Василенко Полина – Первая стрела Амура (страница 3)
Дома у родителей вкусно пахло едой, в гостиной ярко горел свет и приятным фоном журчала легкая музыка.
Гости громко разговаривали и шутили.
– А вот и наша главная ценность! Опять опаздываешь!
– Работа. Мама, папа, поздравляю!
Тосты за тостами. Воспоминания. Веселые разговоры. Все родное и знакомое. Сергей сидел за праздничным столом, отвечал на вопросы, наблюдал гостями. И вдруг посреди веселья ему неожиданно стало тоскливо и одиноко. Захотелось через тридцать лет вот так же сидеть за праздничным столом, слушать тосты, поздравления, но уже со своей любимой женщиной, женой. Захотелось Своего семейного счастья.
– Сыночек! – окликнула Сергея мама. – Ты почему почти ничего не кушаешь?
– Спасибо, мама! Все очень вкусно! – ответил Сергей, выходя из задумчивости. –Засмотрелся на вас. Давайте лучше тост скажу…
Уже потом, ночью, лежа в кровати, Сергей не мог заснуть и думал о сегодняшнем открытии. Еще полгода назад слова: семья, дети, брак – для него почти ничего не значили. Но сейчас, оказывается, многое изменилось. Но когда? Почему? Мысли тревожили и мешали заснуть.
Тихо тикали часы. Начинался новый день.
Юлька.
Юлька открыла глаза. Мама легонько трясла ее за ногу.
– Доча! Вставай! Уже семь часов.
– Ой, мам! Не хочу!
– Каждое утро одна и та же фраза, – мама покачала головой. – Вставай! Опоздаешь.
Юлька сладко потянулась на кровати. Тут же подбежал спаниель Фрося и начал вылизывать лицо.
– Фрося! Фу! Уйди от меня, Фрося! – возмущалась Юлька.
Юлькин папа, Павел Семенович, летал на вертолетах. Ровно четыре года назад, в такой же день, раздался звонок с работы: сообщили, что вертолет исчез. Четверо суток шли поиски. Девяносто шесть часов томительного и страшного ожидания. А потом… Весь экипаж погиб мгновенно.
Многолюдные похороны. Юлька с мамой стояли у закрытого гроба и молчали. Кто-то постоянно подходил к ним, что-то говорил в утешение.
После похорон мама сильно постарела, отрешилась от жизни. А через полгода к ним пришел Марк Иванович и подарил Фросю, по паспорту «Фронселота», доброго и озорного. Мама, возясь со спаниелем, постепенно оттаяла. Жизнь пошла привычным ходом.
– Сегодня приходи пораньше. Папу помянем. Я блинов напеку, – мама присела на краешек кровати. – Марк Иванович хотел зайти и папины коллеги с работы.
– Хорошо, мамуль, – Юлька еще раз сладко потянулась и пошла чистить зубы.
Пары закончились. Юля с Леной сидели за последней партой и болтали.
– Что у тебя с Юрой?
– А ну его! – Лена махнула рукой. – Заехал вчера, наговорил гадостей и уехал.
– Да? Думала, у вас свадьба намечается.
– Похоже, нет, – Лена помрачнела. – Всю ночь ревела. Собирались подать заявление, а тут на него нашло.
– Не знаю, что посоветовать. До ЗАГСа у меня никогда не доходило, а серьезный роман лишь один был.
– С лопоухим? С Андрюхой?
– Ага.
– Почему расстались?
– Утомил он своей оригинальностью. Поначалу, конечно, весело и здорово, а потом надоело.
Андрюха был актером, и этим сказано все. Он жил эмоциями, душой стремился к прекрасному и мыслил неординарно.
Андрюха и Юлька учились в одной школе. Никаких отношений, влюбленностей, вздохов. Но однажды на Андрюху что-то нашло.
Их компания сидела в летнем кафе. Обычный день, привычные беседы. Юльку заметил проходивший мимо Андрюха, подошел к столику и плюхнулся на свободный стул. Через некоторое время он вдруг предложил:
– А давайте поиграем в «бутылочку»?
– На раздевание?
– Нет! – решительно сказал Андрюха. – На любовь!
– Как это?
– Крутим бутылочку, и на кого укажут ее концы, те судьба друг друга.
Ольга, Юлькина старинная знакомая, хмыкнула:
– А если я, к примеру, не согласна с бутылкиным выбором?
– Оленька! – Андрюха галантно поцеловал девушке руку. – Судьбу не обманешь!
Артист, одним словом. В результате игры составилось три пары, и по случайности бутылка указала на Юльку с Андреем.
Юлька закатила глаза.
– Смирницкий! Ты специально?
– Юленька, смирись! Я твоя долгожданная половинка!
Юлька недоверчиво посмотрела на юношу.
– Андрюха, учти, мне нравится, когда завоевывают и покоряют!
– Юленька! – пропел Андрюха с придыханием. – Я весь твой.
Вот так, благодаря обыкновенной бутылке, может измениться человеческая жизнь.
Роман протекал с термоядерной скоростью. На следующий день дверь позвонили. Мама открыла дверь, и в коридоре послышалось сдавленное:
– Ой! Кто вы? Юля!
Юлька заинтересованно выглянула в коридор. Перед мамой на коленях стоял… Пьеро и держал букет гвоздик.
Юлька включила свет и расхохоталась – Андрюха в образе Пьеро.
– О, мама Мальвины любимой моей! Прими от меня сей букет поскорей! – стоя на коленях, проникновенно прочитал Андрюха.
Что и говорить – номер удался на славу. Впрочем, творческая энергия у Андрюхи била через край.
Первое время мама вздрагивала: когда входная дверь снаружи начинала сверкать множеством переливающихся лампочек, ночью под окном звучали серенады, а утром у подъезда их встречал негр с плакатом: «Юля! Я почернел от разлуки с тобой. Твой Андрей».
Но человек привыкает ко многому. Однажды воскресным утром через балконную дверь их третьего этажа вошел Андрюха с большой корзиной цветов. Мама, вязавшая в кресле, приветственно улыбнувшись, будто только так к ним принято заходить, крикнула Юльке:
– Доча! Артист твой явился!
Полтора года продолжался роман полный событий, объяснений, тусовок, спектаклей, вечеринок и бесконечных Андрюхиных объяснений в любви. «Вся жизнь – театр». Через некоторое время в театре отношений Юльки и Андрюхи остался только один актер – сам Андрей. Пьеса подошла к логическому завершению. Андрюха еще некоторое время надоедал телефонными звонками, но потом очень удачно переключился на другую девушку. Юлька облегченно вздохнула.
– Все! Пошли домой! Мне сегодня пораньше надо, – Юлька озабочено посмотрела на часы.
– Пошли, – Лена медленно встала и потянулась. – Хочу к приезду дорогого боевую красоту навести. Вдруг заглянет?