Ванда Леваниди – Ангел с человеческим сердцем (страница 3)

Наш городок не является ни столицей, ни провинциальной дырой – он представляет собой нечто среднее. Центр города весь застроен высотками и торговыми центрами, и в нем практически не осталось зелени, но до окраин застройщики пока не добрались. Нам с мамой повезло, мы жили на самой окраине, в районе, где пока еще можно встретить зеленые деревья, кусты и траву, конечно, не такую сочную и зеленую, как хотелось бы, но настоящую. Природы здесь явно недостаточно, но больше, чем в городе, – это однозначно. Отомкнув замок, вошла в дом, отметив про себя, что эти несколько движений, повторяясь со времен школы, запечатлелись в моей памяти, и дошли до автоматизма. Дом показался зловеще пустым и затемненным с приходом сумерек. В окна вливался свет, который уже и вечерним трудно было назвать. «Почему я раньше не замечала этого жуткого времени суток?» Я всеми силами старалась отвлечь себя от непонятного ужаса, охватившего меня, едва перешагнула порог дома. То и дело меня одолевали до смеха страшные предрассудки в виде оживших из фильмов ужасов тварей, которые поджидали за углом, прятались за дверью, в темной прихожей или шумели в комнате. Мне было смешно представлять себя со стороны и в то же время странно понимать, что я единственная из всех моих друзей, никогда не реагировавшая на фильмы ужасов… боялась ходить по собственному дому вечером. Зажгла повсюду свет, принимаясь за дела, и страх стал отступать. Начиняя курицу, старалась думать о завтрашнем дне, о друзьях, о Лорен, которую не видела уже около недели. Во взаимоотношениях с Лорен все совсем иначе, чем с Сони. Она везде, всегда и всюду и, кажется, что ее энергии нет предела. Я всегда должна быть в поле ее зрения, иначе у нее возникает ощущение, что наша дружба себя исчерпала и, как ни странно, с ней чувствую то же самое – становлюсь другой – такой, как она – быстрой, болтливой и забавной. И меня это устраивает. Может, эта задорность и пройдет с годами, по мере взросления, но я буду одной из тех, кто знал ее такой взрывной. Лорен обладает сильным магнетизмом, наверно, благодаря голубизне ее глаз. В ней все не сочетается и этим притягивает взгляд. Черные густые волосы и голубые глаза придают выражению ее лица элегантность и манерность, что также не сочетается со скоростью речи и быстротой в движениях. Она младше ребят на год и учится на втором курсе в нашем же университете, но чересчур умна для своего возраста. На правах подруги детства, она была представлена моим друзьям, и скоро влилась в нашу компанию, благодаря умению быстро налаживать контакты с людьми. За ужином поделилась своими планами, и Мери (так я называла маму за глаза) осталась довольна моим решением присоединиться к друзьям в субботу. Не стала винить ее в том, что вмешивается в мою жизнь – это лучше, чем быть обделённой материнским вниманием (все-таки ситуация с Сони оставила большой отпечаток в моем сердце – я стала ценить каждую минуту рядом с мамой). Мама – спокойная и самодостаточная женщина, довольно стройная и активная по меркам своего возраста. Ее благородные черты лица с глубокими и очень грустными глазами подчеркивают хронически уставший взгляд, появившийся в результате пережитого горя. Отец умер, когда мне было три. Из этих давно минувших дней вспоминаются только слезы матери. После его гибели она очень долго не могла прийти в себя. Причину смерти отца я не знала и, поскольку эта тема до сих пор очень болезненна для матери, она никогда не затрагивалась мною. Было страшно снова увидеть в ее глазах зияющую пустоту, которая открывалась мгновенно, от простого намека о разговоре на больную тему. После смерти отца она так и не нашла в себе силы выйти снова замуж, и, возможно, я ей за это благодарна. Мы еще немного посидели после ужина за чашкой чая и посплетничали о моих друзьях. Рассказала ей о последнем разговоре с Ником и тут же стала винить себя за излишнюю болтливость, глядя на ее расстроенное лицо. Заглаживая предыдущий диалог, призналась, что тяжело без Роба, а она тут же отметила, что с Сони они – гармоничная пара. Мама относилась к выбору моих друзей очень скрупулезно и, прежде чем дать добро на то, чтоб отпустить меня с кем – то из них даже просто в кафе, требовала личной встречи в неформальной обстановке. Можно сказать, что все мои друзья прошли «фейс-контроль». И пусть сегодня понятие «друг» немного поменяло свое значение, и другом может слыть даже тот, кто дал списать на контрольной – она старомодна в этом плане. Да и во многих других тоже. Для нее друг – это член семьи, а кого попало в семью не впустишь. И я полностью согласна с ее доводами. Отправляясь спать, поцеловала маму и стала подниматься в свою комнату. По пути выключая свет, представила, как когда-то по этой лестнице поднимался отец, вот так же выключая свет и стараясь не шуметь, чтоб не разбудить меня, мирно сопящую в своей комнате. Этот дом достался нам с Мэри от отца. Кроме нас у него была только мама, которая уехала во Флориду сразу после его смерти, и осталась там, выйдя замуж во второй раз. Бабушка жила получше нас, и это мягко сказано, поэтому безоговорочно дом был оставлен Мэри. Поднималась наверх, вся в раздумьях о папе, бабушке и маме, когда на меня десятиметровой волной нахлынули все переживания прошлой ночи. Стало не по себе от понимания того, как легко забыла свои страхи и кошмары, мучавшие меня всю прошлую ночь. А теперь, стоя у двери в свою спальню снова, захлебываясь от воспоминаний, волнения и страха, приложила немало усилий, чтобы заставить себя дернуть ручку и открыть дверь. Комнату заливал лунный свет, и в нем я отчетливо разглядела силуэт мужчины, сидящего на моем подоконнике. Страх внезапно улетучился, уступая место злости. Включила свет, готовая к серьезному разговору и выяснению отношений, с человеком, который пробрался в мой дом незаконно… Но его не оказалось на месте – комната была пуста. Подбежала к окну и распахнула его – на улице тоже никого. «Да что же это со мной!? Неужели схожу с ума!?» Уверена, что видела мужчину – у меня не было оснований не верить своим глазам. Но все же границы нормальности стирались от воспоминаний о том, что происходило со мной за последние несколько ночей. Слова «сон» и «ночь» теперь вызывали во мне противоречивый трепет. Я сильно устала за день и, пообещав себе об этом больше не думать, собралась поскорее лечь спать. Мое воображение уже издевалось надо мной, пугая неопределенностью реальности, отчего твердо решила спать при свете ночника. Включив ночник, выключила основной свет и стоя спиной к окну, быстро сняла с себя лишнее. Запрыгнув на кровать, укрылась одеялом, невзначай бросив взгляд на подоконник. Мелкой рябью страх прошелся по моему телу повторно, когда встретилась с черными бездонными глазами. Казалось, все это время он вообще не двигался с места. Все так же вальяжно развалившись на моем подоконнике, свесив одну ногу вниз, и скрестив руки на груди, парень смотрел на меня, не моргая, и улыбался. – Кто ты? Ты пугаешь меня! – дрожащим голосом спросила я, намеренно сбивая страх злостью, чтоб возвратить способность думать. Он, не переставая улыбаться, отвечал спокойно, чуть хриплым голосом: – А разве тебе не интересно, как я здесь оказался, Элизабет? Сжала кулаки под одеялом и спокойно произнесла, не повышая голоса: – Да мне все равно как ты сюда попал! Если ты сидишь в моем доме в позе хозяина и смотришь на меня полуголую, значит, еще не такое можешь. Только одно не могу понять, почему ты здесь? Кто ты такой!? Парень молчал и все так же уверенно улыбался. Я ощутила легкое головокружение, быстро сменившееся желанием почувствовать головой подушку. «Я что теряю сознание? Да кто он такой и что ему нужно? Что происходит?» На этом мысли оборвались. Глава 6. Стечение обстоятельств

Утро следующего дня по ощущениям очень напоминало предыдущее. Снова ощущала прилив энергии, и хотелось взорваться адреналином. А все воспоминания о прошедшей ночи по неизвестной причине были очень мутными и обрывочными – чем больше пыталась их вспомнить, тем больше мысли превращались в туман. Спешить было некуда, поэтому, сидя на краю кровати, полная переживаний, стала собирать все знания воедино. «Кто этот человек… и человек ли??? Впервые почувствовала весь этот ужас прошлой ночью, но так и не смогла открыть глаза, чтобы посмотреть, что происходит. Хотя точно знала, что не одна… А этой ночью все повторилось. Что за чертовщина!?» Как никогда хотелось, чтобы все происходящее оказалось плодом моего больного воображения. Никогда в сверхъестественные вещи не верила и относилась с осторожностью к людям, верящим в такую чушь, а сейчас эта «чушь» стала прямым образом вливаться в мою жизнь. Не обнаружив странного ночного гостя в своей спальне, решила пока ничего не предпринимать. «Да и предпринимать особо нечего, я же о нем ничего не знаю. Остается просто ждать дальнейшего развития событий. В конце концов, если бы хотел причинить мне боль или… убить – уже бы сделал это». Расставив в голове все по местам, немного расслабилась и стала заниматься повседневными делами, размышляя о вечерней поездке. Настроение улучшилось, но меня не покидало чувство, что за мной следят. Это чересчур захватывающее ощущение и очень непозволительная роскошь знать о том, что в твоем доме находится посторонний, точнее потусторонний, не имеющий ничего общего с людским родом, и ничего не предпринимать. Ближе к шести часам стала одеваться и готовиться к встрече с друзьями. На улице выдался очень теплый и солнечный день, который перетекал в не менее теплый вечер. Выскочила из дома и, добежав до ворот, вспомнила, что забыла телефон. В спешке возвращаясь, снова увидела его, и от неожиданности споткнулась о порог. Незнакомец стоял прямо за дверью, в самом темном углу, куда не попадал дневной свет, но не заметить его было невозможно. В тот момент, когда по сценарию я должна была, по меньшей мере, удариться головой об дверь, он меня поймал и не отпускал до тех пор, пока не пришла в себя и не отдернула от него руки. Тогда он улыбнулся и самодовольно произнес: – Дэвид. – Не скажу, что безумна рада знакомству, Дэвид, поскольку тебя никто не приглашал. И знакомиться с человеком, который следит за мной в моем собственном доме, не имею никакого желания. Схватив телефон с тумбы, развернулась и вышла из дома, в полной уверенности, что он улыбается. Разумеется, меня настораживал тот факт, что в моем доме находится настойчивый тип, которого я не знаю, но сделать с этим что либо была не в силах. «Даже если сообщить об этом в соответствующие органы, они мне не помогут. Он ничего не украл, и уверена, что его следов в доме тоже нет. И смогу ли я вообще доказать что в доме был (и есть) посторонний? Что же ему нужно? Кроме имени мне о нем ничего не известно. Дэвид…». Мне вдруг захотелось вернуться и закончить наш разговор, прийти к какому- то заключению, узнать правду, но у меня не было уверенности, что вернувшись, снова обнаружу его там. Выбросив все мысли о нем из головы, села в машину, повернула ключ и надавила на газ. *** – Элизабет, ну наконец-то… – я услышала голос Лорен, выходя из машины. Вынимая сумку, уловила краем глаза, что людей собралось больше, чем обговаривалось. На мне были джинсы, выгодно подчеркивающие мою фигуру и белый вязаный свитер с «рукавами-летучками», который мама подарила еще на совершеннолетие. Не знаю как у других, но я очень привязываюсь к старым вещам, и доверяю им больше, потому что чувствую себя в них привычнее, уютнее и увереннее, почти как со старыми друзьями. – Привет, ребя-та… НИК?????? – мой голос дрогнул. Я была, мягко говоря, в шоке… Он стоял, слегка наклонив голову, рядом с Сони. – Но… – подавляя истерический смех, растеряла все слова. – Я тут подумала, а почему бы Нику не пойти с нами… – кокетливо улыбаясь, пришла на помощь Сони. Вне себя от счастья, робко шагнула к другу. По выражению его лица и смущенной улыбке, поняла, что он не против, и кинулась ему на шею с криком: – Я так рада, Ник!!! Так рада!!! – слова застряли в горле, и я прижалась к нему, с трудом подавляя слезы. – Элизабет, ты была права вчера. В общем, пусть все остается в прошлом, – он как-то вымученно улыбался, и все время отводил глаза в сторону, по-детски поглаживая меня по волосам. Хотелось, чтобы он перестал смущаться и показал свои настоящие эмоции, в которых присутствовали, без сомнения, радость и счастье от происходящего. Взяв себя в руки, оторвалась от него и стала включаться в разговор. Ребята уже решали, куда пойти в первую очередь. Компания собралась просто замечательная – только близкие и дорогие люди: Лорен, Сони, Роберт и… Ник. От радости, стало все равно куда идти, ведь одна из проблем, грузом висевшая на мне столько лет, разрешилась. И за это, так полагаю, надо благодарить Сони. Подмигнула ей и поймала взгляд подруги, полный удовлетворения. Мы прокатились на нескольких аттракционах, съели по мороженому и, смеясь, зашли в кафе. На улице стемнело и, в связи с этим, народу в помещении было много. Мы долго сидели и за разговорами пили кофе с десертом. – У кого какие планы на завтра? – ковыряя ложкой мороженое, спросила Лорен. – С отцом идем по магазинам, хотя на мне пара докладов висит, даже не представляю, когда успею все сделать… – возмущенно отозвалась Сони. – С отцом??? – искренне удивилась я. – Представляешь, он решил, что мы недостаточно времени проводим вместе, и надумал совместную вылазку. Мой отец думает очень обобщенно и не понимает, что каждая девушка индивидуальна и мне, например, не нравится шопинг. Я, конечно, покупаю себе вещи, но никогда не трачу на это целый день – мне достаточно двух часов. – Не переживай так, Сони. Думаю, он просто пытается найти общие темы. Если тебя не устраивает шопинг, предложи то, что понравится ему, или сама найди с ним общие интересы. Можно ведь никуда не ходить, а просто приготовить вкусный ужин и поговорить с ним по душам. Он устает на работе и, я думаю, что этот вариант будет более приемлем для него самого, нежели утомительный для вас обоих поход по магазинам. – Наверное, ты права, Элизабет. Так и сделаю, – быстро согласилась Сони. Я знала, что ей не хочется оставаться с отцом наедине, и она пытается это скрыть, но им обоим необходимо было снова обрести друг друга и стать друг для друга опорой. Ведь после смерти матери, Сони всего несколько раз пыталась поговорить с ним, но все безрезультатно. По ее словам, разговор не клеился, и обсуждение больной темы не с чего было начать, да и начинать никто из них не находил в себе сил. – Нам с Ником повезло – у нас обычно понедельник не сильно загружен. Я, скорее всего, займусь домашними делами и схожу, заберу вещи из химчистки, – попыталась направить разговор в другое русло, чтоб не выставлять личную тему Сони на всеобщее обсуждение. – Я с тобой, – быстро затараторила Лорен, – мне просто необходимо выбраться из дома. Ты ведь не против, если буду бегать за тобой весь день? – Ты же знаешь, только рада буду провести целый день в твоей компании, – польстила ей, и она улыбнулась в ответ. – Тогда так и быть, помогу тебе с уборкой! – добавила она. – Договорились! – весело улыбнулась ей, в мыслях уже перебирая занятия, повеселей уборки и похода в химчистку. Время от времени я ловила взгляды Ника, которые уже не скрывали в себе пылкие чувства, как прежде, а выражали спокойствие и умиротворение. Он совершенно не смущался, а ободрительно улыбаясь, смело заглядывал мне в глаза. Таким, Ник мне нравился больше – уверенным в себе и спокойным другом, а не влюбленным поклонником из дамских романов. Народу прибавлялось все больше, отчего в кафе стало душно, и мне захотелось подышать воздухом. Извинилась и встала, направляясь к выходу. Ник схватил меня за руку и предложил составить компанию. Улыбнувшись, отказалась, уверяя, что выхожу ненадолго, тот, кивнув в знак согласия, вернулся к разговору с Лорен. «На самом деле, я очень даже хочу, чтобы он пошел со мной, но то, о чем бы мы разговаривали, можно будет и потом обсудить, а вот с Лорен они не часто смогут видеться. Все-таки мой план по созданию пары Лорен – Ник обязан сработать». Направляясь к выходу, думала о том, что в свои двадцать два я все еще без пары, но при этом умудряюсь сводить других. И представив себя амуром, нацелившимся в затылок Нику, с трудом удержалась от смеха. Проходя вдоль столиков, обратила внимание на то, что люди заполняли кафе по краям, центральные столы оставались свободными все, кроме одного. Мне показалось это забавным совпадением. За ним сидел одинокий мужчина лет тридцати и пил кофе. Взглянула на него мельком и, остановилась, точно прикованная, утопая в пьянящем взгляде. Он смотрел на меня, не отрывая глаз – пронзило понимание, что вижу его не впервые. На нем был костюм из дорогой ткани кремового цвета и туфли темнее костюма на один тон. Его темные волосы и выступающие скулы, взгляд и плавные движения, которыми он подносил чашку ко рту, будоражили мою память, но нужный ответ никак не появлялся в голове. Так и не сумев вспомнить, кто он и откуда могу его знать, с трудом оторвавшись от безумных серых глаз, провожающих меня неприкрытым и пристальным взглядом, я выскользнула в прохладные объятия вечера. Находясь под сильным впечатлением, и безрезультатно пытаясь выбросить из головы мысли об этом мужчине, всматривалась в темноту неба, разорванную желтизной лунного диска, в попытках восстановить способность размеренно думать. Не понимая, что со мной происходит в последнее время, но отдавая себе отчет в том, что ни к чему хорошему это самочувствие не приведет, пыталась взять себя в руки, и найти хоть одно внятное объяснение происходящему. Тело ломило от усталости и опустошения, а руки дрожали. Захотелось оказаться дома и уснуть на месяц, отрезав себя от внешнего мира непробиваемыми стенами из толстого стекла. Решив, что причина усталости в долгом сидении на одном месте, я зашагала прямо, сама не осознавая куда, в надежде взбодриться от движения. Но легче не стало. Становилось все сложнее держаться на ногах, а глаза то и дело застилал туман. Обернувшись, увидела, как он вышел из кафе. И только глядя на него в полный рост, неожиданно вспомнила, где и сколько раз с ним сталкивалась. В первый раз обратила на него внимание, когда пришла домой к Лорен. Стоя в конце улицы, и искоса поглядывая в мою сторону, парень разговаривал по телефону. Во второй раз, шла в университет, опаздывая на занятия – он стоял недалеко от входа и заглядывал в окна. Помню еще подумала, что, наверное, ждет девушку с занятий, и в сердцах позавидовала ей – парень-то симпатичный. «Поздно предаваться воспоминаниям, время подумать о том, что на улице темно, кафе далеко позади, а я двигаюсь в неизвестном направлении!» – одернула сама себя. Подавив в себе панику, и решив для начала остановиться, с ужасом обнаружила, что не могу контролировать свое тело. Ноги несли меня туда, где вообще не было людей, хотя я прекрасно знала, что этого делать нельзя. Оглянувшись, увидела, как он неспешным шагом идет за мной, держа руки в карманах, всем своим видом давая понять, что я от него никуда не денусь. Чувствуя бессилие, разгоняемое вместе с кровью по венам, поняла, что вот-вот отключусь – я потихоньку ТЕРЯЛА СОЗНАНИЕ без причины! Стирая грани, разделяющие реальность и мой внезапный сон, позволила себе закрыть глаза, и тут же потеряв равновесие, стала падать. «… НЕЛЬЗЯ ОТКЛЮЧАТЬСЯ, ЕМУ НУЖНО КАК РАЗ ЭТО!», – пронеслась в голове мысль, с огромным опозданием, словно последняя электричка, унося с собой шанс на спасение. Но прежде чем голова коснулась земли, меня подхватили руки. Буквально ощутив учащенное дыхание над ухом, и стихающее звериное рычание неподалеку, мне вдруг стало легко и спокойно. Глава 7. Томительное ожидание