Варвара Корсарова – Искательница бед и приключений (страница 51)

Напрасно я надеялась, что вот сейчас Муллима придавит каменная плита, или он провалится под землю, или на него дохнет пламенем – ведь должно же последнее святилище быть оборудовано защитой!

Но Муллим беспрепятственно метался по залу, вне себя от радости, и кара древних богов его не поразила.

Вместе с толпой бандитов мы ворвались следом. Теперь на нас никто не обращал внимания, и мы могли бы сбежать, если захотели – но только куда?

Один из догадливых оборванцев поднес спичку к стене. Огонь вспыхнул и помчался дальше, зажигая кольцо пламени в желобе со смолой.

Красноватый мечущийся свет затопил круглый зал со сферическим потолком, и теперь удалось хорошо разглядеть наполняющие его невероятные вещи.

– В пустошах Афара есть подземный город Бронзовых монстров. В городе том есть Храм Странника, а в Храме – зал, что таит в себе величайшее сокровище Афара, – как в полусне произнес Иверс. – Вот оно, Джемма. И это именно то, что я рассчитывал найти.

– Этот зал – космос. Модель Вселенной, как видели ее древние афарцы, – ошеломленно сказала я.

Купол потолка засиял знакомыми созвездиями, где звездами служили драгоценные камни. Между ними мерцали золотые астрологические символы, они повторялись и на стенах.

По окружности зала стояла дюжина бронзовых статуй – покровителей главных созвездий небесной сферы. Они были облачены в доспехи, их фигуры имели и звериные, и человеческие черты.

В середине зала раскинулся круглый бассейн, но наполненный не водой, а темной вязкой смолой. Огни и статуи отражались в ней, как в зеркале.

Однако не это было самым удивительным.

В центре бассейна на постаменте лежал большой булыжник – слегка оплавленный, серый, неприглядный. Камень был расколот на две части, на нем виднелись царапины и следы ударов тяжелым топором, а более мелкие осколки усыпали плиту.

По красноватому оттенку сколов я догадалась, что часть именно этого камня некогда попала к Иверсу. Он показывал нам его в доме Абеле Молинаро.

А значит, этот камень...

– Небесный Странник. Метеорит. Неведомый минерал, обладающий свойством усиливать и направлять действие эфирных волн, – тихо сказал профессор. – Кто-то пытался его уничтожить, но не справился. Странник все еще излучает эманации.

– Эманации эфирных волн здесь сильные.

– Можно представить, какой мощью Странник обладал, когда был целым. Неудивительно, что древние афарцы ему поклонялись. Он позволял им творить чудеса!

Эвита и Озия потерянно стояли рядом и молча прислушивались к разговору. Бандиты Муллима ненадолго оставили нас в покое – они были заняты тем, что выковыривали драгоценные камни из стен, отдирали символы, хватали украшения. Зал наполнился грохотом, веселой бранью, проклятиями.

– Давайте подойдем к Страннику.

Иверс кивнул на мостик, что вел к центру бассейна.

Только тут я разглядела его хорошенько.

Мостом это сооружение можно было назвать с натяжкой. К постаменту тянулась цепочка из пяти огромных железных шаров, покрытых резьбой – на каждый можно поставить ногу без риска упасть. И несколько фигур помельче, в форме звезд и хвостатых комет.

И все они висели на расстоянии нескольких локтей от смолянистой поверхности! Висели безо всякой опоры – просто неподвижно парили в воздухе.

– Это еще что за колдовство? – слабо изумился Озия.

Иверс возбужденно рассмеялся – хотя смех его был неуместен среди буйства человеческой алчности.

– Никакого колдовства. В зале спрятан электромагнит, его наверняка питает энергия этого удивительного метеорита.

– Я чувствую, что зал набит механизмами и приспособлениями, – подтвердила я. – Они повсюду, под полом и в стенах.

Пробудившимся эфирным зрением я видела гораздо больше. Десятки скрытых помещений, набитых артефактами. Шкафы, полные свитков и глиняных табличек. Сундуки. Потайные камеры. Застывшие в вечности бронзовые фигуры. Храм Странника хранил в себе многое, и его сокровища звали меня, требовали, чтобы я вернула их людям.

Устройство подземного храма открылось мне с необычайной отчетливостью.

В том числе и колодец с витой лестницей наверх – на свободу, под чистое небо и жаркое солнце! Колодец прятался совсем недалеко. Попасть к нему можно через узкий коридор, а дверь в него...

Голос Иверса вернул меня в реальность. Даже в минуты опасности профессор предавался своему любимому занятию – читал лекцию.

– Этот смоляной бассейн символизирует космос, а шары – не что иное, как копии пяти планет, известных древних афарцам. Себек, Джесар, Джапет.

– Как вы это поняли?

– На них выбиты соответствующие символы.

Иверс двинулся к первому шару, но тут Муллим, наконец, вспомнил о нас. Также его заинтересовал камень в центре.

– Это что? – он остановился и показал на метеорит. – Он драгоценный? Он нам нужен?

– Выглядит как булыжник, – небрежно откликнулся другой бандит.

– Да, – спокойно ответил Иверс. – Всего лишь священный камень. Видишь, он разбит, и на сколе нет золотых жил.

После чего Муллим с опасением коснулся рукой ближнего к бортику железного шара. Тот не шелохнулся – так и остался висеть в воздухе.

– Демонова магия, – пробормотал Муллим и опасливо сплюнул через левое плечо.

Его подельники высыпали на пол добычу – драгоценные камни, статуэтки, чаши и сорванные золотые детали интерьера.

За считаные минуты зал потерял свое великолепие, в стенах зияли дыры и трещины. В воздухе повисла пыль. Громилы тяжело дышали, их глаза горели лихорадочным блеском.

– Пока довольно, братва, – приказал Муллим. – Здесь наверняка есть еще комнаты, набитые золотишком. Джемма покажет нам, где они. Ты ведь их видишь своим Даром, не так ли, ягодка?

Муллим тяжело положил мне руку на плечо. Иверс рванулся ко мне, но перед ним заступили два насторожившихся бандита.

– Муллим, мы заключили сделку, – спокойно и вкрадчиво произнес Иверс. – Свою часть я выполнил – провел тебя в храм. Ты обещал разделить добычу и отпустить нас.

– Я передумал, – хладнокровно прервал его Муллим. – Вы, ученые, постоянно врете. Работа у вас такая – врать. Считаете себя умней других! И потому нельзя честному человеку заключать с вами сделки – в дураках останешься. А Муллим не любит оставаться в дураках.

Не меня интонации и не повышая голоса, он приказал подельнику:

– Татмос, спихни профессора и белобрысого в яму со смолой. Девок не трогай: Джемма нам еще нужна, а богатый папаша рыжей нам заплатит, коли захочет увидеть ее живой.

Я не успела испугаться, как все пришло в движение.

Иверс не стал дожидаться, когда Муллим закончит.

– Джемма, Эвита, укройтесь за Странником! – крикнул он и бросился на Муллима.

И таки сумел застать его врасплох: одним движением вырвал ружье и перекинул Озии.

Озия растерянно схватил ружье и неловко выставил вперед.

Иверс извернулся, передавил Муллиму горло локтем, нашарил в его кармане нож, вытащил и ткнул в бок.

Муллим извивался, пытался достать профессора кулаком, но почувствовав на ребрах острие, затих, выставив руки.

– Не убивай! Не надо! Мы договоримся! – хрипел он.

Озия отступил за Иверса и из-за его плеча водил стволом туда и сюда. При этом кричал неуверенным голосом:

– Осторожно! Я выстрелю! Выстрелю! Честное слово! Не подходите! Прочь, негодяи!!

Бандиты рассыпались по залу, но нападать опасались.

Не дожидаясь, пока они сообразят, что делать, я схватила Эвиту за руку и потащила за собой.

– За булыжником можно укрыться. Вперед!

Без колебания я прыгнула на железный шар, широко перешагнула на второй.

Они держались устойчиво, и я старалась не думать, что доверяю свою жизнь магниту, и что под ногами у меня поблескивает вязкая смола – неизвестно какой глубины.

Если упаду, то уже не выберусь.

Эвита покорно следовала за мной, но при каждом прыжке издавала тонкое поскуливание.