Вардан Багдасарян – Стратегия Александра Невского (страница 26)
Существует три основных историографических подхода к деятельности Александра Невского в условиях стратегического выбора между Востоком и Западом – «героический», «коллаборационистский» и «евразийский».
Героическая версия была положена в основу российского патриотического нарратива, составив канву восприятия князя в качестве «имени России». Она выражалась описанием сложившейся в XIII столетии ситуации как «Русь между двух огней». Агрессия с Запада оценивалась как более опасный вызов, грозящий не только утратой суверенности, но и потерей идентичности, ликвидацией русской общности по аналогии с онемеченной частью западных славян. Подчинение Западу, сообразно с героической версией, означало для Руси «цивилизационную смерть». Агрессия с востока несла для Руси значимый материальный урон, но не подразумевала этноцида. Поэтому стратегия Александра виделась в том, чтобы дать отпор агрессору на западе, сосредоточив против него все имеющиеся силы, чтобы в дальнейшем, накопив ресурсы, сбросить с себя и «восточное ярмо». Московские князья воплотили в дальнейшем эту долгосрочную часть проекта в жизнь [180] .
Коллаборационистская версия состоит в резкой критике Александра Невского за сотрудничество с Ордой, представлении его в качестве «коллаборациониста». Восточный выбор князя осуждается как измена и европейскому миру, и христианству, и славянской общности, и идеалам свободы. С Александра Невского, согласно этой версии, была будто бы установлена «историческая колея» русской «несвободы», заимствование модели Монгольского государства и ментальности . Победы же на Неве и Чудском озере сторонники коллаборационистского подхода оценива ют в качестве пропагандистского мифа, камуфлирующего главное – подчинение господству Орды [181] .
Основание для третьего подхода было заложено в трудах евразийцев (Н.С. Трубецкого, П.Н. Савицкого, Г.В. Вернадского, Н.А. Клепинина, Э. Хара-Давана) , заявлявших о естественности евразийского монголо-тюрко-славянского альянса. Чингисхан и Александр Невский позиционировались ими как политики-евразийцы. В религиозном плане внимание акцентировалось на веротерпимости народов, поддержке ими культов завоеванных народов [182] . Евразийский подход во взгляде на роль Монгольской империи развивал в дальнейшем Л.Н. Гумилев, труды которого приобрели широкую общественную популярность.
Религиозный фактор имел у ранних евразийцев подчиненное значение, выступал культурной подробностью по отношению к географическим детерминантам. Географический детерминизм и нивелировка фактора Православия были предъявлены в качестве обвинений евразийцам со стороны Г.В. Флоровского [183] . Евразийская мысль шла в своих теоретических построениях от «почвы», территории Евразии. В концепции этногенеза Л.Н. Гумилева к пространственно-географическим основаниям истории добавился биоэнергетический фактор, выражаемый авторским понятием «пассионарность». Вероисповедание Л.Н. Гумилев считал главным символом этногенеза и положил его в основу выделения «суперэтносов», или цивилизаций – идейно-религиозных и культурных целостностей, характеризующихся особым стереотипом поведения и ментальностью (языческий Римский суперэтнос, православный Византийский суперэтнос, Исламский мир, Западная цивилизация, Российский суперэтнос, или цивилизация).
Пересмотр религиозной карты мира с учетом реалий XIII столетия позволяет выдвинуть четвертую версию, совмещающую частично «героический» и «евразийский» подходы, но определяющую стратегию деятельности Александра Невского несколько иначе, чем представлено в них. Условно ее можно, сообразно с терминологией Дж. Ная, определить в качестве стратегии «мягкой силы» [184] .
Суть ее заключается в возможности продвижения цивилизационных рубежей не только посредством военной силы, но и за счет религиозной проповеди. Такая возможность открыва лась в XIII веке в отношении Востока, ввиду начавшегося в Монгольской империи религиозного размежевания и поиска новых идентичностей . Среди монголов оказалось много христиан, что потенциально превращало их в мощную христианскую силу. Наличие ее делало стратегию Александра Невского реалистичной. Впрочем, он не был единственным политиком, прибегавшим к такого рода стратегии в XIII столетии. Одновременно предпринимались попытки обращения монголов в ислам и буддизм, а также отстаивания ими традиционной тенгрианской идентичности. Свои цели в Монгольской империи преследовала и Католическая Церковь. Уточнению контекста потенциальной возможности применения Александром Невским стратегии «мягкой силы», выражаемой в перспективе христианизации монголов, и посвящено проводимое далее исследование .
Александр Невский и войны памяти
Но начнем мы с вызова деформации образа князя в мировых исторических нарративах. Войны памяти велись всегда, ведутся они и сегодня. И в них акцентированной атаке со стороны противников России, наряду с несколькими наиболее знаковыми персоналиями российской истории, подвергается Александр Невский.
В качестве историографического источника особого рода может рассматриваться многоязычная универсальная интернет-энциклопедия со свободным контентом «Википедия». Претензии, предъявляемые к ней в отношении достоверности многих публикаций, в том числе по исторической проблематике, хорошо известны. Но многоязычность «Википедии» предоставляет прекрасную возможность посмотреть на одни и те же явления прошлого с позиций исторического сознания разных сообществ. Несмотря на провозглашаемое стремление представить разные позиции, взгляды на историю всё равно оказываются выстроены тенденциозно – в соответствии с историческим сознанием той общности, язык которой используется в каждом соответствующем случае. С точки зрения этих различий целесообразно посмотреть на интерпретацию в иноязычных «Википедиях» образа Александра Невского. И такое рассмотрение показывает, что высоко почитаемый в российской историографической традиции князь, получивший неофициальный статус «Имя России», преподносится в иноязычных «Википедиях» в негативном ракурсе.
Считается, что «ордынский выход» начал выплачиваться еще с 1241 года отцом Александра Невского Ярославом Всеволодовичем. Но англоязычная «Википедия» о причастности к выплате дани Ярослава в посвященной ему статье ничего не сообщает. В статье же об Александре Невском слово «дань» используется четырежды, создавая устойчивое представление, что именно он и явился инициатором ее установления.
Главные военные победы Александра Невского – в Невской битве и Ледовом побоище – трактуются в англоязычной «Википедии» в качестве мифов, пропаганды русских летописей. Ставится под сомнение вообще сам факт Невской битвы. Утверждается, что ни в одном нерусском источнике сведений о ней будто бы не содержится. Аргументом, что Невская битва не могла иметь места, служит довод о существовании в рассматриваемый период конфликта между шведами и норвежцами. Наличие такой вражды якобы и исключало возможность для Швеции ввязываться в какую-либо военную кампанию.
Ледовое побоище, согласно интерпретации англоязычной «Википедии», было незначительным столкновением. В этом сражении, как сообщается в соответствующей статье, могло быть убито лишь несколько рыцарей, а вовсе не несколько сот, как свидетельствовали русские летописи.
Проордынский вектор политики князя объясняется в англоязычной «Википедии» враждебностью к западному христианству Православной Церкви, в представлениях которой любая власть над Русью, пусть даже иноземная, была более приемлема, чем власть Римской Церкви. Монгольский вассалитет получал будто бы божественную легитимацию. Следуя этой логике, Александр Невский искренне и рьяно поддерживал ордынскую власть. Дело представляется так, что в своей самоизоляции от западных христиан, не желая терять власть над паствой, Православная Церковь пошла по пути обоснования отказа от суверенитета.
Англоязычная «Википедия» сообщает о мифологизации образа князя, представлении его как идеального воина. Сообщается, что связываемая с Александром Невским фраза «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет» им не произносилась, а являлась переработкой соответствующего евангельского изречения для фильма 1938 года, сделанной советским режиссером С.М. Эйзенштейном. Действительно, фраза была сочинена сценаристом фильма П.А. Павленко на основании слов из Евангелия от Матфея «ибо все, взявшие меч, мечом погибнут» (Мф. 26:52) и Откровения Иоанна Богослова «кто ведет в плен, тот сам пойдет в плен; кто мечом убивает, тому самому надлежит быть убиту мечом» (Откр. 13:10). Но подтекст здесь заключается в другом. Авторам статьи в «Википедии» дело представляется так, что, демифологизируя фильм, они демифологизируют российскую историю. Безусловно, фильм «Александр Невский» 1938 года повлиял на историческое сознание советского народа, но, как и любой другой художественный фильм, он был исходно мифологичен и не претендовал на то, чтобы стать научной или учебной репрезентацией [185] .