Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса V (страница 10)

— Однажды… — помрачнев ответила Бай-Гу, — Он увидел свое отражение в колодце правды…

— И⁈ — воскликнула Хрули.

— И там он увидел, что всего лишь сон другого Хули-цзин. Его царство и сам он рассыпались, как песок.

Лисы потрясенно застыли, а Черепаха расхохоталась и дунула им в носы, заставив сморщиться.

— Эти две истории я рассказала лишь для одного — чтобы вы помнили главное. Запомните закон: Хули-цзин, которая верит в свои иллюзии, погибает первой. Никогда не давайте собственным иллюзиям обмануть себя. Помните, где находится реальность.

Хрули и Джинг вздохнули с некоторым облегчением.

— Да, это предупреждение. Лисы слишком часто увлекаются собственными иллюзиями. И чем сильнее и старше они, тем больше риск попасть в неразрушимую иллюзорную реальность. — сказала Бай-Гу.

— Да мы поняли, — ответила Хрули.

— Не верить в созданные иллюзии. — добавила Джинг.

— Эх… — покачала головой, Бай-Гу, — Ладно, допустим кое-что вы поняли. А теперь Ван…

Черепаха посмотрела на меня.

— Я научила тебя трем упражнениям, которые дали тебе больше, чем дадут техники. Эти упражнения дали тебе понимание мира вокруг тебя, и другое понимание Ци, пусть ты этого до конца еще не понимаешь, техники можно найти и выучить, а понимание только обрести. Но тут делать тебе, лисам, и этому… кхм…карпу нечего. Вы и так тут задержались…

Лянг открыл рот и хотел что-то сказать, но промолчал. Думаю, он просто еще не успел придумать все пункты своего кодекса, а тут, оказывается, нас выпроваживают, как засидевшихся гостей.

Так это значит, что полученных навыков мне хватит, чтобы получить Белый Лотос? За всеми этими упражнениями и странным течением времени вокруг я и забыл, зачем я тут, а ведь я тут для того, чтобы изгнать жабу, которая эти недели молчала, и квакала лишь изредка.

— Да, Ван, Лотос ты сможешь теперь взять. Ты научился быть спокойным, вот только… — Черепаха улыбнулась, — Я уже тебе говорила, что прежде, чем ты покинешь это место, ты должен победить Пустотника.

— Иллюзию Пустотника, вы говорили, — уточнил я на всякий случай.

Черепаха отмахнулась.

— Пустотника…или иллюзию… Не важно. Кто знает, где заканчивается реальность и начинается иллюзия? Для тебя этот Пустотник будет самым настоящим.

Бай-Гу полетела ко мне, чуть раскачиваясь.

Вот только не долетела…

Мир вокруг начал неуловимо меняться. Исчезли цвета… Исчезли лисы… Исчезло озеро с рыбками и Лянгом. Исчез Ли Бо. Исчезли звуки и свет.

Всё накрыла тьма, в которой я не видел, но ощущал себя.

Ощущение было до боли знакомым. Будто я уже в этом месте был.

Хотя, почему «будто»? Я чувствовал такое же всепожирающее равнодушие от Разлома, который увидел в воспоминаниях Даоса, и такое же равнодушие я помню сразу после смерти, когда ненадолго очутился в Пустоте.

Я сделал вдох. Не получилось.

Я хотел сказать слово, но ни одного звука не вылетело из моего рта.

Я хотел пошевелиться, но руки-ноги, и вообще всё тело сковало космическим холодом.

Бай-Гу не обманула — кто разберет где иллюзия, а где реальность?

И сейчас эта иллюзия была реальной.

Я снова очутился в Пустоте.

И я не понимал одного: как Черепаха могла передать в иллюзии достоверно это ужасающее ощущение от Пустоты, которое я уже однажды испытал.

Может, это вовсе и не иллюзия?

Через несколько секунд во тьме началось шевеление. И шевелилась тьма, словно засасывая в себя саму себя.

Я уже видел это создание. Именно его показывала Бай-Гу.

Пустотник.

Я попытался воспользоваться Ци и осознал страшную вещь.

Во мне нет Ци. Ни капли.

Глава 5

Очутиться в Пустоте, перед Пустотником, да еще и без Ци — что могло быть хуже?

Я настолько привык, что эта энергия наполняет меня, что я ей пользуюсь, пусть даже на низком уровне, что очутившись без нее слегка запаниковал. А еще понял, что на мне больше нет одежды Святого, с ее невероятным «эффектом спокойствия». Тут только я сам. Один. Со своими страхами и сомнениями.

А вокруг Пустота. Как-то инстинктивно я сделал шаг и…словно натолкнулся на незримую стену, разделяющую Пустоту.

В тот же миг передо мной возник человек. На нем были белые одежды. Глаза его были закрыты, но они светились изнутри ярким светом, а на лбу была выбита золотом знакомая уже мне Печать Вечного Дозора.

— Ван, — обратился ко мне этот Даос, никем другим этот Практик быть не мог.

Голос его прозвучал в моей голове, потому что звука в этом месте просто не было.

— Ты стоишь там, где падали Даосы. Здесь осталась их Память. То, что ты ощутил как границу — не просто граница…

Внезапно за спиной Даоса возник сияющий плащ, который разделил Тьму и Пустоту.

Значит, я стою всё еще во тьме, а не в Пустоте. И это я отбивался только от ее отголосков? Что же там, за гранью?..

Плащ? Да, этот огромный плащ — это раскинувшаяся душа этого Даоса, — понял я.

— Ты вошел в Зону Последнего Следа, — сказал Даос, — Бай-Гу отправила тебя увидеть, ощутить это место и стать Настоящим Стражем, потому что только тот, кто победил Пустотника, может называться Стражем Последнего Дозора.

Я взглянул под ноги Даосу, и в тот же миг под ним распахнулся Разлом — трещина в реальности, засасывающая в себя само Время.

— Значит, я должен сделать шаг за…

— За мою спину… — улыбнулся страж и пространство за ним задрожало тонкой пленкой, — Сейчас тебя всё еще охраняют все Стражи… и то, что от них осталось.

Я сделал глубокий внутренний вдох, в котором собирал всю ту смелость, которая была во мне.

Один шаг — и моя слабо светящаяся фигура оказалась за фигурой стража.

И вот теперь все изменилось.

— Ты один, Ван, — прозвучал голос Стража у меня в голове, — В пустоте мы всегда одни. Нет ни брата, ни друга, ни наставника. Пустота не даст нам объединиться. Она разделяет. Именно поэтому пало так много.

Это было именно то, о чем говорила Черепаха. О том, кто я без артефактов, без подарков, без техник, без…чужой защиты, без Ли Бо и своих спутников? Вообще без всего. Без всех этих «костылей» для Практика.

И теперь тут так и было. Я стоял за пеленой. Без защиты последних Стражей. Просто «Я». Я — как сгусток Воли.

Никто меня больше не защитит. Никто не вытащит, как в тот раз, когда божество выдернуло меня из Пустоты и навязало Контракт.

В этот раз я один.

Вдохнуть нельзя. Крикнуть нельзя.

Тело…его нет. Я его просто не ощущаю.

Но есть «Я».

Ни света.

Ни тени.