Ваня Мордорский – Мастер Трав I (страница 16)

Я видел растения, которые знал по тесту системы: между корней одного дерева заметил Теневой Папоротник, темно-фиолетовые листья которого впитывают свет. В этом растении яда было столько, что для смерти хватит и неосторожного укола. Увидел вживую я и другие растения, например Серебряный Хвощ, который звенел своими стеблями на ветру. Тут, правда, ветра не было, поэтому и звона я не услышал. На Кровавый Мох мне указал дед: тот стелился по стволу старого дуба красным ковром — от него можно было словить сильную аллергию и начать задыхаться.

Конечно же я ничего не трогал, только смотрел и запоминал. Наверное только сейчас я по-настоящему прочувствовал насколько «другой» этот мир. Для осознания этого нужно было увидеть всю эту флору и фауну глазами, а не только через системный тест.

Я заметил небольшой куст, усыпанный ягодами. Они были ярко-красными, почти светящимися. Не знаю почему, но мне дико захотелось их сорвать, и я еле удержался от этого.

— Это Огненная Ягода. — сказал дед, — Съешь — и внутренности сгорят за минуту. Запомни: в Зелёном Море чем красивее растение, тем оно опаснее. Природа не тратит силы на украшательство просто так. Яркие цвета — это либо предупреждение, либо приманка.

Я кивнул, запоминая.

Вдруг дед застыл. Совсем как в случае с пауком. Я замер следом, превратившись в статую.

Где-то вдалеке раздавался странный звук, будто кто-то скрежетал когтями по дереву. Дед медленно повернул голову, прислушиваясь, а потом с облегчением выдохнул.

— Всего лишь древесный грызун, — прошептал он почти беззвучно. — Безобидный, его присутствие означает, что крупных хищников поблизости нет. Для нас это хорошо.

Мы двинулись дальше, но теперь я был гораздо внимательнее к окружающим звукам.

Изредка то тут, то там проскакивали животные и вспархивали птицы, но очевидно Грэм не считал их опасными. Ну а старику в этом вопросе я доверял полностью. Все-таки он бывалый Охотник, а не я.

Почти час мы шли по лесу вперед и только вперед. Нам уже не встречались ни собиратели трав, ни охотники и видимо Грэм был этому только рад.

Жива во мне накапливалась быстрее, чем я надеялся, а уж если мы доберемся до Древа Живы… Надеюсь, процесс пойдет еще быстрее.

Вдруг Грэм снова поднял руку, останавливая меня и не оборачиваясь. Он просто смотрел вперед, но каждая мышца его тела была напряжена, а рука легла на топор.

Я проследил за его взглядом.

Впереди, перед нами лежало… что-то темное и бесформенное. Сначала я подумал, что это просто поваленное дерево, но потом понял — это не дерево, это труп. Труп большого животного, от которого осталось немного. По коже пробежали мурашки: что-то двигалось внутри туши, словно огромный червь.

— Назад, — тихо сказал дед. — Медленно. Не поворачивайся спиной.

Мы начали пятиться. Шаг. Еще один. Слава богу под ногой не хрустнула ни одна ветка, а мох смягчал наши шаги.

И тут из туши выползло… оно. Существо было размером с крупную собаку, вот только его тело было черным, маслянисто-блестящим, покрытым чем-то вроде хитина. У него было шесть лап, а вместо головы просто огромная пасть, наполненная рядами черных зубов и пара поблескивающих глаз.

Тварь замерла, повернув голову в нашу сторону.

Я застыл. Сердце колотилось так громко, что мне казалось, что тварь сейчас услышит его.

Секунда. Две. Три.

Тварь медленно, очень медленно повернулась в нашу сторону и начала изучать нас своими черными глазами.

Дед стоял неподвижно, но я видел, как его рука скользит к топору. Медленно. Плавно. Ни одного резкого движения.

Я видел как капает слюна с игловидных зубов.

И запах — ужасный запах гнили и разложения, что-то кислое и металлическое.

Тварь остановилась и подняла голову, будто принюхиваясь.

А потом… вдруг раскрыла крылья, которых я поначалу и не заметил из-за того, что они были плотно прижаты к телу — и резко взлетела. Но не в нашу сторону, а вертикально вверх между деревьев, скользнув сквозь просвет в кронах.

Я выдохнул только через несколько секунд, когда понял, что она действительно улетела.

Дед тоже выдохнул. Рука его разжалась на рукояти топора.

— Черный падальщик, — глухо сказал он. — Убить-то я его убью, но тварь может цапнуть и заразить какой-нибудь дрянью, от которой хрен вылечишься. С ними лучше не сражаться. Они, правда, тоже не нападают обычно на живых — питаются падалью. Но если в голову что-то взбредет или если почувствуют страх… тогда могут атаковать и живого. Вообще-то он должен быть за Кромкой. Тут летают только обычные. Странно…

Он посмотрел на труп на тропе, потом на меня.

— Хочешь вернуться?

Я покачал головой.

— Мы уже проделали длинный путь.

— Правильный ответ. Пока неплохо держишься, — хмыкнул ободряюще Грэм и мы двинулись дальше.

Где-то меньше чем через полчаса мы достигли настоящей границы Кромки. Внешне она ничем не отличалась от остального леса, но я почувствовал её всем телом: воздух стал почти вязким от концентрации живы. Дыхание само собой участилось, а сердце забилось быстрее. Набор живы ускорился.

— Добро пожаловать в настоящее Зеленое Море, — мрачно усмехнулся дед. — Теперь каждый шаг может стать последним. Кромка закончилась, дальше будет опаснее. Намного опаснее. И если услышишь крылья, сразу прячься возле деревьев.

Я кивнул.

Первое, что поразило меня в настоящем Зеленом Море — это размеры деревьев. Они как-то резко стали толще, выше и их кора то тут, то там пульсировала то зеленым, то золотым, в зависимости от дерева.

А еще между исполинскими деревьями гуще, чем в Кромке струился золотистый свет — та самая жива, которая была здесь настолько концентрированной, что становилась видимой. Появились различные растения с металлическим блеском и разноцветными прожилками, я узнавал лишь некоторые из них.

— А что это? — шёпотом спросил я, указывая на странное дерево справа от нас.

Его ствол был покрыт пульсирующими пятнами красного цвета, а листья медленно поворачивались, словно следя за нами. От него становилось… тревожно.

— Кровавая Берёза, — так же тихо ответил дед. — Охотится на мелких животных. Если подойдешь слишком близко, выстрелит шипами с парализующим ядом. Потом будет месяц переваривать твою плоть.

Я поежился и отошёл подальше от дерева. Листья действительно поворачивались, следя за моими движениями. Вот только березу она не напоминала ни капли, разве что чуть висящими вниз ветками.

Ещё через час мы наткнулись на первые действительно ценные растения. Дед остановился возле небольшой поляны, где рос куст с фиолетовыми ягодами.

— Плоды Ночной Звезды, — сказал он с удовлетворением. — Очень редкие. Одна горсть стоит как серебряная монета. На весь долг Трану не хватит, но уже что-то. Проблема в том, что они портятся очень быстро после того как сорвать, но с полдня протянут наверное.

Он достал специальные кожаные перчатки и осторожно начал собирать ягоды в одно из отделений моей сумки.

— А почему перчатки? — поинтересовался я.

— Сок ядовит. Если попадёт на кожу — получишь ожог, а если на рану… можешь попрощаться с рукой. Их алхимики специально вываривают и каким-то образом убирают яд. Не знаю как, но берут охотно.

Кто бы сомневался! Каждое растение здесь таило в себе смертельную опасность, но при этом обладало невероятной ценностью.

Дед работал быстро и профессионально. За несколько минут он собрал все ягоды, не оставив ни одной и мы пошли дальше.

По таймеру системы, который отсчитывал время, оставшееся у меня до пробуждения, я знал, что идем мы уже почти четыре часа.

Ну а минут через десять впереди показалось то, ради чего мы и пришли сюда — Древо Живы. Вернее, всего лишь его огромный корень, который выглядел как вековое поваленное дерево, уходящее в землю. От корня исходило мягкое золотистое свечение, а воздух буквально искрился от концентрации живы.

— А теперь быстро к корню! Чем меньше мы тут находимся, тем больше шансов, что выживем. — сказал Грэм.

С каким-то внутренним пиететом я приближался к корню огромного древа и вблизи он был еще более впечатляющим: кора переливалась золотистыми узорами, и от неё исходило сильное тепло.

Грэм, несмотря на то, что мы добрались практически без приключений, выглядел очень напряженным.

— Что-то не так? — спросил я.

— Слишком тихо, — ответил он. — Обычно возле Древа много жизни. Мелкие твари приходят сюда подпитываться энергией, всегда есть несколько крупных хищников, а сейчас… словно все разбежались. Не к добру это.

Он был прав. На поляне царила мертвая тишина.

— Может быть, их спугнули мы? — предположил я.

— Может быть, — кивнул дед, но звучал он неуверенно. — Ладно, иди к Древу, начинай поглощать энергию, я буду охранять. Твоя задача — быстро наполнить духовный корень до предела, предел ты почувствуешь. Прислонись к стволу и сосредоточься на накоплении. Всё остальное не важно.

Я сделал несколько шагов к гигантскому стволу и интенсивность поглощения живы резко возросла. В груди разлилось приятное тепло, а перед глазами вспыхнули цифры системы.

Осторожно прижался к шершавой коре, под которой чувствовалась вибрация: медленная и размеренная как сердцебиение великана. Это было странно и необычно.

— Закрой глаза, — проговорил дед, обходя поляну по кругу, — Дыши медленно и внимательно слушай, но не ушами, а нутром.

Я закрыл глаза и начал глубоко осмысленно дышать. Первые минуты ничего не происходило. Я слышал обычные звуки: шелест листьев, жужжание насекомых, далекие голоса птиц… Все-таки Грэм преувеличил — жизнь тут была. И совсем не тихая. Я чувствовал прохладу земли под собой и тепло дерева за спиной.