Варвара Мадоши – Гарем-академия 4. Старшая госпожа (страница 58)

— Кстати, мой помощник Алат рассказал мне про свой тайный проект и предложил мне работать с ним. Вот. Ты говорил, что я могу спрашивать твоего совета, как наставника. Что ты об этом думаешь?

Дракон хмыкнул, словно видел Даари насквозь.

— Если Сантир счел возможным посвятить тебя в тайну параллельной космической программы, я не возражаю, — сказал он. — Лично мне казалось, что тебе рановато, но я доверяю его суждению.

«Ого, — подумала Даари. — Значит, всерьез. Или Владыка решил поддержать розыгрыш. В принципе, это в его стиле...»

Однако мир уже столько раз вставал вокруг нее с ног на голову, что в принципе ничего сильно удивительного в этой истории с космическим заговором, пожалуй, не было.

— А что ты думаешь о самом Алате? — спросила она.

С подоплекой: мол, неужели человек едва за тридцать, за спиной у которого нет иных серьезных постов, может справиться с чем-то подобным?

Дракон ответил не сразу, потому что как раз стягивал через голову любимый бежевый свитер с широким горлом. Встряхнув и неожиданно аккуратно повесив его на спинку кресла, Владыка пожал плечами:

— Парень весьма дельный. Будь он больше склонен в политику, вырастил бы из него сносного Первого министра.

— Так ты с ним все-таки спал? — не выдержала Даари.

Дракон расхохотался, притягивая Даари к себе.

— Ох ты моя ревнивая... Или просто любопытная?

— Любопытная, — поправила Даари.

— Нет, я ведь говорил, не спал. Но, скорее всего, рано или поздно эту честь ему окажу... Что ты на меня так смотришь? Если хочешь увидеть меня в женском облике, тебе достаточно только попросить.

Даари густо покраснела.

— Да мне как-то мужской больше нравится...

— Да ладно тебе, — Дракон подмигнул и, сняв с руки перстень (не тот, который он носил, будучи Лаором), быстро переменился. Стал ниже ростом (даже ниже не особенно высокой Даари!), тоньше, волосы упали до пят черной волной, лицо сделалось нежнее, глаза приняли нереальный ярко-синий цвет. Белая футболка, которую он нынче облагородил честью надеть, повисла на этом хрупком видении, немедленно сообщив девушке какую-то особенную трогательную беззащитность, а джинсы, наоборот, натянулись на бедрах — вот-вот порвутся.

— Разработка не окончательная, но в таком виде я вполне могу явиться Сантиру, — сообщила красавица. — Пока я этим образом довольна.

Женский род выкосил Даари больше всего.

— А почему глаза синие? — выпалила она первое, что пришло в голову. — Таких же у людей не бывает!

— Иногда бывают, особенно в Пограничных землях, — Дракон ей подмигнул, и странно было слышать его интонации в девичьем щебечущем голоске. — Большинству мужчин, знаешь ли, нравятся экзотические детали.

— Да женщинам тоже...

— Нет, дорогая моя, вы куда консервативнее! Я пробовала экспериментировать, но большинство из вас шарахается, даже если выполнить, скажем так, отдельные части тела по верхней границе нормы...

Даари сообразила, о чем речь, и покраснела еще пуще.

— Предположим, я не шарахнусь, — сказала она Владыке чуть прерывисто. — Можешь превращаться обратно в мужчину!

— Вот даже как? — красавица приподняла изысканные брови. — Ну смотри, сама напросилась!

И тут же начала вытягиваться в росте и меняться лицом.

Больше они в тот вечер о космосе не говорили ни о космосе, ни о заговоре.

А на следующий день Даари впряглась по-настоящему.

Сделать было нужно много чего.

Во-первых, в тайну пришлось посвятить Саюру, Лаили Канно и Гешвири. На это дал добро Сантир (спрашивать Дракона о такой мелочи Даари не стала), а вот рассказывать что-то Саннин Жонтар он категорически отсоветовал.

— Я и для госпожи Утреннего Лотоса сделал исключение в существующих правилах, — пояснил он. — И только потому, что вы за нее ручаетесь, — он чуть улыбнулся. — Она-то всем доказала, что полностью вам лояльна. Пойти на публичную Желтую дуэль даже для дочери клана непросто... Жалко, у меня выбраться тогда не получилось.

Даари постаралась никак не выразить своего смущения этими словами.

Сантир тут же посерьезнел:

— На самом деле у Утреннего Тигра-и-Лотоса есть определенная репутация... Даже если она преувеличена, как минимум, они всегда оставались верны союзникам и никогда не разбалтывали государственные тайны. Барышня Жонтар, при всем моем заочном к ней уважении, тем же самым похвастаться не может.

Однако совсем уж таиться от Саннин Даари не хотела, поэтому, посовещавшись с Гешвири, дала ей понять следующее: Владыка дал Даари некое секретное поручение, подробно говорить о нем она пока не может, но постарается ввести Саннин в курс дела при первой же оказии.

Младшая фрейлина на это поклонилась и сказала:

— Недостойная постарается заслужить доверие.

— Вот и молодец, — сказала ей Даари как можно теплее. — Думаю, что заслужишь.

Саннин продолжала оставаться полезной и услужливой: она полностью взяла на себя управление резиденцией, что было очень кстати, поскольку о расслабленном режиме с проживанием на космодроме неполную неделю пришлось забыть. Даари теперь находилась в Сааре почти безвылазно.

Несмотря на то, что «подпольные» помещения, связанные с теневой космической программой, на Саар-Доломском космодроме не впечатляли и вообще ютились в закутках гигантского комплекса, по ряду логистических и исторических причин оказалось удобно сделать это место управляющим центром. Туда непрерывно стекались данные со всей Цивилизации, и Сантир все это разруливал — параллельно с основной работой старшего специалиста в лаборатории (в качестве помощника Даари он особенно не напрягался даже когда она не знала о его тайной деятельности).

Даари пока мало что умела, но старалась добросовестно выполнять приказы Сантира. О да, это были приказы — хотя и замаскированные под просьбы. Даари быстро поняла, что Алат стал ей именно начальником и своего рода ментором; она не обольщалась тем, что никакой официальной должности ни у него, ни у нее во «вложенном» космическом проекте не было.

При этом Сантир Алат оказался руководителем совсем иного рода, нежели принцесса-министр Тая. Он любил разыгрывать несколько ролей одновременно («я свой-в-доску-парень, который изображает неуклюжего и неуживчивого гения» — это тоже была всего лишь роль, под которой Даари быстро научилась видеть собранного и малоэмоционального профессионала), очень тонко чувствовал людей и не забывал держать в голове массу социальных нюансов. Например, Даари не сразу сообразила, что, в отличие от нее, он ни на минуту не забывал, что она, вообще-то, старшая супруга, одна из высшей — нет, высочайшей! — элиты Цивилизации. А он сам на этом фоне хоть и нужный специалист, выполняющий тайное поручение Владыки, но почти никто.

С другой же стороны, он — фактический лидер важнейшего государственного проекта, а Даари — мало что умеющий стажер, которого ему навязали по блату и которого приходится натаскивать. То есть он умудрился поставить себя так, что постоянно Даари на что-то натаскивал и тыкал ее носом в ошибки — но при этом уважительно, с юмором и не допуская ни малейшей непочтительности.

Даари решила, что если они когда-нибудь все-таки наткнутся на пресловутых злобных инопланетян, нужно будет сделать Сантира начальником дипломатической службы. Пока-то дипломатия в Цивилизации в загоне: договариваться особо не с кем.

Никогда еще Даари не было так сложно жить — даже во время подготовки к Большому турниру в Академии ей приходилось проще. Но при этом и такого удовлетворения от работы она никогда не чувствовала: наконец-то она вносила вклад в настоящее большое дело.

К тому же Даари никогда еще так интенсивно не училась. В качестве временного секретаря (с прицелом на будущего зама) Алата она помогала сводить вместе графики работы разных лабораторий и производственных объединений по всей Цивилизации — почти всегда в условиях, когда те и не догадывались, что им надо работать слаженно, — разруливала всякого рода накладки, ассистировала во время совещаний посвященных в тайну конструкторов и руководителей высокого ранга... Последнее, правда, закулисно: статус Даари был слишком высок, чтобы подавать Сантиру папки с документами. Поэтому Даари «сидела на магфоне», как это называлось в их маленьком штабе, а папке подносили другие.

Так-то помощников-аналитиков и координаторов у Сантира оказалось с десяток; в основном, девушки, и в основном — тоже выпускницы Академии, но не из топовой прослойки самых честолюбивых, а наоборот выходцы из низов. Для них учеба в Академии сама по себе стала социальным лифтом, и всерьез на что-то грандиозное, вроде как в самом деле стать супругой Владыки, они не рассчитывали. Зато были лояльны, упорны, профессиональны и готовы работать на результат, отставив в сторону мечты о громкой славе. Сперва Даари подумала, что они тихие и неамбициозные (и даже удивилась, как девушки такого склада сумели закончить Академию); потом поняла, что ошиблась: просто их амбиции были направлены не на блеск, а на достижения, в том числе и на коллективные — редкое качество! Почти все, кстати, оказались замужем; те, что постарше — даже с детьми.

Ни с кем из них Даари не стала даже приятельницей. Они не завидовали ее взлету, но сближению мешал, во-первых, высокий статус Даари, во-вторых, банальный недостаток времени: Алат загружал ее по максимуму, а ведь были еще и «дворцовые» обязанности. Правда, они пока сводились по большей части к обслуживанию ее беременности, но ходить на медосмотры и как следует высыпаться тоже требует времени!