Варвара Мадоши – И нет конца паломничеству (страница 16)
— Ну и герб ты выбрал, — Фаско каким-то образом оказался рядом и уже совал в руки Джону другой щит, чистый, и шлем. — Уж взял бы ястреба или ворона! Или вот грача, на худой конец…
— Я ворона рисовал! — огрызнулся Риз. — И так и сказал герольду: рыцарь Черного Ворона!
Фаско захохотал, помогая Ризу примотать щит к раненой руке:
— Извини, сэр Джон, но больше похоже на курицу. Как еще дрозда-то разглядели… А эта Ночь Всех Святых глянь как пялится, ух! Точно тебя с первого взгляда невзлюбила! Или наоборот, а?
— Ночь всех святых, Лайонел? — процедил сквозь зубы Риз, обиженный на курицу. А он еще ведь хотел поставить Фаско на место… — Может, в тебе в самом деле пропал талант менестреля, а?
— Почему пропал, я еще вам покажу! Сегодня же на пиру и покажу.
Джон вышел на арену.
С самого начала он держался настороженно: от человека с глазами Шоу он ожидал чего угодно. И оказалось, не зря. Там, где Шоу недоставало роста, она брала холодной, уверенной яростью. Прямой короткий меч, которым она орудовала, был легче сабли Риза. Но, когда он парировал ее удар, ему показалось, что его саблю лягнула лошадь — с такой скоростью впечатала Шоу.
И — безжалостность. Там, где Картер словно танцевала с противником, Шоу шла напролом: сокрушить, размазать по земле, втоптать в грязь. После первых же мгновений боя Риз поймал себя на том, что не парирует, а уворачивается, с таким напором действовала девушка-госпитальер.
«Долго она не выдержит, — подумал Риз, уходя от очередного удара. — Это все рассчитано на быстрое окончание боя… Но она моложе. И у нее не болит запястье и нога. А еще она не сражалась утром. Смогу ли я обойти ее в выносливости?»
Шоу действительно была много моложе. Картер, как и Ризу, давно перевалило за тридцать, и это чувствовалось. Шоу, наверное, едва сравнялось двадцать три, может быть, двадцать четыре. Десять лет разницы. Десять лет старых шрамов, походов и мышечной усталости.
Но позволить ей себя одолеть, да еще на глазах у Грача… И Фаско потом покоя не даст…
Риз разорвал дистанцию и начал обходить Шоу по дуге, ища слабые стороны. Она медленно поворачивалась вслед за ним, держа меч чуть наискось перед собой. Правильная стойка, ноги крепко упираются в песок… Риз бы рискнул упасть на землю и попробовать задеть ее по ногам, но это все-таки дружеская схватка: ломать ей колени ему не хотелось. Да и к тому же, вдруг она сориентируется и полоснет его по горлу? Совсем лишнее.
Вдруг женский голос из толпы крикнул на окситанском:
— Сделай его, Самин!
Шоу дернулась, вздрогнула — вот оно! Риз шагнул вперед, намереваясь точным ударом выбить у нее меч; но в самый последний момент Шоу спохватилась. Риз думал, она попытается вывести руку из-под удара, но вместо этого она шагнула вперед — и их мечи оба полетели в сторону. Они стояли друг напротив друга, безоружные.
Шоу этого ждала и опомнилась первой, буквально наскочив на Риза — попыталась поймать его шею в захват и придушить. Наверное, ей бы повезло… если бы маэстро Франко когда-то не учил Джона именно такому захвату. Ризу удалось перехватить ее руки и заломить их за спину, опрокидывая госпитальершу на землю. А там уж дело техники: колено в спину, чтобы ногами не дернула, руки в замок.
— Зря ты, — сказал ей Риз. — Я тебя вдвое больше, в этом случае лучше бить по ногам.
— Учитель выискался, — буркнула Шоу. — Ладно, победил, отпускай. Я хочу найти в толпе эту гадину.
Риз сразу ее понял: ту, что окликнула Шоу. Наверное, использовала ее имя. Старое имя, нехристианское; почти наверняка в ордене Шоу дали другое.
Не торопясь отпускать госпитальершу, Риз сам окинул взглядом собравшихся… и обомлел: из первого ряда на него раздосадованно, даже зло смотрела Юдифь. Она прикусила губу, мрачно улыбнулась Джону — и была такова.
Интерлюдия 8. О природе видений
К тому времени, когда видение о Нейтане подкосило Гарольда на ночной террасе, борьба между Генрихом II и архиепископом Томасом Бекетом гремела на всю Европу.
Гарольд оказался прав: честолюбец Бекет вступил на путь аскезы, отринул все мирское — кроме страсти сделать церковь самой влиятельной политической силой в Англии. Он больше не блистал перстнями и не покорял обходительными манерами — он обличал глаголом и пугал фанатичным блеском глаз, грозя Англии отлучением от церкви.
Но его упрямство натолкнулось на еще большее упрямство короля, и Гарольд не сомневался, что победа будет за Генрихом.
И правда: известие о том, что Бекет убит — или, скорее, казнен по приказу короля — настигло Гарольда вскоре после Рождества, едва он сошел с корабля на английскую землю. Тогда же он узнал, что Нейтан заточен в крепость вместе со многими другими сторонниками Бекета.
Гарольд кинулся к королеве.
Глава 8. Ришар Ангулемский
Если бы кто-нибудь отдал Ризу ключи от замка Уорик, он бы первым делом построил ворота понадежнее, да еще, может, укрепил бы полуденно-закатный угол. Полуденную стену укреплять не было необходимости, потому что она выходила на отвесный обрыв — река Эйвон здесь подмыла берег, обнажив каменные отроги.
Но в целом замок и так был укреплен неплохо: построенный когда-то против немирных полуночных провинций, он по сей день играл важную роль, распространяя влияние короля на весь Уорик и далее на полночь. С годами он стал только красивее и больше; центральный зал, где Уильям де Бомон устраивал пиры, обзавелся гигантским камином вместо кострища в центре, ранее незащищенные хозяйственные постройки обнесла стена… Так и задумаешься — а кому нужен Кенилуэрт, который обещал стать еще больше и красивее Уорика? Риз уже наслушался разговоров среди местных: многим пришлось работать на строительстве Кенилуэрта, остальным — платить налоги на это строительство, и все были возмущены.
Но в главном зале замка возмущение не чувствовалось.
Пол здесь устлали свежескошенными луговыми травами, от которых в каменных стенах поселился приятный, чистый дух. Горели хорошие, сухие факелы, дающие мало чада. Поставили целых три стола — чтобы хватило места всем участникам турнира.
Риз тоже присутствовал среди пирующих. Более того, его поединок с Шоу произвел на де Бомона со товарищи такое впечатление, что его даже посадили «перед солью» — то есть в верхней части стола, до огромной солонки. Грач, то есть брат Пассер, каким-то образом тоже оказался здесь — скромно потупив глаза и молитвенно сложив руки, поинтересовался, не возражает ли доблестный рыцарь против его скромного соседства?
— Смотрю, скромный брат не терял зря времени, — хмыкнул Джон, подвигая Грачу общую на двоих тарелку. — Как
— Мое искусство врачевания произвело впечатление на настоятеля монастыря, а также на многих знатных рыцарей.
— Знатные рыцари сегодня не участвовали в боях, тебе некого было врачевать.
— Сэр Вульфрик вывихнул колено, упав с лошади. Мне удалось удачно его вправить.
У Риза чуть дернулась губа: сложнее придумать что-то менее приятное и более тяжелое для костоправа, чем вывих колена! Разве что вывих бедра.
Но Грач, видимо, в самом деле знал, что делал. Риза вот он промыл и перевязал мастерски.
— Твои таланты все многограннее, Пассер, — пробормотал он. — Лекарь, книжник, удачливый купец… Я уж не говорю обо всем прочем.
— Искусство выживания, сэр Джон, — ответил Грач с непроницаемым лицом. — Всего лишь искусство выживания.
Джон не отказал себе в удовольствии: когда до них донесли первое блюдо — оленину — он долго картинно выбирал кусок понежнее и подвинул его Грачу.
— Спасибо, но я уже поужинал, — сухо ответил тот. — Мы, монахи, должны умерщвлять плоть.
— Ага, вот именно, — Риз кивнул на настоятеля монастыря, угощавшегося, помимо оленины, еще специально принесенными только ему раками, тушенными в вине. — Давай, Грач, налегай. Я видел Юдифь среди зрителей. Очень может быть, что ситуация серьезнее, чем нам до сих пор представлялась, и работы предстоит невпроворот.
— Юдифь? — встревоженный, Грач положил в рот кусок оленины. — Хм, действительно, неплохо… Хотя здешний повар слишком налегает на уксус…
— А я говорил, — кивнул Риз и тут же вернулся к теме, занимавшей его больше всего. — Итак, что, по-твоему, Юдифь может тут делать?
Он умолчал, что у него от одной мысли о ней волосы стояли дыбом, и хотелось рыскать по всему замку сверху донизу. «Я буду стоять над ним спящим…» Три месяца о ней не было слышно — и вот, всплыла!
— Она наемница, сэр Джон. Я думаю, ей кого-то здесь заказали. Может быть, того же человека, по чью душу пришел тот наемник, с которым сражались вы?
Грач отхлебнул вина, и Риз тотчас подозвал еще виночерпия. Не то чтобы ему хотелось напоить своего работодателя, но… просто интересно было — получится ли хотя бы подпоить его?
— Может быть, — согласился Джон. — Тогда у этого кого-то — большие неприятности. И еще Юдифь очень интересуется госпитальершами. Похоже, знает что-то об одной из них… о младшей, Шоу.
— Интересуется? В каком смысле?
— Может быть, хочет шантажировать? Или они знакомы? Не знаю, но в любом случае, за госпитальершами нам тоже надо приглядывать.
— Я уже понял, — вздохнул Грач и отодвинул от себя общий бокал. — Нет уж, сэр Джон, для моего телосложения больше чем достаточно.
— Тогда кусочек свинины в меду? — предложил Риз. — Там как раз несут. Ну… если до нас не разберут те, кто рангом повыше.