Варвара Еналь – Земля будет принадлежать нам (страница 25)

Гомен приближался быстро. Для него путники являлись отличной мишенью, стреляй сколько хочешь. Ни деревьев, ни каменных выступов – ничего, где можно было укрыться. Белый силуэт уже хорошо вырисовывался в темноте – горящие глаза, быстрые движения. Вот робот поднимает руку, вот Таис кидается на землю, прикрывая испуганного Йаса.

Выстрела не прозвучало.

Ночную тишину разорвал сердитый рык, зашумели папоротники, и раздался звук падающего тела. Что-то тяжелое рухнуло в траву.

– Братан появился, – с явным облегчением в голосе проговорил Федор. – Повезло. Таис, глянь. Наш Пушистик тут как тут. И не один, с ним прибежало еще несколько тварей. Атака фриков на роботов. Это стоит того, чтобы взглянуть.

Но Таис уже ничего не хотелось. Она медленно поднялась и уселась у холодной скалы, прижавшись к ней спиной. Тяжело выдохнула и обняла вздрагивающего Йаса.

– Давайте я попробую, что ли, – проговорил Федор. – Вдруг мне откроет.

Он приложил ладонь к сенсору. Тот вспыхнул голубым и четко произнес:

– Штурман Шереметьев. Вход открыт.

– Чтоб всем треснуть… – потрясенно проговорила Таис.

Глава 4

Эмма. Спуск на нижний уровень

Прыткий Гусь, узнав о задании, принялся рассуждать о том, что людям на Нижнем уровне не место и вообще это сущая ерунда.

– Вы делаете ошибку, спуская меня вниз. Меня разнесут на мелкие клочки, просто распылят, как робота-недомерка. Вы узнаете, вы увидите. А я вам еще очень пригожусь, – без умолку тарахтел странный маленький андроид.

– Это кто ж их делает такими болтливыми? – удивилась Эмма. – Эти программы можно исправить, и он не будет рассуждать о том, о чем не должен.

– Как это исправить? Сделать меня бестолковым молчуном вроде Чайника? – возмутился Гусь и выпрямился, яростно блестя диодами глаз.

Эмма вдруг вспомнила Лоньку, которого отформатировал и переделал Колька. Подумав о Колючем, ощутила внутри привычную пустоту, черную и страшную, и вздохнула.

– Сделать тебя более пригодным для работы, – пояснила она Гусю.

– Тогда будет неинтересно! – решительно возразила Френси. – Роботы должны развиваться. Мы развиваемся, эволюционируем, меняемся. И роботы должны тоже развиваться. Так говорил наш дядя, отец Саманты.

– Так говорили оба наших отца. Иначе, если не будем развиваться, превратимся в зверей! – Это тоже говорил отец, – добавила Саманта.

– Это не то развитие. Люди не в ту сторону развиваются, поэтому уже стали превращаться в зверей, – тихо проговорила Эмма.

– Давайте не говорить лишнего, – вмешался Жак. – Отключите голосовое реле робота и пусть лезет на разведку. Если путь свободен, мы тоже пойдем.

– Не стоит его отключать, иначе он нам ничего не передаст. Его системы работают, как у людей. Он сам себе отдает команды. Если посылать его просто что-то завинтить или проверить – можно и без голоса. А если на разведку – то его способность все замечать вам пригодится. На самом деле он очень дельный робот, – заступилась Френси за свое создание. – Вот увидите. Торопитесь, если действительно хотите выручить своего. Но если на вас нападут синтетики, мы вам не поможем. Мы только за своих. А вы для нас чужие. Мы за семью. Семья всегда превыше всего.

– Я понял. Мы тоже за семью, – широко улыбнулся Ник. – Мы тоже за своих. Давайте, пора.

Цех был огромным и круглым. Но колбы с голубой и прозрачной массой Живого металла в нем не было. Станция питалась по старинке, энергией из космоса.

– Никакого Живого металла тут, – тихо произнес Жак, оглядывая стены и начинку цеха.

– Значит, станция сошла с орбиты еще до того, как ею завладели синтетики, – добавил Ник.

– Тогда каким образом синтетики оказались внизу, на Нижнем уровне? – удивилась Эмма.

– Захватили его. И обустроили свои цеха. Как будто им делать нечего и на планете для них уже нет места. Жадюги, оставили бы людей в покое! – возмущенно проговорил Вил. – Вот он, ваш люк. Прямо в полу, в середине цеха. Вот туда вам и надо. Мы сейчас отключим внутри его энергетическое напряжение, распыляющее на частицы все, что движется. Энергораспылитель наш, который защищает от синтетиков.

– Не выдавай все секреты, – возмутилась Саманта и щелкнула Вила по затылку.

– Сама не выдавай. Пусть знают, что у нас много приспособлений, отец нас научил. – Вил пихнул сестру и почесал голову в том месте, куда пришелся щелчок.

Френси между тем опустилась на колени рядом с небольшим круглым люком, в который взрослый человек пробрался бы с большим трудом, но для подростка места – в самый раз. Склонилась над расположенным рядом с ним овальным плоским пультом, приложила ладонь, быстрыми движениями пальцев набрала какую-то комбинацию. Загорелся ряд синих диодов.

– Первая ступень, – тихо сказала Френси, еще раз что-то нажала, и пара диодов поменяла цвет на красный. – Вторая ступень. – Еще одно движение. Еще три диода стали красными.

– У вас оружие есть, правильно? – оглянулась Саманта, смерила взглядом Ника и Жака. – Если что, мы откроем вам проход, но следом за вами спускаться не будем. Ясно?

– Мы поняли. Берегите себя, – четко произнес Ник.

Эмма бросила короткий взгляд на Саманту и ничего не сказала. Она давно перестала бояться. Тревогу и опасность чувствовала, да. Но страх смерти уже ушел. Какая-то часть внутри умерла вместе с Колькой и погибшим роботом Лонькой. Какая-то слишком важная часть. И сейчас, стоя перед люком, ведущим в опасный проход, Эмма хорошо понимала, что изменилась и изменилась навсегда.

– Третья ступень. Готово, – тихо проговорила Френси и подняла голову.

Глаза у нее были светло-карие, почти желтые, с длинными густыми ресницами. Брови четкие, разлетающиеся к вискам, губы крупные, большие. Ровный нос и парочка веснушек на носу. Красивая девочка, но в глазах – слишком много злости и настороженности. И какой-то глубокой тревоги, сквозящей и в порывистых движениях, и в привычке поджимать губы и пристально вглядываться.

– Тогда Гусь. Пошел, – просто сказала Саманта.

И робот, наконец-то прекративший говорить, остановился у самого края люка.

Люк открывался с середины. Сначала появилась крошечная точка, которая росла, превращаясь в правильный темный круг. И в этом кругу, в кромешной темноте, Эмма не могла рассмотреть ничего. Она поежилась, слегка отступила и оглянулась на Ника.

Тот стоял спокойно и уверенно, не отводя взгляда от открывающегося люка.

– Вот это темнотища, – буркнул Вильям. – Лопни мои глаза!

Эмма удивилась этой странной фразе (как глаза могут лопнуть?), но ничего не сказала.

Гусь сиганул в темноту с молчаливой обреченностью.

– Просто лететь вниз? – тихо уточнил Жак.

– Там специальный воздушный поток, он подхватит вас. Это мы придумали, – сказала Френси. – Долетите, как на подушке, и окажетесь в одном из коридоров недалеко от грузовых ангаров. Это на максимальном удалении от цехов, где обитают все синтетики. Там светло. Гусь, там светло?

– На месте! – Голос Гуся прозвучал из светящегося пульта под руками Френси.

– Молодец. Что там?

– Тихо. Светло. Пусто. Путь свободен. Опасности нет.

– Атмосфера? Температура?

Гусь передал подробности, но уже и так было ясно, что Нижний уровень вполне пригоден для людей.

– Этот люк всегда был тут, – пояснила Френси. – Он даже изолирован от проникновения на Второй уровень станции. То есть он просто не стыкуется со Вторым уровнем, нет выхода. Сплошная труба до самого низа. Мы просто установили распылители, чтобы синтетики не добрались до нас. Как только вы окажетесь внизу, мы снова включим предохраняющие установки. Связь будет только через Гуся. И не рассчитывайте на нашу помощь, можете даже не отправлять сигнал SOS. Мы не придем.

– Все понятно. Мы можем идти? – Ник посмотрел на Эмму и спросил: – Может, останешься?

– Нет. Я с вами, – покачала головой Эмма. При мысли о том, что она может остаться жить на станции вместе вот с этими брошенными детьми, ее пробрала дрожь. Лучше уж погибнуть внизу, чем оказаться в космосе, в полной изоляции, в компании странных детей.

– Значит, просто полет? – уточнил Жак, с сомнением заглядывая в круглый зев трубы. – Летим и ничего не делаем?

– И плавно опускаетесь. Все продумано, – кивнула ему Френси. – А дальше все для вас разузнает Гусь. Он легко подключится к тамошней сети и достанет для вас информацию.

– Тогда я первый. – И Жак прыгнул в темноту.

Вскоре Гусь доложил через панель управления, что первый приземлился удачно.

За Жаком последовал Ник, последней прыгнула Эмма. Теплый поток подхватил ее и понес, мягко и бережно. Будто она вдруг обрела невесомость и летела через теплый, уютный космос.

А темнота в трубе казалась уютной. Она словно дышала Эмме в уши, тихо и мягко, и казалась живой, приятной и даже немного знакомой. Это снимало напряжение и разгоняло страхи. Это навевало покой. Обманчивый покой.

Надо не расслабляться, не успокаиваться. Впереди яростные битвы и страшная опасность. Впереди Нижний уровень, где обитают синтетики. И нет рядом ростков, чтобы справиться с враждебным искусственным интеллектом. Есть только Жак, Ник и она. И еще глупый Гусь, от которого ни грамма толка в бою.

И тут внизу засиял свет. Множеством коротких лучей он осветил поверхность трубы, приблизился и легко принял Эмму в свои объятия. Скорость полета замедлилась, ноги коснулись прорезиненного пола – такого знакомого, такого привычного.