Вартуш Оганесян – Возмездие. Часть 1. (страница 8)

– Как же тяжело тебе живётся, папенька! – протянула с притворным сочувствием. – Даже пожалеть захотелось: прижаться, обнять, погладить по умной головке.

– Я похож на того, кто нуждается в жалости? – удивлённо вскинул бровь Марк. – Хотя, идея отличная! И тогда мы сможем одним махом перечеркнуть весь наш договор, – и подмигнул.

– Ты прирождённый Артист! Даже лицо твоё обманчиво. – Отодвинула тарелку с салатом из креветок и слегка наклонилась к нему через стол, вглядываясь в его лицо. – Хорошо. Я подписываю наш договор. Только не потому, что нет выбора, а потому, что мне любопытно сыграть с тобой в эту игру. Хочу проверить свои силы и понять, способна ли я к игре с влиятельными людьми. Этот опыт мне пригодится в будущем, когда я буду работать в полиции. Разоблачать во лжи таких вот людей, заставлять нести ответственность и лишать влияния – это очень сладострастное чувство. И я очень хочу испытать его с тобой!

– Я только за! – счастливо воскликнул Марк, но затем похотливо понизил голос: – Я тоже хочу, чтобы все самые сладострастные чувства в своей жизни ты испытала в первую очередь со мной.

От пониженного тембра его голоса мурашки пробежались по всему телу. Сама не поняла, как дыхание участилось, подгоняемое биением сердца. Чтобы скинуть с себя это чувство и неловкость от услышанного, торопливо заговорила:

– Начнём с квадратной формы головы. Говорит о твёрдости, решительности и целеустремлённости характера. О том же говорят и губы. Непоколебимость, уверенность в своих поступках и мыслях. Есть не только уверенность в себе, но и силы для достижения целей. Ты не из пугливых и от своего не откажешься. Твой лоб говорит о жестокосердии и гордости. Уши – об авторитетности в глазах окружающих. Брови – о прямоте, смелости и… – Она запнулась, пытаясь подобрать более нейтральное описание, и продолжила: – сильной половой конституции, граничащей с диктаторскими замашками. Тёмно-серый цвет глаз опять же говорит о силе, решительности, упрямстве, смелости, вспыльчивости, злопамятстве, властности, ревности. Ты собственник, но при этом сам предан тем, кого любишь, поэтому увлечь тебя на сторону очень сложно. Ты везунчик. Как в любовных отношениях, так и в карьере. Прямой нос – опять же твёрдость характера, ясный ум, организаторские способности. Губы также говорят о жестокости. Подбородок с ямочкой снова указывает на страстную натуру и желание руководить. Достаточно? – внезапно закончила она.

Все молчали. Лицо его выражало непоколебимость, взгляд задумчивый и серьёзный.

– Достаточно, – заговорил наконец. – Если в час ночи вас здесь не будет, значит наш договор расторгается. Ты меня больше не увидишь. Идём, – бросил Роме, и они ушли.

Девушки ещё какое-то время просидели молча, в задумчивости.

– Он же нравится тебе, так почему ты вредничаешь? Ведёшь себя, как занудная старая дева, – нарушила тишину Наташа. – Классный парень, честный, открытый. Что тебе ещё надо?

– Мне ничего не надо, – ответила отрешённо. – Да, он классный, я же не спорю. Но…

– Хватит этих «но», – раздражённо поморщилась Наташа. – С Ильёй не было никаких «но», и что с того? Всё равно расстались.

– В том-то и дело, что ни один парень не вызывал у меня таких чувств. Я боюсь влюбиться в него, боюсь впустить его в своё сердце, – прошептала признание. – Что мне тогда делать? Я не могу всё бросить и остаться здесь, рядом с ним, даже если он попросит. К тому же он сам сказал, что подцепить таких, как он, легко, а вот удержать… А если он даже не попросит остаться? Просто пошлёт на все четыре стороны и что тогда? Ты понимаешь, что это раздавит меня? Как я смогу пережить это? – Покачала головой. – Нет. Уж лучше вообще не допустить такого, чем потом страдать и вытаскивать себя из этой ямы.

Наташа немного помолчала, обдумывая сказанное, и тихонько сказала:

– Тогда лучше сейчас забыть о нём и закончить эту вашу игру.

– Нет, – твёрдо мотнула головой. – Если мы не придём, он решит, что я испугалась.

– Да какая разница, что он там решит? – нахмурилась Наташа. – Пусть, что хочет, то и думает.

– Это будет означать мою слабость, мою неуверенность в себе. Я должна переиграть его, заставить первого сдаться и нарушить наш договор. Тогда ОН окажется в проигравших, а это будет мощнейший удар по его самолюбию!

– Хочешь его спровоцировать? – удивилась Наташа.

– Хочу!

– Но ты же сама сказала, что он вспыльчивый, жестокий, ревнивый, злопамятный… Если ты его не боишься, то я боюсь за тебя. Это самоубийство – провоцировать мужчину, а такого мужчину провоцировать – это двойное самоубийство!

– Два раза нельзя быть самоубийцей, – рассмеялась весело. – Не переживай. Не так страшен чёрт, как его малюют. Он, конечно, доминант, но эту черту проявлять не будет. Пока между нами ничего нет, он будет сдерживать себя.

– А если пойдёт что-то не так?

– Не должно. Я постараюсь максимально всё продумать, и уже к завтрашнему утру он исчезнет из моей жизни, как и обещал.

Глава 7

Марк

– Я сказал, этих девушек не трогать! Чего непонятного? – раздражённо стиснул зубы, глядя на собеседника, который сидел напротив за огромным столом из массива.

– Артист, ты играй, да не заигрывайся, – лениво протянул толстый маленький человечек, сделав очередную затяжку из толстой кубинской сигары и с наслаждением выдувая в потолок дым. – Угостись лучше сигаркой, – кивнул он на хьюмидор на своём столе, – сегодня только получил. Мои любимые, «Черчиль» называются. Знаешь, за что я их люблю?

– За короткий размер, хотя и они будут подлиннее, чем у тебя, – огрызнулся, откинувшись на спинку кожаного дивана.

Толстяк все так же лениво улыбнулся, покачиваясь в кресле, и заговорил только после того, как глотнул виски из широкого стакана:

– За насыщенный аромат и приятное послевкусие. То же самое ценят и наши клиенты, когда получают наш товар. А ты хочешь лишить их этого удовольствия. Как думаешь, выкуривая дешёвую сигару, я бы получал такое же удовольствие, как от настоящих, фирменных?

– Если твой поставщик подсунет тебе под видом дорогих сигар дешёвское говно, ты будешь курить с тем же удовольствием и нахваливать.

– В том-то и дело, что мой поставщик настолько ответственный, что у него и в мыслях не будет меня обмануть. Любой уважающий себя барыга не будет рисковать своим именем ради подставы. Он знает, что за это может лишиться не только денег, но и головы. А ты чего хочешь лишиться?

– Слушай, Хомяк, хорош буровить, – начал терять остатки терпения. – Если боишься проблем с Королём, так и говори прямо.

– А ты, значит, не боишься? – прищурил Хомяк свои круглые глазки.

– А чего мне его бояться? Ему проблемы не нужны, ровным счётом как и мне. Но если вздумает ерепениться, я быстро ему напомню его место.

– И ты считаешь, что можешь вот так взять и кинуть его?

– Да никто его не кидает! Ты что, совсем меня не слушал?! Я же сказал, найди ему других баб, которые сами будут согласны работать на него. А я оплачу все расходы в двойном размере и ещё столько же накину сверху лично для тебя. За моральный ущерб, так скажем.

– Все, кто добровольно согласны работать, уже давно работают. Мы расширили наш бизнес, и новые точки открыты по всему миру. Эскортниц катастрофически не хватает. Нам некогда их уговаривать, работать нужно сейчас. Если клиенту сказать «подожди», он уйдёт к другому поставщику. Проще вколоть им пару уколов, и они как миленькие сами побегут раздвигать ноги за новую дозу.

– Слушай, не рассказывай мне эту мерзость! – поморщился брезгливо. – Мне нет дела до вашего блядства. Не смей трогать этих девушек! Они под моей крышей, понял? Королю нужны бабы, ну так я скажу где их искать – в ночных клубах целая куча таких баб тусуется, бери и вербуй, сколько тебе хочется.

– А как из этой кучи выбрать тех, кто не местный? Мы не можем привлекать к работе кого попало, нам нужен чистый товар. Если в нашем городе начнут пропадать девушки, это привлечёт слишком большое внимание. Поэтому наши сети расставлены по всем городам нашей необъятной родины и наши скауты исправно выполняют свою работу: отбирают для нас самых прекрасных и чистых фей, которых даже если и хватятся, то пройдёт слишком много времени, и мы успеем замести все следы от их пыльцы. В этой работе нельзя допускать ошибок, Артист. Это тебе не ночными клубами рулить, стройками да в благотворительностях участвовать. Это серьёзный бизнес и клиенты у нас – серьёзные личности.

– А я, по-твоему, в куклы играю?! – продолжал кипеть. – Я уже сказал, мне глубоко похуй на ваш бизнес! Ещё раз повторюсь, найди других! Или вся ваша конторка пойдёт в благотворительность!

– Ты не понимаешь, – покачал круглой головой Хомяк. – Ты внаглую хочешь отобрать у Короля его купленный товар. Даже если я и соглашусь заменить его, ты же знаешь, он очень обидчивый и переживает за свою репутацию. Если кто-то узнает, что у него так легко можно отжать товар, это будет равносильно получить по ушам. А ты знаешь, что хуже этого ничего нет.

– Хуже этого – смерть, – поправил неторопливо, – постарайся объяснить ему это. Кто ещё знает про этих девушек?

– Король всегда требует показать ему фото избранных девиц. И мой человек, который должен был встретить их.

– Значит, о них знаем только мы впятером: ты, твой человек, я, Король и Барсук. Вот и будем держать язык за зубами. А если внезапно инфа где-то всплывёт, мы быстро сможем определить стукача и уже на сходке решим этот вопрос.