редкие вздрагивания. Но вдруг её внимание отвлеклось на золотое сияние, которое взметнулось из темноты, оседая крохотными, искристыми частичками на стене и потолке.

– Что это? – спросила хрипло, рассматривая светящиеся крупинки, словно кто-то, достав звезду с неба, раскрошил её в пыль.

– Измельчённая пластина купола, – объяснил Кассандр, подходя ближе и останавливаясь рядом Дашей. Усмехнулся: – Прихватил, чтобы Биассу показать, а тут вот – пригодились.

Всхлипнув, девушка обхватила себя руками и неожиданно Кассандр, потянув её на себя, прижал к своей груди.

– Пусти! – ужом завертелась Даша, пытаясь высвободиться, но ассианец её удержал.

– Тише, ты замёрзла, – говорил он успокаивающе, не выпуская елозившую Дарью из объятий. – Ну что же ты вертишься, я просто тебя согрею.

– Нет, – выдохнула она, упрямо замотав головой. – Не надо, – Дарья сильнее затрепыхалась в мужских объятиях, не осознавая, что трётся об мужское тело своим. – Пусти,– всхлипнула, а услышав: «Не бойся, Дия», – задёргалась ещё сильнее:– Я не Дия, ясно? Не Дия! Моё имя Даша! – выкрикнула, борясь с вновь подкатившими рыданиями и замерла, услышав рядом с ухом:

– Даша-а-а, – протянул Кассандр, одновременно ладонью зарываясь под растрепавшиеся волосы девушки. Зафиксировав её затылок, склонившись к лицу Дарьи, проговорил едва слышно: – Красивое имя, – и накрыл девичьи губы поцелуем.

Глава 29

Гроза бушевала и, развернувшись в полную мощь, щедро швырялась молниями, гремела оглушающими раскатами грома, словно за что-то мстила распластанной под небесами земле. Но, ни вспышки молний, отблесками освещающие пещеру, ни грохот, сотрясающий скалы, не могли перетянуть на себя внимание опешившей Дарьи.

Девушка замерла в объятиях Кассандра, не веря в происходящее. Мужские губы мягко накрыли нежные лепестки девичьих губ, лаская, проводя по ним языком и с каждым мгновением поцелуй становился более глубоким, напористым. Происходящее не укладывалось в голове. Даша бы подумала, что у неё галлюцинации, но чувственный поцелуй, дурманящие ощущения от ласки мужским языком, были более чем реальны.

«Это ассианец! Он недавно угрожал тебе!» – вопил здравый смысл на задворках сознания девушки, но ужом проскользнула мысль: «А что меня ждёт после того, как он вернётся обратно, в свой мир, а я останусь здесь, одна? Сколько я ещё проживу?» – и Даша, послав к чертям благоразумие, страстно ответила Кассандру, прильнув к мужчине всем телом, запуская пальчики в растрепавшуюся шевелюру ассианца.

Ещё сутки назад Кассандр не мог бы разобрать, какие чувства в нём преобладают больше. Эмоции сплелись в невообразимый клубок – злость и ярость на сумасшедшую девчонку, которая по глупости решила сбежать через спонтанный портал и страх за последствия, на которые она себя обрекла. Ему хотелось взять её как нашкодившего кутёнка за шкирку и встряхнуть так, чтобы вся дурь вылетела из головы, но… по закону подлости, всегда есть пресловутое «но».

Объяснение Дарьи – что именно подвигло её на побег, выбило почву из-под ног Кассандра. Каждое слово-признание девушки, было подобно тяжеловесному камню. Они посыпались лавиной, обрушаясь неподъёмной тяжестью.

Слушая Паланта, сжимал челюсти до скрежета зубов и кулаки до побеления костяшек. Не верил ни единому услышанному слову. Не верил той мерзости, в корой девушка пыталась убедить его. Но брошенный взгляд на понурого племянника, пригвоздил Кассандра к скалистому полу.

Ярость, огненным шквалом бушующая в душе мужчины схлынула, позволяя не только слушать, а услышать Дию и наконец, заметить, прочувствовать её эмоции, которые она даже не пыталась скрыть. Боль, отчаяние, страх за родных и безнадёжность. Понимание ошеломило его – энергию эмоций не подделать даже истинным ассианцам.

«Не может быть, это просто невозможно! – кричал мысленно Кассандр, сжимая кулаки, пока Дарья, сверкая яростными слезами в глазах, рассказывала о жизни на Ареоне. – Медеис не может быть таким! Дигон бы не позволил! – и тут же вдогонку мелькнула тревожная мысль: – А знает ли брат о деяниях сына?»

Принять услышанное было невероятно тяжело, но когда Дарья, обдав Кассандра ядовитой ненавистью, с отчаянием прошептала: «Ненавижу!» – его эмоциональную броню прошило насквозь её чувствами.

Быстро оценив ситуацию и отдав распоряжение племяннику по защите, Кассандр бросился вслед убежавшей девушке. Гроза, не вовремя заставшая их на открытой местности, укрытие в пещере и вот он смотрит на озябшую девушку, обнявшую себя за плечи и застывшую у скалистой стены, а у самого сердце сжимается от её эмоций. Обречённость, усталость и полная апатия.

«Как же ты не сломалась? Как же ты вытянула?» – спрашивал он мысленно, привлекая подрагивающую девушку к себе, испытывая непреодолимое желание защитить, согреть и вытеснить её эмоции, заменить их новыми, зажечь огонёк жизни в океане безысходности.

– Даша, – прошептал в её губы, прежде чем накрыть их поцелуем.

Мягкое касание, всего лишь для того, чтобы отвлечь, чтобы согреть её душевно. Провел в ласке языком, но оторваться он не смог – Кассандру стало мало невинного касания и он неосознанно углубил поцелуй.

«Еще немного, ещё чуть-чуть» – оправдывал он сам себя, наслаждаясь сладостью женских губ. Но когда Дарья ответила, когда со стоном приникла к нему всем телом, самообладание Кассандра снесло как маленькую веточку шквалом ветра.

Руки сами удерживали, поглаживали, и как-то само получилось, что мужские пальцы споро пробежались по крючкам платья, расстёгивая его, приспуская вниз. Губы Кассандра уже осыпали жалящими поцелуями женскую шею, а когда ладонь накрыла внушительный холмик груди, когда он почувствовал упругое полушарие в своей ладони с твёрдым, как камешек соском, его повело.

Надавив на плечи Даши, Кассандр опустился на земляной пол, усаживая девушку на свои бёдра. Не давая ей опомниться, вновь накрыл сладкие губы поцелуями, срывая стон, когда ладонями сжал девичьи груди. Играя с бусинами сосков, сжимая пальцами, мужчина терзал рот Даши и она, отвечая тем же, уже бесстыдно ёрзала, потираясь развилкой ног о внушительный бугор в штанах.