Ваня Мордорский – Мастер Трав. Том 5 (страница 37)

— Чего хотел? — тут же бросил ему Грэм.

Рыхлый поднял голову. Лицо его было напряжено.

— Лорику хуже, — сказал он, — Ты был прав, Элиас. Простые отвары уже не помогают, нужно что-то помощнее. Я раздобыл несколько зелий, но этого мало. Ты говорил, что сможешь создать что-то помощнее. Ты сможешь?

Я застыл. Помощнее?

Да, я помню, что говорил Рыхлому об этом, но я не думал, что этот момент наступит так скоро!

Однако из уст само собой вырвалось:

— Смогу.

Отказываться от своих слов я не собирался.

Спасибо, что продолжаете читать. Не забывайте ставить лайки и комментировать) Это приятно и мотивирует.

Глава 14

Я смотрел на Рыхлого и видел то, чего раньше не замечал. Отчаяние. Оно пряталось за его напускным равнодушием, за скучающей позой на пне, но выдавало себя в мелочах: в том, как его пальцы шкрябали по коре пня под ним, или как черви вокруг него бурлили, взрыхляя землю с каким-то остервенением. Раньше он знал, что сыну грозит медленное разрушение духовного корня, но это было когда-нибудь потом, а тут вдруг всё наступило моментально, и он оказался не готов. Да что там, я и сам думал, что у него есть как минимум несколько месяцев в запасе, потому что так сообщила система.

— Почему позвал сюда, а не пришел к дому? — спросил я.

Рыхлый криво усмехнулся.

— За твоим домом следит какой-то мальчишка. Он сидит в кустах и делает вид, что собирает травы. — Он сплюнул в сторону. — Решил лишний раз не показываться.

Я только мысленно хмыкнул — хватило и одного раза. Второй бы ничего не изменил. А вот что за мальчишка это хороший вопрос. Марта? Или Хабен? Как раз таки Хабен любитель использовать детей как посыльных.

— Дело только в мальчишке? — спросил с легким подозрением Грэм.

— Нет, не только. — вздохнул Рыхлый, — парочка охотников патрулирует Янтарный и окрестности. Они мне совсем не нравятся.

Грэм нахмурился.

— Что значит «не нравятся»?

— Слишком внимательные и… целенаправленные — не просто обход делают, а будто ищут кого-то. Да и рожи их мне незнакомые, а я большинство Охотников из Янтарного знаю.

Мысленно я зацепился за это уточнение — «из Янтарного». Это мы говорили с Грэмом «из поселка», но для Рыхлого что этот поселок, что соседний, похоже, одинаково чужды.

— Возможно они из города прибыли, и гильдия их поставила туда, где они не смогут сами себе навредить, — ответил Грэм, явно оценивая Охотников из города ниже местных.

— Ладно, — я присел на корточки, — Расскажи подробнее. Как именно ухудшилось состояние у Лорика?

Рыхлый тяжело вздохнул и черви вокруг него на мгновение замерли, словно прислушиваясь.

— Раньше он просто слабел — уставал быстро, спал много. — Голос гнилодарца стал глуше. — А теперь он даже не встает. И улитки перестали его слушаться… а для него это самое страшное.

Я кивнул, понимая, что потеря контроля над Даром уже не первый звоночек, как самый настоящий колокол.

— Ты ему что-то давал? Зелья может? Хоть что-то помогало?

— Отварами я его отпоил, — Рыхлый махнул рукой. — Всё, что Морна давала и всё, что было в деревне. После их приема Лорик становится чуть бодрее, но ненадолго. Я даже заказал через одного темного алхимика зелье посильнее, но тот пока сварит пройдет не один день. Сейчас у всех алхимиков, — что из гильдии, что вне её, что даже у травников, — заказов выше крыши. Расширение Хмари, будь оно проклято! Все варят для охотников, приручителей, других одаренных, а такие как я… мы в конце очереди. Если вообще там есть.

Звучало логично: охотники — главная сила поселков, и помня о том, что рассказывал Тран, они сейчас обращаются вообще ко всем возможным алхимикам. Скорее всего и Хабен переориентировался на них, ведь расширение может быть долгим, а это возможность получить новых клиентов. А гнилодарцы… они никуда не денутся. У них не будет выбора — они всё равно вернутся к тем же травникам, у которых заказывали.

— И еще кое-что, — поднял на Грэма глаза Рыхлый, — Приходил Шипящий.

Грэм аж скрипнул зубами от едва сдерживаемой ярости. Он готов был вспыхнуть буквально за секунду.

— Так возле вашей деревни тоже ведь охотники патрулируют, Гнус говорил.

— Патрулируют, — кивнул Рыхлый, — Но кому как не тебе знать, Грэм, что некоторые очень хорошо умеют скрываться. Особенно Шипящий — он появляется и исчезает, словно тень. Даже я не всегда вовремя успеваю заметить его приближение.

Шипящий… слово вызывало неприятные воспоминания. Но мысли крутились вокруг другого — вокруг Джарла. Если Шипящий жив-здоров и свободно разгуливает по окрестностям… значит, Джарла постигла неудача и как минимум до Шипящего он не добрался. И, тем не менее, он до сих пор где-то в глубинах и от него ни слуху ни духу. Я бросил взгляд на Грэма и понял, что он думает о том же.

— Это не всё, — добавил гнилодарец, — Некоторые семьи после разговора с Шипящим ушли из деревни.

— Чем он их приманил? — спросил Грэм.

Рыхлый покачал головой.

— Обещает безопасность за Хмарью, что никто их трогать не будет и они смогут нормально жить. Ну и самое главное… он обещает «исцеление» треснувших Даров.

— Сомневаюсь, что это возможно, — отрезал Грэм.

— Я тоже. — Рыхлый посмотрел куда-то в сторону, в глубину леса. — Я знаю, как они работают: треснувшие Дары доломают до конца и сделают частью своей стаи — вот и всё «исцеление».

— Но другие верят? — спросил я.

— Верят. — Рыхлый горько усмехнулся. — Потому что не видели того, что видел в глубинах я. А видел я, Элиас, много дерьма, о котором и вспоминать не хочется.

Повисла тяжелая тишина. Черви вокруг Рыхлого сначала замедлились, а потом и вовсе почти застыли.

— И ещё кое-что, — добавил Рыхлый, глядя прямо на меня. — Шипящий спрашивал про тебя — про мальчишку-травника, который варит для Морны. Не знаю чем ты его заинтересовал, но так просто спрашивать бы он не стал.

Грэм снова скрипнул зубами и рука его непроизвольно легла на рукоять топора.

— Не волнуйся, — Рыхлый поднял ладонь. — Я ему ничего не сказал, но за других поручиться не могу — ты для них никто.

— Это понятно. — ответил я.

А внутри всё оцепенело: я думал Шипящий оставил нас в покое, потому что больше никаких «подарков» в виде своих змеек не посылал, оказалось нет.

— Ладно, раз твоему сыну хуже, мне нужно приниматься за работу. Чтобы сварить сегодня что-то мощное мне нужно время.

Рыхлый кивнул.

— Буду ждать сколько потребуется. Понимаешь, Элиас, даже те, с кем я… «сотрудничал», не хотят оплату услугами, а деньги я уже все, что были отдал. Сейчас все хотят звонкую монету, а не добычу чего-то там из Глубин.

Я слушал его и понимал — это для меня услуги Рыхлого важны, потому что у меня натянутые отношения в поселке и мне приходится всё делать тайно, избегая Марты и Хабена. Но вот у других травников и алхимиков таких проблем нет — они могут спокойно работать не оглядываясь, выбирая с кем им сотрудничать. Да и с добычей ингредиентов у них, скорее всего, проблем нет.

Отказы других алхимиков таким, как Рыхлый — это мой шанс! Шанс набрать вес, знания и опыт. Получить союзников, как получил недавно Трана и Рыхлого. Я могу занять нишу, которую другие игнорируют. Да, часть гнилодарцев купится на посулы Шипящего, но часть останется, и проблемы с их духовными корнями никуда не денутся — им нужно будет лечение. И я смогу его дать. У них нет денег, зато они могут добывать редкие ингредиенты и помогать Грэму в лечении.

Вот так Гиблые, скорее всего, и переманивают людей — приходят к тем, кому больше некуда обратиться. К отчаявшимся, к Треснувшим, к гнилодарцам — к тем, от кого отвернулись все остальные. Они предлагают помощь, пусть даже ложную, и те идут за ними, потому что других вариантов нет.

— Ну, я пошел, — сказал я Рыхлому. — Время не ждет.

Он кивнул, не поднимая головы. Черви вокруг него снова тревожно забурлили.

На обратном пути мы с Грэмом шли молча. Только когда показались знакомые очертания нашего дома, он заговорил:

— Рыхлый, конечно, в тяжелой ситуации, Элиас. Из-за расширения Хмари все алхимики загружены по самое не могу — даже при желании они вряд ли могли бы выделить время для него и его сына.

Это Грэм сейчас пытается их оправдать?

— Да и приручители не все такие… как Тран.

— Ты о чем? — переспросил я.

— Об усилителях. — коротко ответил Грэм.

— Это что-то вроде того зелья, которое принял, ты когда защищал меня?

— Именно. Только сейчас алхимики варят такое же, но мощнее, и для животных. После него питомцы… «выжигаются» — тратят жизненную силу и не выдерживают отката. Но их эффективность в бою в разы выше и можно уничтожать более ценных тварей.

— Приручителям не жалко собственных питомцев? Они же чувствуют их боль. Да и питомца ведь вырастить и воспитать тоже надо ведь время.