Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса VIII (страница 21)
— О-о-ох… — одновременно выдохнули Хрули и Джинг, и я увидел, как вокруг них начали кружиться потоки Ци.
Этих двоих упрашивать не пришлось.
Один плод, второй, третий… С каждым съеденным плодом свечение вокруг них становилось ярче. Хрули окутывалась белым туманом, в котором поблескивали золотые искры, а вокруг Джинг клубилась черная дымка с серебряными прожилками.
— Что… что происходит? — испуганно пискнула Хрули.
— У меня внутри всё горит! — воскликнула Джинг.
— Нет, не горит, а замерзает!
— Горит!
— Замерзает!
— Ло-Ло? — обеспокоенно спросил я, присаживаясь возле лис, — Может я должен им помочь? Я уверен, что могу взять на себя часть Ци. Теперь это не должно быть проблемой.
— Не вмешивайся! Это естественный процесс. Они на пороге третьей эволюции. Плоды просто ускорили то, что и так должно было случиться. Путешествуя с тобой они жрут столько духовных растений, сколько бы никогда сами не добыли без взрослых лис. Поэтому их эволюция слишком быстрая, их маленький мозг не поспевает за телом.
Лянг расхохотался.
А лисы, тем временем, корчились на земле, их тела то светились, то погружались во тьму. Энергия внутри них бурлила, как кипящая вода в котле.И действительно, я увидел, как у основания их вторых хвостов начало формироваться что-то новое. Крошечные бугорки — зачатки третьих хвостов. Энергия Инь и Ян бурлила внутри них, создавая настоящий водоворот. В триграммном зрении я видел, как потоки Ци в их телах ускорились в десятки раз, закручиваясь в сложные спирали. Это было красиво и необычно.
Не знаю почему, но этот плод, который наполнял необычным вкусом мой рот, а самого меня — энергией, успокоил меня. Стало легко на душе. И это мне было нужно: после пережитого, после душ, после рощи, после урны. Необходима была небольшая передышка. Вот такая, как сейчас.
Однако…простота эволюции лис меня напрягла.
«Ага, „просто“! Ты еще поди найди такие кусты! Вон, улитка сказала, всего раз встречала плоды такие. И не забывай: у духовных животных всё в принципе проще, чем у Практиков. Кроме того, это еще не хвост, а только его зачаток — для полноценного хвоста им придется сожрать очень много духовных растений.»
«Не сомневаюсь. Ты их закормишь так, что они станут толстыми лисами, которые будут открывать пасть и просить еды.»
— Больно! — тем временем хныкала Хрули.
— Терпи! — рявкнула Ло-Ло. — Хочешь стать трёххвостой — терпи! Направляйте энергию в кончики хвостов! Представьте, как Ци течет по позвоночнику вниз, к хвостам, и там разделяется на три потока!
— Как это представить⁈ — взвыла Джинг.
— Как реку, которая разделяется на три русла! — терпеливо объяснила улитка. — Фантазируйте! Вы же умеете создавать иллюзии, так создайте иллюзию внутри себя! Покажите своей Ци, куда ей течь!
Лисы закрыли глаза, сосредотачиваясь. Их дыхание стало глубже, ровнее. Свечение и поглощение света вокруг них стабилизировалось, превратившись в ровную пульсацию.
А я сел прямо на границе между Иньской землей и обычной, прямо посредине, на тонкой линии, где они встречались.
Я доедал свой плод и наблюдал за трансформацией лис. Слева от меня клубилась холодная Иньская энергия, справа — теплая обычная. А я сидел ровно посередине, на той тонкой линии, где они встречались.
Интересное ощущение…
Энергия плода продолжала циркулировать по моим Меридианам, и с каждым оборотом я понимал что-то новое. Не умом — душой. Понимать умом теперь вообще казалось чем-то… неполным. Ум — лишь часть.
Инь и Ян… Я всегда воспринимал их как противоположности. Свет и тьма. Тепло и холод. Жизнь и смерть. Но сейчас, ощущая их танец внутри себя, я начал не понимать умом, а чувствовать, что они не противоположности. Они — две части одного целого. В триграммном зрении это место выглядело завораживающе. Два потока энергии не смешивались хаотично — они создавали сложные узоры, похожие на символ Тайцзи. Черное перетекало в белое, белое — в черное, и в каждом была частичка противоположного. Как вдох и выдох. Без вдоха не будет выдоха. Без выдоха не будет вдоха. Они не борются — они дополняют друг друга, создавая само дыхание.
Я закрыл глаза и погрузился глубже в это ощущение.
Левая рука лежала на холодной Иньской земле. Правая — на теплой обычной почве. И я чувствовал, как энергии перетекают через меня, используя моё тело как мост.
Инь — это не зло. Это покой. Это потенциал. Это семя, спящее в земле зимой.
Ян — это не добро. Это движение. Это реализация. Это росток, пробивающийся к солнцу весной.
Без покоя не будет движения — некуда будет возвращаться
Без движения не будет покоя — нечему будет отдыхать.
Внутри меня словно вспыхнуло маленькое солнце озарения. Этот момент нельзя было прерывать. Нужно было отдаться мысли, позволить ей течь и мыслить.
Инь и Ян… Я знал о них как о концепции, как о философском принципе. Но сейчас, с этой энергией внутри, я впервые по-настоящему чувствовал их.
— Инь в Ян, Ян в Инь, — прошептал я, наблюдая за танцем энергий.
«Что ты там бормочешь?» — поинтересовался Ли Бо.
— Смотрю, как энергии взаимодействуют. Это… красиво.
«Красиво?» — фыркнул Бессмертный. — «Ты сидишь на границе двух враждебных энергий и называешь это красивым?»
— Они не враждебны, — возразил я. — Они просто разные. Как две стороны одной монеты. Ты и сам это знаешь, просто любишь говорить напротив. Ты, с твоим уровнем развития не можешь не знать этого, не можешь не чувствовать.
' Кхм…уровень у меня действительно высокий.' — довольно сказал Ли Бо.
Я вспомнил Цветок Великого Предела, который показал мне момент до рождения Вселенной. Тогда я увидел, как единое разделилось на два. А сейчас я наблюдал обратный процесс — как два стремится стать единым.
Печать Мастера Инь-Ян в Урне… Она была неполной, перекошенной в сторону Инь. Потому и причиняла страдания. А когда я показал ей Ян — она обрела равновесие и исчезла. Вернулась к истоку.
Может, в этом и есть суть? Не в накоплении силы одного типа, а в балансе? В умении использовать обе стороны?
Но Бай-Гу говорила, что такие практики становятся Мастерами Инь-Ян?
Вот только по тому, что я вижу, по следам и деяниям этих мастеров очевидно, что у Мастеров перекос в одну из сторон.
А Инь-Ян — это баланс, а не перекос. Так настоящие ли они Мастера? Или просто очередная разновидность Практиков с особым путем развития? Или же это я не прав? Равновесие ведь тоже не застывшая середина. Это постоянное движение, перетекание одного в другое…
Нет. Всё равно что-то в пути Мастеров было неправильным, противоречащим этому изначальному принципу, только я не мог никак ухватить что именно.
Я протянул левую руку в сторону Иньской Ци, правую — в сторону обычной. Холод и тепло одновременно. Но теперь, после плода Духоцвета, я не чувствовал дискомфорта. Наоборот — это было правильно. Естественно.
— Ааааа! — вскрикнула Хрули, и я открыл глаза.
То ли лисы быстро закончили свою трансформацию, то ли мое погружение было глубже, чем казалось.
— Смотри, Ван! — она повернулась задом и замотала хвостами. И из одного из них пробивался крошечный отросток, размером с мой палец.
— У меня тоже! — радостно взвизгнула Джинг, виляя своим новым чёрным отростком.
Лисы вскочили и начали носиться кругами, пытаясь показать всем свои хвосты.
— ТИШЕ! — рявкнул Бессмертный, — Вы отвлекаете моего ученика от глубочайших мыслей о природе Вселенной.
— Кхм…ну, не такие уж они и глубокие, — почему-то смутился я.
— Мы взрослые лисы теперь! — сказала Хрули.
— Да! — добавила Джинг, — Три хвоста — это уже не дети!
— Вы всё ещё малявки, — фыркнула Ло-Ло, — Третий хвост — это только начало пути. У настоящих небесных лис девять хвостов!
— И у нас будет девять хвостов, — отрезала Джинг.
— Да, только время дай! — добавила Хрули.
Пока они спорили, я снова закрыл глаза, возвращаясь к своим размышлениям.
Инь-Ян… Теперь я понимал, почему Мастера Инь-Ян так опасны и непредсказуемы. Они не выбирают сторону. Они существуют в точке баланса, где добро и зло, свет и тьма — просто инструменты.