Вартуш Оганесян – Возмездие. Часть 2. (страница 3)

– А у тебя что нового? – прервал паузу собеседник.

В голосе отличил нотки ехидства и насмешки. «Веселится, пидор! Потом с тобой разберусь», – и рявкнул злобно:

– Ни черта! Этот Черняк как сквозь землю провалился, а все остальные гундосят о том, что ничего не знают. Уже устал их крики слушать, пока Палач пальцы отрывает. В конце все признаются, что это они, лишь бы их прикончили поскорее, но я же понимаю, что это чушь собачья!

– Что будешь дальше делать?

– Искать! – Такого дебильного вопроса никак не ожидал!

Собеседник понял, что сглупил, и поспешил сгладиться:

– Ты за дела не переживай, я всё сделаю, как надо. А сам заканчивай с этим дерьмом поскорее, лады?

– Знать бы, как это сделать, – тяжело вздохнул. Уже две недели чувствует себя полным дерьмом, которое неспособно выплыть из канальи. «Вот узнаю, по чьей воле я там оказался, кишки выпущу наружу собственными руками!» – Ладно, Лис, – заговорил уставшим голосом, – смотри, не подведи меня. Не хочется лишиться и тебя. Твой батя был верным и надёжным другом, и я очень надеюсь, что тебя он воспитал таким же.

– Обижаешь! Не забывай, мы скоро станем одной семьёй, – пожурил его Лис. – Мой Тёмка собирается сделать предложение Аделине.

– Правда? – Новость вроде должна быть хорошей, но брови почему-то нахмурились. – Они же совсем молодые.

– Молодые?! – негодующе воскликнул собеседник. – Ей уже двадцать будет! Неужели ты не хочешь правнуков понянчить?

– Ладно, с этим потом разберёмся, проблем и без этого хватает.

– Да какая же это проблема? – продолжал стоять на своём Лис. – Дети любят друг друга! Вот как с этим дерьмом разберёмся, сразу свадьбу сыграем!

– Всё, кончай! – не сдержал раздражение.

– Как скажешь, – недовольно пробурчал Лис.

– Я уже сказал! Дела закончим, там видно будет! Завтра жду полного отчёта! – И отключился.

Ещё долго пыхтел, раздувая зло ноздри и глядя на чёрный экран телефона. Отдать единственную внучку за незрелого петушка и лоботряса?! Да ни в жизнь!!!

Глава 3

Лена

Время зря не теряла. Хоть от Паши ни звоночка, но Дима сумел убедить, что с Пашей все в порядке.

– Его слегка припугнули, чтоб не лез не в своё дело, – спокойным тоном доложил Дима.

Не стала спорить и что-то доказывать. Фиг с ними. Сама сумела по примеру Паши нарыть информацию, оставалось проверить, но большой занозой в заднице был вездесущий телохранитель. Дима ходил за ней попятам!

Однажды психанула и прямо спросила:

– Слушай, ты вообще человек? У всех людей есть естественные нужды, которые они справляют ежедневно и не один раз, а ты от меня ни на шаг не отходишь! Отсюда вопрос: кто ты?

– Всё просто, подруга, – расплылся в улыбке Дима, наклонился к ней ближе и прошептал: – Все телохранители ходят в памперсах! И меняют их ночью, пока подопечные спят мирным сном. – Затем громко рассмеялся на её удивлённо распахнутые глаза.

Получил за эту шутку кулачком в плечо, а вдогонку парочку ласковых и полдня упрямого молчания.

Милые совместные вечера – это бесспорно здорово, но пора было и делом заняться. Добытая с большим трудом информация требовала немедленной проверки, сопровождая одно место невыносимым зудом, подгоняя к действиям.

Терпение лопнуло, когда утром этого дня вышла из душа и, вытирая волосы полотенцем, услышала через открытую дверь ванной комнаты телефонный звонок. Прямо так и выскочила в спальню, голая с полотенцем на голове, торопясь посмотреть, кто звонит, и взвизгнула от страха, увидев перед собой Диму с её телефоном в руке.

На внезапное обнажённое появление тот отреагировал оценивающим взглядом и широкой улыбкой.

– Дима! – крикнула негодующе, поспешно прикрываясь полотенцем. – Это уже слишком!

– Да ладно тебе, подруга, что я там не видел. Ну, зачётная у тебя фигурка, так этим нужно гордиться, а не стесняться.

– Пошёл вон! – выхватила из его рук свой телефон и вытолкнула за дверь, захлопнув её прямо у него перед носом.

– Тебя Алэн звал, разговор, говорит, есть, – раздался глухой голос Димы за дверью.

– Ах, почти две недели не разговаривал, а тут собрался поговорить?! Вот сейчас я ему всё и выскажу! – сердито крикнула на дверь, зачем-то тыкая в неё указательным пальцем.

И бросилась одеваться. Накинула лёгкое домашнее платье и понеслась вниз по лестнице.

– Я ненадолго, – услышала Диму уже с улицы.

– А ну вернись! – крикнула ему, но ответом ей был звук захлопывающейся двери. Сердито встала перед Алэном, вальяжно развалившемся на диване с телефоном в руке, и выпалила: – Это уже перебор! Я понимаю, вы переживаете за мою безопасность, но ваша опека уже пересекла грань дозволенного. Так не может продолжаться! Я требую личное пространство, куда без моего позволения никто не посмеет вторгнуться! Не удивлюсь, если утром проснусь, а он будет в моей постели!

– Ты бы этого хотела? – спросил ленивым голосом, не удосужившись отвлечься от телефона.

Даже волосы побагровели от злости. Молниеносно подскочила к нему, выхватила из рук телефон и отскочила обратно.

– По-твоему я шучу? – грудь тяжело вздымалась, выдавая её мятежное состояние.

Алэн даже в лице не изменился. Откинулся на спинку дивана, вытянул ноги и раскинул руки, обхватив подголовник дивана.

– Вы с Димой очень мило проводите время вместе. Что такого, если он однажды окажется в твоей постели? – Его холодный взгляд бесцеремонно пялился на её вздымающиеся выпуклости и говорил он с ними, а не с ней.

– Дать бы тебе хорошенько! – И замахнулась его же телефоном, изображая, как хотела бы дать.

Алэн ехидно вскинул бровь, а на губах мелькнула едва заметная ухмылка. Поднялся с дивана и медленно подошёл, остановившись в шаге от неё.

Сама не поняла, как из груди вырвался глубокий вздох от нахлынувшей тёплой волны, которой отозвалось тело на его близость. Они почти не виделись после того случая в клубе и уже отвыкла от подобных его действий и намёков. Но ужаснуло больше всего не то, что оказалась не готова к такой выходке, а то, что просыпающееся волнение не вызывало желание оттолкнуть его и отойти подальше. А ещё пугало то, что не поцелуи и ласки Марка вспомнились в первую очередь, а его – Алэна! – прикосновения. То грубые, требовательные, то нежные, едва уловимые. Захотелось… «Стоп! Что за бред? Как такое возможно?! Я же люблю Марка и хочу только его!» Может, реакция на Алэна это просто томление по Марку? Как иначе объяснить вспыхнувший порыв?

Пока в ступоре разбиралась со своими чувствами, его пальцы, мимоходом тронув затвердевший сосок, легонько коснулись щеки и скользнули в волосы, обхватив затылок. Все мысли враз улетучились. И к большому стыду все мысли о Марке тоже. Даже глаза прикрыла от удовольствия, вдыхая аромат его одеколона, и в предвкушении ласк, когда тёплые губы прошептали, коснувшись мочки уха:

– Теперь понятно, зачем ты так вырядилась. Решила дать?

Словно обдали холодной водой. Очнулась от сумасшествия и посмотрела на себя. «Что не так с платьем?» И ахнула. В спешке надела не платье, а прозрачный пеньюар, который купила на днях, чтоб не спать голышом!

– Господи! – выдохнула в ужасе и отпрянула. Интимное волнение сменилось невыразимым стыдом и желанием спрятаться. Спасение виделось на диване. Поспешно села на него и прикрылась подушкой.

Алэн хмыкнул и повернулся к ней, скрестив на груди руки. Теперь он стоял, а она прятала взгляд, стесняясь смотреть на него не только из-за вульгарного наряда, но и из-за вспыхнувших чувств, которых две недели назад и в помине не было. Да она его даже как мужчину не воспринимала! Что же случилось? Раньше же спокойно обходилась без мужчин, а что же сейчас? После близости с Марком бешенство матки разыгралось? Неужели превратилась в нимфоманку? Но к Диме же нет подобных порывов, значит дело в другом…

Отважилась посмотреть на Алэна и, так как он стоял прямо перед ней, взгляд сразу наткнулся на топорщащиеся штаны, выдавая и его весьма щекотливое положение. Но он, в отличие от неё, не стеснялся демонстрировать своё проснувшееся желание.

Вконец растерявшись, уткнулась лицом в подушку. А ведь недавно твёрдо была настроена переспать с ним ради информации, а сейчас краснеет, как в первую ночь с Ильёй. Похоже, одно дело, когда ты себя настраиваешь и готовишься к близости, и совсем другое, когда чувства сами неудержимой волной захлёстывают тебя. Именно так было с Марком. Но ведь сейчас перед ней не Марк, а его друг и названый брат! И ведь именно про это и говорил Алэн. С первого дня знакомства хотел доказать, что она такая же, как и прочие женщины. И, как всегда, оказался прав. «Господи, сделай так, чтоб сердце перестало стучать», – взмолилась мысленно, не желая испытывать унизительное чувство.

– И долго ты так будешь сидеть? – всё тем же холодным тоном заговорил Алэн.

«Чтоб тебя!», – хотелось крикнуть, но пробубнила в подушку:

– Пока ты так бесстыдно стоишь перед моими глазами.

Снова хмыкнул:

– Это не бесстыдство, а нормальная реакция здорового мужчины на вид обнажённого тела женщины. Так уж устроена природа.

– Прошу, прекрати, – взмолилась в подушку.

– Любая женщина должна гордиться тем, что у мужчины встаёт от одного взгляда на её округлости. – На очередной глухой стон лишь усмехнулся. – Ладно, можешь вынырнуть из этой подушки, я спрятал смущающий твой нежный взор орган, он не будет мозолить тебе глаза.