Варя Медная – Тайна короля (страница 67)

— Ты что? — удивился Эли. — Твоя карта ведь побила мою.

— Ой-ой-ой.

— Что с тобой?

Эли вскинулся, вскочив с кровати и разметав карты.

— Моя нога, — Алекто прикусила губу, — она вдруг разболелась. Похоже, началось ухудшение.

— Но лекарь ведь, наоборот, сказал, что она пошла на поправку…

— Аааааайй, — Алекто скривилась, схватившись за лодыжку.

— Что же делать?

— Похоже, мне нужна помощь лекаря Старой Марты.

— Кого?

— Есть одна женщина в городе, к которой приходил врачеватель — лечить ее дочь. — Алекто вспомнила имя, которое назвал Сверр.

— Но при дворе есть лекари, и еще наш. Я могу позвать…

— Аааа.

— Что мне делать? — испугался Эли.

— Мать, позови ее, — выдавила Алекто, дыша с расстановкой и мучительно кривясь.

Когда Эли выскочил из комнаты, Алекто отпустила ногу и перестала кривиться. Она немного чувствовала вину перед младшим братом, но идея, которая пришла ей во время игры, не терпела отлагательств. Алекто взяла фигурку и, медленно повернув ее, посмотрела на один из знаков, который и сложил пазл в ее голове в тот самый момент, когда Эли с победным видом занес карту.

Сперва ей лишь показалось, что этот символ смутно ей что-то напоминает. Но теперь, рассмотрев его хорошенько, она была уверена, что именно такой видела на теле одного из огнепоклонников в ночь Солнцеворота. Да, точно, приятель Сверра по какой-то причине носил на своей коже тот же самый знак, который был сейчас перед ее глазами. Кажется, она узнает и другие… И единственный способ все выяснить — это еще раз встретиться со Сверром.

— Что с тобой? — В комнату вошла мать.

— Моя нога, — Алекто снова потянулась к лодыжке, чувствуя, что разыгрывать спектакль перед матерью будет сложнее, чем перед Эли, маячившим за ее спиной.

— Я позову лекаря.

— Нет, он уже сделал, что мог. Я хочу другого.

— Какого же? Я спрошу у приезжих.

— Когда мы были в столице, я узнала, что к дочери одной из жительниц ходит врачеватель, который буквально творит чудеса.

Это была правда в обеих частях, но только если не связывать их воедино: Сверр ходил лечить дочь Старой Марты, и он действительно творил чудеса с помощью огня.

— Ты хочешь лекаря простолюдинки?

— Если он поможет мне, то да.

Мать присела на край кровати.

— Нога, кажется, выглядит лучше.

— Тогда почему мне так больно?

Вздохнув, мать посмотрела на нее.

— Хорошо, я пошлю за ним.

— Спасибо.

— Вашей дочери стало хуже?

Леди Рутвель шла, сложив руки на поясе, и ее подол мягко колыхался при каждом шаге. Мы прогуливались перед сном.

— Да, у Алекто разболелась нога. Я уже послала за одним лекарем в город.

— В город?

— Моя дочь выразила желание, чтобы ее обследовал он. Она узнала о нем во время вашего посещения столицы. Как вы познакомились со Старой Мартой?

— Боюсь, я не познакомилась с ней, миледи.

Я остановилась.

— Что вы имеете в виду?

— Я никогда не слышала ни про особу, именуемую Старой Мартой, ни про того, кто ее врачевал.

— Но откуда же тогда Алекто могла о нем узнать?

Леди Рутвель выглядела слегка озадаченной.

— Когда мы шли к площади, где готовились производить суд на Неверной улочке, леди Алекто ненадолго отстала. Быть может, в этот момент она и столкнулась с жительницей по имени Старая Марта?

— Быть может, — склонила голову я, задумавшись.

Мы продолжили путь. Снег перестал падать, и ночь была ясной и морозной. Взгляд невольно скользнул по розарию, приглушенно мерцавшему в свете луны и казавшемуся сделанным изо льда. В груди кольнуло. Я прижала к ней руку, не позволяя жару расправиться внутри.

— А что с той темнокожей девушкой из чужих краев?

— О, я рассказывала вашей дочери о ней. Она гадает и, говорят, довольно точно предсказывает судьбу.

— Видимо, судьба эта сбывается в считанные часы, а то и мгновения, если учесть, что она прибыла в замок лишь сегодня.

— Видимо, так, миледи, — рассмеялась леди Рутвель и неуверенно добавила: — Кажется, я слышала, что после ужина дамы собирались продолжить сеанс гадания. Хотите присоединиться к ним?

— Вы, должно быть, давно заметили, что мое присутствие вызывает у них не самые приятные эмоции. Удивительно, как вы еще общаетесь с нашей семьей. Не боитесь такого же клейма?

— Зато я могу совершить нечто ужасное, и обо мне вряд ли будут говорить больше, чем сейчас, — пожала плечом фрейлина.

— Что ужасное, к примеру?

— Завести любовника, — леди Рутвель с любопытством посмотрела на меня и, помедлив, спросила: — Это правда в отношении вас?

Я молча продолжала путь.

— А если и так?

— Тогда это лишь ваше дело. Знаете, мы могли бы отыскать одну леди, которая недавно прибыла в замок и вряд ли еще успела заразиться общими настроениями и залучить ее к нам. Как она сказала, ее имя? — Фрейлина наморщила носик. — Леди Грасье, кажется… Имени не знаю.

Я чуть запнулась, но продолжила путь.

— Леди Грасье?

— Да, у нее белокурые волосы, и она примерно одного возраста с нами. Мы могли бы общаться втроем.

— Кажется, я сегодня слышала, что она уехала.

— Уехала? — На лице леди Рутвель отразилось огорчение. — Не дождавшись Дня рождения его величества?

— Боюсь, что так.

— Значит, мы вполне можем прогуляться вдвоем, — повела рукой она, и мы, улыбнувшись друг другу, продолжили путь.

— Могу я задать вам вопрос, леди Рутвель?