Варвара Корсарова – Дворецкий поместья «Черный дуб» (страница 6)

– Ирис, где ты таких находишь – красавчиков с мерзким характером? – капризно протянула Кло.

Ирис щелкнула рычажками, Кло всплеснула ручками, а ее брови сложились трагическим домиком. Горничная ахнула и засмеялась, но тут же осеклась.

– Весьма впечатляюще, госпожа Диль. Вы чревовещательница? – спросил Рекстон, глядя Ирис в глаза.

Это ее удивило. Пожалуй, он был первым человеком, который во время трюка смотрел на нее, а не на Кло. Ирис отлично умела направлять внимание зрителя на куклу, отвлекая от кукловода, но Рекстон видел ее, и только ее. Обмануть такого человека сложно.

– Да, – ответила Ирис нормальным голосом, но часто закивала кукольной головой. – Я артистка.

И не удержалась.

– Она очень талантливая артистка! – воскликнула Кло.

Рекстон реплику куклы оставил без внимания.

– Адель, принесите теплое одеяло, – обратился он к горничной.

Та покорно ушла, но в дверях обернулась, сгорая от любопытства.

Когда Рекстон и Ирис остались одни, дворецкий сбросил маску вежливости. Но не до конца – за годы службы она приросла к его лицу. Однако его тон стал резче, а в выборе слов он и вовсе перестал стесняться.

– Чем вы еще занимаетесь, кроме как дурачите публику, госпожа Диль?

– Ирис, дай ему пощечину! – драматически потребовала Кло. – Такое нельзя спускать!

– Будьте добры, положите куклу и ответьте на мои вопросы без шутовства.

Ирис не послушалась, но к голосу Кло больше не прибегала.

– Я отвечу на ваши вопросы, если вы будете задавать их правильно. А может, и не отвечу.

– С какой целью вы приехали к барону? Вы услышали о его смерти и решили провернуть мошенническую схему? Хотите задурить госпоже Эрколе голову и заставить ее раскошелиться? У вас это не пройдет. Я готов сам отвезти вас в Шваленберг, если вы согласитесь тихо исчезнуть прямо сейчас.

– Пошел ты к черту, Рекстон! – дерзко пропищала кукла.

– Ой, простите, – мило улыбнулась Ирис. – Кло дурно воспитана и говорит то, что думает.

– Хорошо, госпожа Диль, подождем до завтра. Потом пеняйте на себя.

Дворецкий вежливо кивнул и пошел к двери. Кло ожила, приложила к губкам пальчики и залихватски свистнула.

– Эй, Рекстон! – окликнула его Ирис голосом Кло. – А ты извинишься перед Ирис, когда нотариус подтвердит ее личность?

Рекстон повернулся, смерил Ирис взглядом, но ответил Клодине с великолепной учтивостью:

– Безусловно, барышня-кукла. В этом случае я готов признать свою неправоту и принести извинения. Однако, боюсь, у твоей хозяйки ничего не выйдет, что бы она ни задумала.

Глава 3

Новые родственники

Закрывшись в комнате, Ирис уселась на кровать и крепко выругалась, предварительно зажав Клодине уши. Каков наглец этот Рекстон! Что он себе позволяет?! Не дворецкий, а Цербер! Так рьяно охраняет интересы хозяйки, что готов вытолкать гостью взашей! Образцовый слуга? Надменный холуй, вот он кто!

Ирис презрительно фыркнула, вспомнив невозмутимое красивое лицо Рекстона. Отчего-то больше всего ее раздражала не вежливая, отточенная грубость дворецкого, а именно его идеальность. Форма с иголочки, ни пятнышка, ни морщинки на дорогой ткани. Фигура атлета, внешность киноактера, которому достаются роли роковых соблазнителей и блистательных злодеев. И пахнет от него идеально – свежевыглаженным хлопком и цитрусовым одеколоном. Его как будто на фабрике сделали, честное слово. Не может быть, чтобы у Рекстона не было недостатков. Наверняка он храпит, с хрюканьем и присвистом. Или имеет какой-нибудь тайный мерзкий грешок.

Ирис чувствовала себя подавленной. Ей нужно было спустить пар на ком-нибудь, хотя бы мысленно, и дворецкий стал для этого подходящей кандидатурой.

В комнату постучалась Адель с постельным бельем. Она рассказала Ирис, где найти ванную, и предложила помочь разобрать чемодан. Ирис отказалась. У нее никогда в жизни не было прислуги, поэтому в присутствии горничной ее охватывала неловкость.

Девушка быстро привела себя в порядок и отправилась ужинать. В столовую она вошла со священным трепетом – более гостеприимной комнаты она отродясь не видела. Лепнина на стенах, мебель светлого дерева, голубая скатерть на столе. Окна выходят на восток – значит, по утрам здесь солнечно. Но сейчас снаружи висела бархатная темнота – не зловещая, как на столичных окраинах, а уютная.

Хотелось бы оказаться здесь при других обстоятельствах… Ирис стало горько оттого, что она так и не встретилась с хозяином «Черного дуба». Барон хотел увидеть ее, но его мечты не сбылись, их оборвала смерть. Теперь Ирис была незваной гостьей в его доме, и никто ей не был рад.

Впрочем, госпожа Эрколе встретила ее сердечной улыбкой.

– Простите, ужин скромный – у меня совсем нет аппетита после того, как мой брат…

Она приложила платок к глазам. Ирис промолчала – нужных слов не нашлось.

За ужином прислуживал дворецкий. Ирис вздрагивала каждый раз, когда он возникал за ее стулом и его рука с длинными пальцами и крепким запястьем ставила перед ней тарелку. Рекстон двигался бесшумно. Черный костюм сидел на нем как вторая кожа, дворецкого словно облили темнотой. Когда его услуги не требовались, он отступал в угол и сливался с тенью. Он и сам походил на тень, но в то же время его присутствие невозможно было оставить без внимания.

Несмотря на роль слуги, Рекстон казался подлинным хозяином дома. Было очевидно, что госпожа Эрколе привыкла полагаться на него во всем. Она говорила с дворецким уважительно и часто ловила его взгляд, как будто ожидая подсказки. Рекстон был не только ее верным слугой, но и союзником и опорой.

Как же Ирис не хватало Клодины за столом! Но она рассудила, что не стоит шокировать новую родственницу привычкой ужинать в компании куклы.

«Скромный» ужин состоял из нескольких холодных закусок и запеченной форели под сливочно-лимонным соусом. Госпожа Эрколе клевала как птичка, но держалась столь изящно, что хоть картину с нее пиши. А вот Ирис стоило больших усилий не набивать полный рот – так все было вкусно.

Они с отцом не голодали, но питались однообразно и в основном трактирными блюдами – готовить порой было просто негде. Изысканный обед на керосинке в ночлежке не сварганишь, будь ты хоть трижды искусным поваром.

Приборов перед ней положили слишком много, для каждого блюда полагалась своя вилка или ложка. Ирис не разбиралась в тонком этикете, поэтому брала тот прибор, который казался удобнее. Пару раз наверняка ошиблась, но понадеялась, что тетя не станет думать о ней хуже из-за пустяковой оплошности.

А что о ней думает дворецкий, ее ни капли не интересовало. Не его ума дело о гостях судить.

– Сейчас подадут чай, и мы всласть поговорим, – слабо улыбнулась госпожа Эрколе.

Рекстон принес поднос и выставил на стол… паровоз. Странная медная штука имела колеса, две трубы, из которых поднимался пар, угольный ящик и несколько датчиков и манометров. К передней части паровоза был приварен краник. Брови Ирис полезли на лоб.

– Это самонагревающийся чайник, – пояснила госпожа Эрколе, страдальчески морщась. – Внутри кипяток, заварка и угли. Его сделал мой брат. У Гвидо было хобби мастерить необычные вещи.

– Увлекательное занятие! – одобрила Ирис.

Барон с Финеасом (ее настоящим отцом) нашли бы общий язык. Да и сама Ирис любила помогать отцу и копаться в шарнирах кукол.

– Занятие увлекательное, но далеко не безобидное, – вздохнула госпожа Эрколе. – Гвидо взялся механизировать усадьбу. У нас есть самоскладывающиеся стулья, будильник с сюрпризом и туфли с лезвиями, чтобы подравнивать траву во время прогулки. Изобретательская жилка Гвидо не давала ему покоя. Один лишь Рекстон и мог урезонить его. Например, Гвидо изготовил приспособление для снятия обуви. Рычаги крепко обхватывают ногу и при этом чуть ее не отрывают. Рекстон сумел убедить Гвидо не предлагать свое изобретение гостям, пока он его не доработает, иначе мы разоримся на протезах для знакомых. В доме постоянно что-то грохотало, взрывалось… Но теперь нам будет этого не хватать. – Она опять тяжко вздохнула. – Мой брат был необычным человеком. Жаль, что вам не довелось познакомиться с ним.

Рекстон принес ореховый кекс и двинулся к выходу, но пожилая дама окликнула его:

– Рекстон, присоединяйтесь к нам! Садитесь. Займите место Гвидо.

Дворецкий беспокойно повел плечами.

– Госпожа Эрколе, простите, но…

– Забудем на этот вечер разницу в нашем положении, – решительно заявила его хозяйка. – Знаю, вам, как и мне, хочется больше узнать о госпоже Диль – так садитесь же и разлейте чай.

Рекстон молча повиновался, хотя было видно, что он не рад приглашению и чувствует себя не в своей тарелке. Где это слыхано, чтобы дворецкий занимал место покойного хозяина дома?!

Ирис прекрасно поняла истинную причину приглашения. Госпожа Эрколе хотела, чтобы Рекстон стал свидетелем их разговора. Раз она привыкла во всем полагаться на дворецкого, ей нужно знать его мнение насчет Ирис. Она не сомневалась, что ничем хорошим этот разговор не закончится, и внутренне собиралась перед битвой.

После того как Рекcтон сервировал чай и занял место во главе стола, в комнате повисло молчание. Хозяйка намеревалась начать допрос, но не знала, как приступить к нему поделикатнее. Она неуверенно глянула на дворецкого, тот ободряюще кивнул. Ирис перехватила инициативу и заговорила первой:

– Тут так тихо и уютно… Должно быть, славно иметь дом за городом.