Варвара Ветрова – Шанс для дознавателя (страница 38)

— Мейделин, это не больно.

От неожиданности я делаю испуганные глаза, чем и заслуживаю взрыв веселого смеха:

— Я про твоего инквизитора. Поверь, здесь ему не причинят вреда.

— Себя вспомни, — парирую я, понимая, что имею в виду: сестра в свое время несколько месяцев ходила вокруг да около, прежде чем познакомить отца и миссис Эбботс со своим избранником. Но тот умудрился произвести самое благоприятное впечатление — статный красавец в черно-красной гвардейской форме просто не мог не понравиться.

— Это да… — сестра присаживается на стул и задумчиво покусывает губу, — хотя, знаешь… нет-нет, а я думаю: какой была бы наша жизнь, если бы с Джо…

Я опускаю в раковину очередную кастрюлю.

— Адель…

— Я все понимаю, Мейд! — роскошные волосы сестры заслоняют ее лицо от всего мира, — но, если бы…

Отложив в сторону полотенце, я присаживаюсь на корточки перед сестрой. Этот разговор возникает часто — и в последнее время даже чаще, чем раньше. И я знаю, что с этим делать.

— Адель, — я пробираюсь пальцами сквозь рыжие локоны, убирая их со лба, — послушай: ничего бы не изменилось. Джо так же работал бы по своим важным и очень тайным делам, а ты так же готовила бы ему его любимые отбивные и картофельный салат. Вы бы так же любили друг друга. У вас так же подрастали бы дети. Просто… так случилось, понимаешь? Мир не всегда справедлив.

Мы несколько минут сидим неподвижно. Всхлипы сестры все реже, а я гипнотизирую взглядом причудливый рисунок на дубовых досках пола и понимаю, что предела мужества Адель мне не преодолеть.

Все действительно было чудесно — ровно до того дня, как в столичной лаборатории, где работал Джо, не прогремел взрыв: очередной фанатик из тех, кто поддерживает порядки темных веков, пронес туда самодельное заклинание. Взрыв был такой силы, что в воздухе ещё несколько дней летал пепел, устилая ровным слоем брусчатку вокруг здания лаборатории. Почти никто не выжил — одаренные, работающие там, погибли на месте: заклинание не уничтожило тела, но подчистую выжгло резервы, лишив их даже малейшей возможности уцелеть.

Джо повезло: он с коллегой был во дворе и взрывной волной их отбросило от здания. И, если коллега отделался ушибами, то в случае с мужем Адель все было сложнее — перелом позвоночника, множество операций, лекари, маги и неутешительный приговор в финале.

Но он не сдался. Сам создал чертеж коляски, сам руководил её сборкой. И на его лице почти всегда сияла улыбка.

Лишь однажды, шесть лет назад, когда ночью я спустилась на кухню за водой, я подглядела в приоткрытую дверь его кабинета. Джо сидел у стола, и настольная лампа освещала его лицо, мокрое от слез. Мужчины тоже плачут — правда, когда никто не видит.

Адель всхлипывает в последний раз и, встряхнув волосами, улыбается сквозь слезы.

— Ладно, иди собирайся. А то ещё приедет твой инквизитор, будешь копаться.

Сумка собирается быстро. На несколько минут остановившись перед книжной полкой, я все-таки решаюсь её ограбить на один томик. “Мифы и легенды Одаренных” — книга, которую ещё в детстве читал нам отец, а до него — мама. Я до сих пор помню одухотворенное лицо с тонкими чертами в россыпи рыжих кудряшек — одно из нескольких воспоминаний, сохранившихся в моей памяти.

Сжимая в руках пухлый томик, я присаживаюсь на кровать и открываю его на первой странице. Черный вычурный текст на желтоватой бумаге — название, имя автора, тираж.

А затем — моя любимая история.

“Легенда о бесконечном резерве”.

Чтение настолько поглощает меня, что я не замечаю, как летит время. Минутная стрелка на часах описывает круг, затем другой — но я не реагирую, глотая страницу за страницей. Скупые, черно-белые иллюстрации отливают тусклым глянцем — первые попытки типографии сохранить рисунки надолго. Эксперимент, кстати, был удачным — и теперь эту технологию используют повсеместно.

Шум и детские крики на улице постепенно перемещаются в дом — кажется, Лой и Тайра привели друзей. Я краем уха слышу встревоженный и ворчливый голос Адель, но быстро забываю о происходящем, ныряя в очередную историю. И голоса стихают, оставляя меня в блаженной тишине.

Когда я отрываюсь от книги, в окно глядит молодой вечер. Часы на книжной полке показывают пять вечера и волей-неволей я начинаю волноваться. Интересно, когда приедет Риндан? Может, что-то случилось?

Тихий стук в дверь развеивает мою тревожность. На пороге обнаруживается Адель, вооруженная тяжелым подносом с чайником. На мой возмущенный возглас сестра реагирует спокойно — сгружает принесенное на письменный стол, потирает поясницу и лишь затем поворачивается ко мне.

— Прости, мне следовало тебя попросить, но та-а-ак хотелось почувствовать себя нормальным человеком…

— Ты и так нормальный человек, — парирую я, устраивая Адель поудобнее на кровати.

— Я бы тебя вниз позвала, но у Джо опять посетитель.

Я удивленно поднимаю бровь.

— Позавчерашний?

— Нет, другой, — усмехается сестра, — красивый, статный, учтивый. Не мужчина, а мечта.

— Ты замужем, — ворчливо напоминаю я, разливая по чашкам чай.

— Помню, — делано скучающим тоном отзывается Адель, — просто смотреть приятно. И слушать.

— Позавчерашнего тоже приятно было слушать?

Сестра тихо смеется.

— Нет. Тот, представь…

Пауза выходит многозначительной и подогревает любопытство.

— Не томи! — прошу.

— Я миндаль замочила и им к чаю подала. Так он его от шкурок очистил!

Информация настолько неожиданная, что я прыскаю в кулак. Миндаль? От шкурок?

— Я потом вечером села и оставшийся почистила. И знаешь — так успокаивает!

Посмеиваясь, я качаю головой. Кажется, она совсем дома засиделась.

— Если не родишь до выходных, приеду тебя выгуливать.

— Думаешь, я дойду дальше калитки? — тут же фыркает Адель, — нет, Мейд, давай подождем с сомнительными развлечениями.

Перебрасываясь ничего не значащими репликами, мы пьем чай с принесенным снизу зефиром, а затем, не слушая вялых протестов, я отправляю сестру вниз без посуды. Сама же собираю чашки, ставлю на поднос чайник и, дребезжа, как заправский сервант, осторожно спускаюсь по лестнице, слыша доносящиеся снизу голоса.

— Здесь карты — все, что нашел. Подземные ходы под Лаержем в красном тубусе, все остальные — там…

— Проверим.

От звуков зычного, знакомого голоса с незабываемой хрипотцой меня простреливает дрожью. Опершись о перила, я прикрываю глаза, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Но мне не удается — диалог внизу продолжается.

— Все действующие проходы отметил в копии, — Джо говорит размеренно, обманчиво-скучающим голосом, — оригинал останется у меня. Если что-то понадобится — обращайтесь.

— Благодарю. Могу я воспользоваться вашим передатчиком?

Этот вопрос будто выдергивает меня из прострации. Посуда тут же начинает греметь, сдавая меня с потрохами и мне ничего не остается, как обреченно спуститься в холл, понимая, что ситуация складывается, мягко говоря, странная.

Максвелл стоит у передатчика с открытым блокнотом в руках. Номер уже набран — и инквизитор удивленно хмурится, сбрасывает вызов и набирает номер заново.

То, что он не дозвонится, ясно как белый день.

— Не стоит, — срывается с губ прежде, чем моя нога касается вымощенного паркетом пола, — привет, Риндан.

Глава 15

Кто-то — кажется, Адель — сдавленно охает. Джо резко разворачивается и в упор глядит на меня. В его взгляде нет никаких эмоций, кроме бесконечного удивления. Но в том, что мужчина знает куда больше меня, я почему-то не сомневаюсь.

— Привет, — Максвелл, кажется, не удивляется — шагает навстречу и нежно целует в щеку. Теперь охаю уже я, одновременно с этим заливаясь краской, — ты уже готова ехать?

Уверенности ему не занимать. Хотя это я понимала и раньше.

— Д-да, — выдаю я, растерянно переводя взгляд с Риндана на Адель и Джо.

— Тогда беги, — меня легко подталкивают к лестнице, а муж сестры едва заметно кивает головой — мол, без тебя разберемся. Но я и сама рада улизнуть из этой неожиданной сцены, поэтому приглашением пользуюсь сразу, взбегая на второй этаж и слыша, как Адель приглашает Риндана в кухню.

Видимо, от знакомства инквизитору уж точно не отвертеться.

Мне очень хочется отсидеться в комнате, но, понимая, что этого от меня уж точно не ждут, я все же тяну до последнего — расстегиваю и застегиваю сумку, проверяю содержимое шкафа и зачем-то заглядываю под кровать: не иначе, как в поисках чудовищ. Но, наконец, спасительное время выходит и мне приходится спуститься в холл. Из кухни доносятся голоса — кажется, Адель взяла Максвелла в оборот.

— Мейд!

Я оборачиваюсь. Джо проезжает мимо и, поманив меня рукой, заезжает в кабинет. Мне ничего не остается, как последовать за ним.

Недопитый чай находится и здесь. Две чашки, чайник и блюдце с миндалем. Адель любит орехи — и пытается заставить полюбить их всех вокруг. Но шкурок на подносе нет и я даже выдыхаю с облегчением.