Варвара Мадоши – Гарем-академия 6. Мать народа (страница 9)

— Это еще зачем? — вслух спросила Таирана (обращение Императрицы смотрели в реальном времени, все вместе, хоть и каждый со своей магстанции). — Чем ей наш секретариат нехорош?

— Хочет подругам дать подзаработать? — спросила Лотера.

— Да ну тебя, в Академии только богачки из Кланов учатся. Ну и вундеркинды.

— А вот и не только！Дочь одноклассницы моей двоюродной сестры туда поступила! Нормальная девочка, просто старательная.

Анни же замерла от ощущения неслыханной удачи: новая директриса определенно понимала в корпоративных интригах. Ну или хотя бы имела общее представление. Это не просто «выделенная почта для предложений» — это, по сути, приглашение к доносам! Даже удивительно, как Таирана и Лотера не поняли. А она-то их считала мелочными интриганками! Похоже, слишком мелочными: их интриги не простирались дальше того, как бы выбить из отдела снабжения кресла получше и чай подушистее!

Анни попыталась поймать взгляд Дояна поверх его магстанции, но начальник снова уткнулся в рабочую панель, на голове наушники, ничего не поймешь… Он ее тогда предостерегал отправлять докладные записки, мол, на космодроме полно людей, которых все устраивает — как и вне космодрома. А теперь что? Изменилась ли ситуация? Что он посоветовал бы?

И стоит ли слушать его советы?

Анни прикусила нижнюю губу. Ладно. Случая удобнее сложно представить. Новое руководство вряд ли уволит ее, если она настучит на старое.

Дома Анни перевела все свои записи в текстовую форму. Рассчитывала воспользоваться амулетом, но тот внезапно не распознал ее почерк, так что пришлось убить весь вечер на перепечатку. А совсем поздно позвонила мама (по рассеянности та порой забывала о разнице во времени).

— Доченька, ну как тебе императрица? — спросила она. — Видела вблизи?

— Нет еще. Только по трансляции.

— И как?

— Красивая… Как будто старше своих лет, но в хорошем смысле… Сильная…

— Ты там будь осторожнее, — попросила мама. — Помнишь, ты говорила мне, что у вас один из основных поставщиков — «Артефакты Вейката»?

— «Артефакторные комплексы Вейкатов». Ну да. А они тут при чем?

— При том! У императрицы с Вейкатами — кровная вражда, с тех пор, как она свою преподавательницу из этой семьи на дуэли убила!

Если бы Анни стояла, она бы тут и села.

— Мама, какая дуэль? Кого убила? Ты чего⁈ — поразилась она. — Про это ни слова нигде не было!

— В Академии магическая дуэль! Открыто про это и нет нигде, но люди говорят, — гордо сказала мама. — Особенно в Сети.

— Мама, ты опять по тем сайтам лазила? — вздохнула Анни. — Вирусов не поймала?

— Оставьте свой снисходительный тон, девушка, — обиженно сказала мама. — Это только один раз и было! Я даже курс сетевой безопасности прошла с тех пор. И я еще как-нибудь умею отличать откровенное вранье от сочной сплетни!

Это было правдой: сколько Анни себя помнила, мама всегда знала кучу подробностей и о жителях Аларады, и о скандалах среди знаменитых актеров, и даже о семье Владыки (особенно ее интересовали принцы и принцессы). Даже удивительно, как при таких талантах она всю жизнь проработала учителем церемоний и составителем букетов, а не аналитиком в какой-нибудь маркетинговой конторе.

Пока Анни пребывала в некотором ступоре, мама продолжала вываливать на нее подробности насчет обучения Императрицы в Академии (оказывается, для госпожи Сат спецом создали заочную форму, раньше там такой не было), о ее службе в армии, необыкновенных магических способностях и, конечно, о похищении злобной тайной организацией на последних сроках беременности. Все это не так уж сильно отличалось от официальной истории, но позволяло посмотреть на вещи под другим углом.

— В общем, у вас там теперь будет интересно, — подвела черту мама. — Вообще сам факт, что вам в качестве куратора целую императрицу дали, и она с народом так запросто общается… Ах, милая, а как там тот симпатичный молодой человек из отдела орбитальных вычислений, которого ты вскользь упоминала?

— Никак, — ответила Анни, удивляясь про себя внезапной смене темы. Мама постоянно намекала ей на дела матримониальные раз в месяц, не чаще, а прошлый раз было ровно две недели назад.

— Ты ведь слышала о конкурсе на руку трех принцесс? Поторопилась бы! Если родишь мальчика в ближайшие год-два, кто знает, может быть, он, когда вырастет, получит шанс стать принцем! Ты ведь у меня такая умница, я уверена, что твой сын…

— Ма-ам! — возмутилась Анни. — Лучше Соля накачивай, ему всего двенадцать — нормальная разница в возрасте!

— Ай, — даже по интонации было слышно, как мама махнула рукой. — Где там ему! Только о своем гуцине и думает. Ах зачем, зачем я стала учить его классической музыке! Не видать мне больше внуков.

Анни хмыкнула. Семь лет назад, помнится, матушка иное говорила: «Ну наконец-то у меня родился ребенок со вкусом и талантом!»

— То есть троих дочек Иртаны тебе мало? — спросила она.

Иртаной звали старшую сестру Анни, которая удачно вышла замуж сразу после школы.

— Вот именно, что все дочки, и уже большенькие, а Дани я вообще младенцем не застала! И с принцессами ничего не светит, и с малышами больше не понянчиться…

— Ну уговори ее, может, они с мужем четвертого родят…

— Четвертую, милая, четвертую. Мне гадалка нагадала, на зятьке-то нашем сглаз еще из прошлой жизни, не видать ему сыновей, как своих ушей! Ты меня знаешь, я за то, чтобы все мои дети были счастливы, но не надо было Иртане за вдовца замуж выходить…

Анни хмыкнула про себя. Десять лет назад мама совсем другое говорила: радовалась, что Иртана нашла себе мужчину с опытом семейной жизни, а то, что у него от первого брака дочь есть — ну подумаешь, не сын же. К чести матушки, она старалась не делать различий между Дани и двумя родными внучками, но чем дальше, тем больше у нее проскакивало досады, что внука так и не завелось.

Они поговорили — то есть посплетничали — еще немного о семейной жизни Иртаны, после чего Анни напомнила, что уже поздно и уговорила маму повесить трубку.

Затем она внимательно проглядела свой «донос»… или все-таки служебную записку?

Так значит, императрица враждует с Вейкатом, хозяином АКВ? Это… интересно. Ведь на них приходится большая часть брака и махинаций с документами!

Казалось бы, сомнения прочь, теперь-то уж точно надо отправлять доклад — Императрица примет меры! Но как раз сейчас Анни ощутила настоящий страх. Ведь даже в фильмах герои, посмевшие встать на пути крупных корпораций, кончали плохо. А тут не фильм, обычная жизнь. Никакой герой с суперспособностями ее не защитит. Это Императрица попадала во всякие сказочные переделки и выходила из них целой и невредимой, ну так на то она и Императрица! Уже практически легендарная личность.

«Так, хватит мандража, — сказала себе Анни. — Ты ведь не шпионов собираешься разоблачать! Ты просто сообщаешь о случаях безалаберности и вредительства на рабочем месте. Это вообще-то твоя обязанность! Никаких эксклюзивных материалов у тебя нет, никому ты угрозы не несешь… Все то, о чем ты пишешь, мог бы заметить кто угодно! Бояться нет причины!»

Но эта отповедь самой себе не успокоила ей нервы. Все равно осталось чувство, что она совершает что-то неправильное и навлекает на себя дополнительные неприятности.

Прежде, когда Анни писала в канцелярию космодрома, ей возвращались ответы на официальных бланках, написанные зубодробительным канцелярским языком. Точнее, не ответы, а отписки: как день было ясно, что никто в канцелярии даже и не думал вникать. И, хотя Анни возлагала на императрицу определенные надежды, ей казалось, что и в этот раз ответ будет примерно такой же. Может быть, более пространный, может быть, с сообщением о том, что ее доклад передан на рассмотрение какой-то комиссии — в общем, вариации на ту же тему.

Но случилось иначе: однажды, где-то через неделю после отправления доклада, в разгар первой половины рабочего дня императрица заявилась к ним в отдел.

Это был тот час, когда Лотера и Таирана уже закончили гонять утренние чаи и неохотно приступили к работе — то есть к рассмотрению документации, которую пересылали перед отправкой на космодром изделий и деталей изделий. Под изделием могло пониматься все что угодно: от спутников и их частей до ракет, кристаллов и сложных артефактов, в том числе предназначенных для замены собственно космодромного оборудования, а не для вывода на орбиту. На космодром приходила бесова уйма всяческих материалов.

Надо отдать коллегам Анни должное, работали они довольно быстро — если уж решали работать. Правда, это было вызвано тем, что они даже не пытались ни во что вникать. Просто сверяли с техническим заданием, смотрели оформление, после чего шлепали штамп и пропускали дальше — тем, кто будет уже сверять непосредственно на месте. Короче, работа кипела: стилусы крутились в пальцах, стучали клавиши, на экранах магстанций один докумен наползал на другой.

Именно тогда в дверь вежливо постучали, но потом сразу же, не ожидая ответа, отворили ее.

Сразу же вошло столько народу, что довольно просторный кабинет показался необыкновенно тесным. Явилось несколько больших шишек, в том числе глава всего отдела контроля — тот самый, на которого Ита Ращ жаловалась, что он все только подмахивает и может быть даже диплом получил нечестным образом. И две женщины. Одна — секретарша, безупречно-неприметного вида, другая — сама Императрица.