Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса V (страница 37)

Символ сам вспыхнул на моей ладони. Другой.

Составленный мною. Самим. Иероглиф. Рожденный прямо тут. В моменте рева Лянга.

Мой палец провел горизонтальную линию в воздухе, — это была река.

Потом я провел вертикальную линию вверх, — это был дух, возносящийся вверх.

А потом я вписал это в круг. Замкнувшийся Цикл.

Каждое движение было наполнено моей Ци, и оно зависло в воздухе ярко сияя.

В тот же миг Лянг закончил петь.

Шуйгуй превратился в силуэт пожилого мужчины.

А вода светилась. Десятки духов со озерного дна мчались прямо к Символу в воздухе. И каждый сгорал с каким-то стоном облегчения превращаясь в золотой огонек.

Последним ушел разговаривавший с нами шуйгуй. Он закрыл глаза и дотронулся до Символа. На секунду он улыбнулся, а потом… просто исчез, как и мой символ.

Бури больше не было. Она ушла. Развеялась. Изначально созданная ревом Лянга, она теперь исчезла.

Озеро безмолвствовало.

Кругом стояла тишина.

Но глаза Лянга смотрели на дно озера. В глубину. Оттуда поднимались сотни светящихся точек. Я сначала подумал что это души карпов. Но это было что-то другое. След в реальности. Воспоминание.

Эти светящиеся точки закружились вокруг Лянга и одна из них, самая большая коснулась его рога.

Пасть Лянга удивленно раскрылась, и он заговорил.

— Они показывают мне, Ван, показывают для чего всё это… Сила… Он не стал драконом… Врата его отвергли…

— Ты о ком? — пискнула Хрули.

— Золотой Карп… — с каким-то презрением сказал Лянг, — Они мне показали…он не может смириться. Он сжирает родословную других древних карпов… Вот почему он вылавливает их… Он надеется, что в какой-то момент станет драконом так… От того, что в нем будет тьма драконьей крови…

Я прищурился. Значит, всё это было ради силы… Не практики причина, а Золотой Карп?

Лянг натурально зарычал:

— Настоящий Дракон рождается из Воли Небес, а не из украденных жизней собратьев!

Видя Лянга, и его драконью сущность, которая прорывалась наружу, я был полностью согласен с этим утверждением. Вот только…оставался главный вопрос — как Золотой Карп, да еще и которого отвергли Врата Дракона, держит в подчинении целую секту? Как это возможно? Какие у него должны быть силы и способности?

— Может, он уже мертв? — наивно предположила Джинг.

— Он уже мертв. Потому что я приду за ним. — сказал Лянг, — Ван…мы…уходим?

— Нет, — ответил я, — Мы еще не закончили.

— В смысле? — дружно спросили Хрули и Джинг.

— В прямом. — ответил я.

Это место требовало ещё мер, чтобы то, что случилось тут никогда не повторилось. Чтобы ни один дух тут никогда не поселился.

Я поднял широкий и плоский камень.

— Этот подходит.

☯☯☯☯

Долина Памяти

Ястреб Янг клевал.

Клевал по зернышку Небесный рис. Денно и нощно.

Он чувствовал как каждое поглощенное духовное растение меняет его. Делает умнее, сильнее, быстрее. Он уже четко определил, что рис, который растет из плит со странными светящимися следами трогать нельзя. Это было…неправильно. А вот тот, что созрев падал на пол — можно. Даже нужно.

Ему нужна была сила, и эту силу духовные растения, которыми была засажена эта странная долина, давали. Огненный шиповник ястреб не очень любил — он обжигал клюв, грибы были со странным привкусом, а золотой орех…его он пока даже не мог расколоть, как ни пытался.

Однако ел Янг все духовные растения, потому что ощущал, как эта энергия, попадающая извне в него, пробуждает в его теле изменения. Необратимые. Делающие его чем-то другим. Смертоносным.

И тем не менее, Янг был еще не готов. Он подходил к краю завесы, которая не пропускала сюда его врагов — мерзких воронов, которые стаями летали вокруг, дожидаясь, пока он выберется отсюда.

Но они не знали главного: когда он отсюда выберется — драпать придется уже им. Потому что…

Янг взмахнул крылом и от него пошел вихрь воздуха…

Потому что Янг учился управлять стихией Воздуха. И скоро, — он знал, — он будет совсем другим Янгом.

А пока… В перерыве от пожирания духовных растений, он становился перед храмом и смотрел на сияющие внутри Золотые Следы, которые словно прибавляли ему мозгов. А может и не словно, потому что очень скоро в Янге возникло непреодолимое желание с кем-то…поговорить.

Глава 16

— Спасибо Ван, — неожиданно сказал Лянг, — Теперь они спят спокойно.

Я вздохнул. Это теперь часть моего пути. Упокоение душ и Праведник — неразрывно связанные вещи, и, наверное, чем дальше, тем больше у меня будет работы.

Ну а сейчас я должен был сделать так, чтобы в ближайшие десятилетия тут не селилась всякая дрянь, и не цеплялись духи, которые любят подобные мертвые озера и болота, и в которых они становятся от года к году сильнее. Ведь через время даже в этом, очищенном мной месте, всё пойдет по новой. Достаточно пары смертей — и всё злое опять прилипнет здесь. Сгустки злобы станут чем-то большим, чем тень смерти.

Я смотрел на мертвое озеро. Теперь действительно мертвое: ни духов, ни живых. Только белеющие на дне кости — память об убитых карпах. Теперь от воды не шло напряжения, только спокойствие и холод.

Лянг внимательно следил за тем, что я делаю, лисы беспокойно ерзали на берегу, не решаясь вести себя как обычно, — бегать и прыгать, — хотя, думаю, в одном месте у них уже зудело. Двигаясь, они бы сбросили то напряжение и страх, который испытывали во время бури, песни карпа и рассказа шуйгуя.

На Символ Упокоения для шуйгуя я потратил слишком много Ци — даже палец жгло от того, сколько энергии через него прошло. Поэтому мне нужно было побыстрее восстановить Ци и продолжить.

Я положил возле себя три круглых и плоских камня, и сев в позу лотоса погрузился в медитацию.

Это место было особенным. Оно ощущалось квартирой, из которой после смерти владельца вынесли всю мебель, сняли обои, выбросили вещи, всё вычистили и оставили голые стены. Таким же было и озеро.

Ци тут была, но она была с «привкусом» прошлого, словно застоявшиеся воды.

Я поглощал ее и перерабатывал. Вот только сейчас было одно важное отличие: эта Ци хранила воспоминания карпов, и хорошо, что Лянг их не видел. Короткие вспышки-воспоминания показывали мне крошечные кусочки жизни и смерти отдельных карпов. Это было…неприятно. Но необходимо.

Я видел как всё происходило, но старался смотреть на это отстраненно, как будто смотрел старый выцветший фильм. Наверное, что-то похожее Лянг увидел когда его облепили белые сгустки карповых воспоминаний.

Я же отсекал лишнее. Отсекал эмоции. Поглощал Ци и удалял «эхо прошлого» в этом застоявшемся месте.

Несколько часов я неподвижно сидел, а потом открыл глаза. Энергии в узле должно было хватить на задуманное.

Первый камень.

Я положил на него ладонь наполняя своей Ци, он сразу стал ощущаться по-другому.

Следом я мелким, но острым камешком резанул себе палец. На камень тяжелыми каплями начала падать кровь.

Через секунду я рисовал на нем Символ Изгнания. Кровью.

Она впиталась в камень, словно он был губкой.

Еще раз.

Еще раз.

Я повторял ритуал наполняя камень не только кровью, но и Ци, и всё это в форме Символа, который удерживал всё это вместе.