Вартуш Оганесян – Возмездие (страница 74)

— С вершины вообще сложно что-либо рассмотреть, для этого как минимум нужно хотя бы посмотреть вниз. И тогда, не дай Бог, может закружиться голова или начнёт тошнить. Да и зачем туда смотреть, когда перед тобой открываются безграничные просторы? Ты прав, всё остальное уже настолько мелко, что совершенно перестаёт вас волновать. А тем, кто внизу, наоборот, важна каждая мелочь, ведь наша жизнь состоит из мелочей и, в отличие от вас, мы научены её замечать. Пока вы там, наверху, делите между собой небо и землю под ним, мы стараемся успеть урвать хоть что-то внизу. Мелочь, но зато своя. И это не эгоизм, а желание жить так, как получается. Так, как умеем. Так, как нам позволяют те, кто уже заняли вершину. Многие не пытаются туда взобраться, потому что знают, что чужому там нет места, а падать оттуда больно. Поэтому, я в большей степени отношусь к тем, кто доволен своей жизнью, лишь бы в неё никто не лез. У меня другие ценности и меня мало волнует материальная сторона. Для меня деньги — это всего лишь средство для выживания, а не смысл жизни. Ты не подумай, я не упрекаю тебя в чём-либо. Твоя жизнь, рождённого на вершине, такая, а у меня совершенно другая. Ты живи, как хочешь, а мне оставь мою жизнь.

Хотела уйти, но он опять не позволил. Взял её ладонь в свою и мягко сжал.

— Я хотел жить по-другому, но не получилось. Теперь поздно и я не имею права на ошибку, слишком большая ответственность. — Хотелось, чтобы она поняла, но не знал, как объяснить. Притянул к себе и обнял, крепко прижав голову к груди и поцеловав макушку. Как ни странно, она не стала сопротивляться и даже обняла в ответ. — Обещаю, я что-нибудь придумаю. Мне просто нужно время. Пока я решаю этот вопрос, ты спокойно занимайся делами фонда. Буду приезжать к тебе при первой же возможности.

Послышался её нервный смешок:

— Спасибо, но у меня немного другие планы. И, кстати, как раз хотела поговорить с тобой насчёт фонда. — Отпустила его и отошла в сторону. Старалась избегать его взгляда, но заговорила серьёзно и сосредоточенно. — Там работает девушка Зарина. Знаешь такую?

— Нет. — Начало уже не нравилось, однако перебивать не стал.

— Зарина давно работает в фонде. Ты бы видел, как у неё горят глаза, когда появляются новые идеи и планы по улучшению работы фонда. Она лучше любого знает, что для этого нужно делать и идеально подходит на должность руководителя. Ты изначально знал о моих целях и знаешь, что я здесь не задержусь, поэтому хочу, чтобы на сегодняшнем вечере Зарину официально назначили на эту должность. Об этом я и хотела тебя спросить изначально. Ещё нам нужно знать, придёшь ли ты на вечер?

— А ты хочешь?

— Конечно! — выпалила сразу же и смущённо отвела взгляд.

— Тогда приду, — улыбнулся её искренности.

— А что скажешь насчёт Зарины?

— Я не видел, как горят глаза у этой девушки, но вижу твои, когда ты говоришь о ней. Если ты уже приняла решение, я поддержу тебя.

Было чертовски приятно видеть, как счастливая улыбка озаряет грустное и строгое лицо.

— Спасибо! — воскликнула радостно. — Я тогда сообщу об этом после моего выступления, хорошо? Или ты сам скажешь?

«Неужели даже такого пустяка достаточно для счастья? И просит-то даже не для себя, а для человека которого знает всего пару недель», думал удивленно. Вот если бы все вопросы решались так легко…

— Сама скажи. Мне нужно, чтобы ты на это мероприятие пригласила моих английских гостей, с которыми виделась в офисе.

— Хорошо. Скажи мне их контакты и мы свяжемся с ними. Если хочешь, отвезу приглашения лично.

Задумался. Они видели её в офисе и наверняка запомнили. Приглашение примут, уверенные, что он будет там. А если у них появится ещё и собственный интерес, то приедут обязательно, ничего не подозревая, а значит, без лишней охраны. И место, и время идеально подходят, чтобы покончить с ними.

— Да, так будет лучше, — ответил, подумав. — И передай им, что я планирую обсудить там с ними наше сотрудничество. Это их расшевелит.

Она посмотрела на него в нерешительности и осторожно спросила:

— Ты всё же решил согласиться на их условия?

Стало любопытно услышать её мнение по этому поводу:

— Значит, наша Елизавета Андреевна тебе успела рассказать? И что бы ты мне посоветовала?

Её глаза растерянно округлились:

— Я?! — И смущенно улыбнулась. — Не притворяйся, мой совет тебе не нужен.

Эта скромная улыбка очаровывала и приятно грела душу. Захотелось обнять её, прижать к себе, поцеловать…

— Ты права, мне нужен не совет, советников хватает, мне нужна ты.

Улыбка медленно сошла с её лица. Она отвернулась, снова схватив свои бумажки, но тут же обернулась, воскликнув:

— Совсем забыла! Дима говорил тебе, что мы ездили в больницу, куда отвезли Рому после нападения?

— Да. Я отослал фото кому надо, скоро выяснят, кто это был, — ответил спокойно, подходя к ней ближе.

— Хорошо, — кивнула довольно, но отметила его попытку приблизиться и отступила в сторону ванной. — Думаю, этот человек неспроста там оказался. Вряд ли он имеет отношение к нападению на Рому, но однозначно связан с покушением на Марка.

— Мы это обязательно выясним, — пообещал, преградив ей путь к отступлению. — Не думай, что смогла сменить тему и не делай вид, что не слышала меня.

Не стала пытаться обойти и спорить. Наоборот, сама подошла и обняла за талию, прижавшись лбом к обнажённой груди.

— Это уже не шутки, — прошептала едва слышно, — пора прекращать игру.

Прижал к себе, испытывая невероятное удовольствие от её нежных и тёплых прикосновений.

— В том-то и дело, что я сам не понял, когда перестал играть.

Послышался её тяжёлый вдох. Отстранилась и заглянула в глаза, проговорив серьёзно:

— Алэн, давай не будем усложнять нашу жизнь. Рано или поздно ты всё равно женишься, это неизбежно, хочешь того или нет. У такого мужчины обязательно должна быть семья, иначе это можно считать преступлением. И я правда желаю тебе счастья. Но неужели ты думаешь, что я не хочу того же самого для себя? — Её скромный, опущенный взгляд только добавлял смятения в душу, слова отдавались в голове неприятным предчувствием неизбежного признания. — Думаешь, я соглашусь быть твоей любовницей? — вот и прозвучал этот неприятный факт. — Неужели такой жизни ты желаешь для меня?

— Я же сказал, что найду способ…

Она не дала договорить. Прижалась к губам мягким поцелуем, прикрыв глаза и обхватив ладонями лицо, затем снова посмотрела на него блестящим от слёз взглядом и прошептала:

— Не нужно. Просто отпусти меня.

Что значит «просто отпусти?», нахмурился недовольно.

— Но я лю…

Она снова прижалась к губам, не дав сказать самые важные слова.

— Прошу, не поступай так со мной, — проговорила тихо, отстранившись, и резко вырвалась из кольца его рук.

Хотел броситься за ней, но зазвонил телефон.

Сердито сжал кулаки, взглянув на закрытую дверь в ванную, но пошёл к телефону. Незнакомый номер. Сразу понял, кто это, и принял входящий звонок.

— На месте? — спросил резко по-английски.

— Да, — ответил мужской голос. — Всё готово.

— У меня появилась идея. Если не получится, тогда закончим.

— Даёшь отбой?

— Пока да. Просто веди их. А вечером вместе с ними жду по адресу. Набери позже, объясню, куда идти. Встретимся на месте. — Нажал отбой и набрал другой номер: — Роберт, вечером ты нужен в Санкт-Петербурге. Только давай без лишнего шума. Придумай что-нибудь для дяди, если спросит. Гарри возьми с собой.

— Понял, — последовал короткий ответ и абонент отключился.

Набрал следующий номер и прижал телефон плечом к уху, поспешно натягивая и застегивая рубашку.

— Макс, через час буду у тебя, — сказал уже по-русски сразу, как только ответили на звонок. — Нужно пробить кое-какую информацию.

— Кстати, по поводу информации, — ответил Макс. — Чел, которого ты мне скинул, это некий…

— Подожди, — прервал его, так как Лена вышла из ванной. Хотелось многое ей объяснить, но на вечер накопились дела, требующие тщательной подготовки, поэтому выяснять отношения больше не стал. Подошёл, быстро чмокнул в губы, прошептав на ухо: — После мероприятия поговорим. Сейчас мне нужно ехать.

И вышел, на ходу приводя в порядок одежду и спускаясь по лестнице.

— Продолжай, — сказал между тем.

— Фото меня привело к некому Рику Бергу, поляку. Никакой он не доктор, а всего лишь риелтор в какой-то мелкой конторке. Но самое интересное даже не это, а то, что о такой личности совершенно никто ничего не знал ещё буквально два года назад. — Пока Макс говорил, прошел мимо Димы и махнул в знак, что уезжает. Вышел из дома, сел в Бугатти и поехал. — В его биографии написано, что он родился и жил в Варшаве, но я перерыл всё и не нашёл с такими данными ни одного школьника, ни одного студента. Так же полностью отсутствует информация по страховке, по налогам, медкарта и прочее. Впервые опять же появляется два года назад. Странно? Безусловно! Поэтому копнул глубже. И знаешь что? Нашёл похожего чела в Украине. Совпадение 83 процента. И это некий Ринат Бердюк. Там он вёл скромную жизнь репортёра. И вовсе исчез с поля зрения… Угадай, когда? Правильно! Два года назад! Не знаю, как тебе, но мне опять-таки странно. Копнул дальше и нашёл ещё много чего, не буду нагружать ненужной инфой, скажу самое главное: зуб даю, наш клиент — это Ричард Баррет, американец, уроженец Нью-Йорка. Между прочим, капитан юношеской футбольной команды! По данным сразу после школы ушел добровольцем в армию. Отслужил три года, в возрасте двадцати одного года устроился в частную военную компанию, но через год ушёл и поступил в Университет ЦРУ. Дальше с этого момента пусто. Опять странно? Согласен! Но не переживай, я работаю над этим, скоро всё будет. А на данный момент любопытно, что вся информация о Ричарде Баррете исчезает именно после окончания университета. Глупо? Не то слово! Зачем так явно стирать его из истории? Могли бы хоть какое-то время делать отчисления в налоговую от его имени, а потом просто похоронить, правда? Да и с именами, на мой взгляд, фантазия подвела. В общем, какой вывод делаем? Ты, как всегда, прав! Наш чел похоже из разведки. Но явно какой-то частник. Работает уже больше двадцати лет, так что, имей ввиду, мужик серьёзный и с ним могут быть большие проблемы.