Ван Вигри – Лотос цветёт под покровом ночи (страница 15)

– Послушай, я не собираюсь делать тебе ничего плохого. – начал Эллен, но его слова получились несколько неубедительными. Юноша также отчаянно не сводил взгляд с лекаря и прерывисто дышал. Призрак закрыл глаза, был уже на готове к очередному фокусу с исчезновением, но не торопился. Тогда лекарь, не теряя времени, выкрикнул то, что так хотел сказать в надежде, что он остановится.

– Хван Чанмин, не пропадай! – после сказанных Ханом слов юноша вздрогнул и огромными болтами посмотрел на Эллена, который упал на колени перед ним. Не понимая что происходит, он вскочил с пола и хотел испариться, но мужчина продолжил измученным голосом. – Почему ты так со мной поступаешь? Что я такого сделал, что сам Хван Чанмин ходит за мной по пятам и пытается убить, зачем я тебе сдался? – не в силах больше говорить, и в целом, держаться, Эллен не договорил последние слова и свалился на пол, теряя сознание. Призрак опешил. Он оглядел комнату, затем ситуацию на улице, нет ли кого поблизости, и, отыскав в себе силы чтобы подняться, подошел к двери, которая все это время была открыта, захлопнул ее, направляясь к лежащему на полу Хану, что мирно посапывал себе в руку. Неоднозначно разглядывая лекаря, он взял его на руки и отнес в койку, укрывая одеялом. Присев рядом, юноша пол ночи не сводил с него взгляда, бережно следил за его крепким сном. Во сне Эллен изредка разговаривал, бурча под нос что-то про спасение вселенной, про бедняжку Сонхи, оставшейся без родителей и о Хван Чанмине, прося его остановиться и отдаться ему. Каждый раз призрак вздрагивал от того, что его во сне зовет Эллен, но подавлял в себе желание закрыть ему рот какой-нибудь тряпкой.

Наступило раннее утро. Эллен нехотя раскрыл отяжелевшие веки, оглядывая все вокруг в надежде, что оказался дома, когда надо вставать с постели и идти умываться, а потом бежать на работу, потому что снова опаздывает при всей своей пунктуальности, но быстро разочаровался, когда понял, что все еще находился в покосившемся доме на берегу заросшей кувшинками речке возле почти заброшенной всеми деревне. Живот его сильно сводило, заставляя съежиться от боли. Долго Хан не ел и нормально не спал. Даже неудобная кровать казалось ему мягкой. Силой воли он заставил себя встать, поднимаясь на локтях и заметил на столе тарелку с чем-то вкусно пахнущим. Эллен скинул с себя одеяло и подбежал к столу, начиная хлебать содержимое. Это оказался суп с какими-то травами. В нем плавали свиные ребрышки, которые предавали похлёбке умопомрачительный вкус. В считанные минуты он съел все, что было в тарелке, даже не присев на стул. Уже когда парень все доел и поставил пустую посуду обратно на стол, обратил внимание на свою «берлогу», которая была ,на удивление, чистая и убранная, а ведь вчера он не заметил этого из-за своего преследователя. Неужели призрак все это сделал для него? Вдруг Хан догадался до кое-чего логически правильного. Здесь очень давно жила семья Хван, но после несчастного случая дом опустел. Хан так и не получил ответ от юноши, который хотел, но он все ближе и ближе подбирался к разгадке, ведь если этот призрак и есть Хван Чанмин, то это все объясняет. Эллен подумал, что ему стоит все-таки подождать появление призрака снова, а пока, ожидая зачастившего гостя, Хан, вышел будничной походкой из дома, будто он прожил в этом доме всю свою жизнь. Теперь он не боялся, страх сменило любопытство и азарт, к которому Эллен, к удивлению, обычно был не склонен.

Речка была прохладная, но к полудню, под лучами солнца, она нагрелась и Эллен смог искупаться, смыть с себя кровь, оставленную на нем от больных и трупа женщины; пот и усталость. В своей лачуге он нашел сменную одежду. Хоть она и не была настолько красивая, как у Тэуна или Хангука, но ходить в ней было довольно удобно. В пяти метрах от речки, недалеко простирались небольшие поля, давно заросшие травой и сорняками, а рядом стоял маленький склад, где Эллен нашел грабли, тяпки, лопаты, корзинки и всякое другое. Удивительно, что ничего из этого жители деревни не растащили. Наверное, сами за собой не замечая, боялись подходить к домику из-за давно минувших дней, когда имя Хван у всех ассоциировалось со смертью. Среди всего хлама Хан нашел книги, содержание которых было о болезнях, лечебных травах и способах их применения. Он это понял по рисункам на страницах, а также он выучил множество иероглифов, пока пребывал в прошлом последние несколько дней. Среди них лекарь нашел еще и сказки с легендами, и игрушки, сделанные из сена и веревок довольно мастерски. Покопавшись в вещах еще немного, Хан раскопал среди хлама записную книжку, покрытую толстым слоем пыли. Среди книг она ничем особо не отличалась, на кожаной обложке была надпись: «Хван Чанмин». Это означало, что Эллен приблизится к разгадке личности Чанмина. Он открыл книжку на первой странице и уже с этого места был готов закрыть ее. «Помогите». Перейдя на следующую страницу, Эллен пытался прочесть содержимое, но получалось с трудом. Почерк был настолько кривой и неразборчивый, что Хан подумал, если бы это стал читать сам хозяин, не понял бы и пары слов, что уж говорить о человеке, который жил в двадцать первом веке всю свою жизнь и в глаза их никогда в жизни не видел. Лекарь листал страницы одна за другой, рассматривая редкие картинки, единичные слова, которые можно было разобрать; вложенные засушенные листья. Все это было довольно занимательно, поэтому он положил книжку себе за пазуху и поспешил выйти из сарая, закрыв за собой дверь на защелку. Он попытается прочесть это позже. С лопатой, которую Эллен нашел, он не спеша направился к дому. Этим орудием он поможет Сонхи похоронить своих родителей, которые были перенесены в одну из комнат в поместье Хан. Уже подходя к крыльцу, Эллен обратил внимание на четыре силуэта вдалеке, что приближались к нему. Это были его знакомые: сестры Чо, Хван Тэун и Хан Сонхи. Когда они подошли к лекарю, дружно поздоровались. Это же и сделал Эллен.

– Зачем проделали столь долгий путь? В деревне никого почти не осталось, я совсем не знаю как их лечить. – поникшим тоном сказал Хан, присев на порог своего дома.

– Господин Хан, мы считаем вас другом. Вчера вы выглядели неважно, мы с сестрой подумали, что вас стоит пойти проведать, по пути встретили Тэуна и Сонхи. Они тоже шли к вам. – начала Тэен. Тэун кивнул.

– Ничего. Госпожа Хан, как вы? Сожалею об утрате и прошу прощения за то, что не смог спасти ваших родителей. – Эллен поклонился в знак извинения. Сонхи грустно улыбнулась ему и поклонилась в ответ.

– Вы сделали все, что было в ваших силах. Это не ваша вина. Просто не хочу находиться дома из-за навевающих воспоминаний. Вот и все-мужчине показались слова девушки не слишком правдивыми, но спорить он не хотел. Он понимал ее чувства, потому что пережил то же самое.

– Вы же лекарь, лечите людей от всякой напасти! – воодушевилась Арым. – А еще мы знаем, что вы никогда не сдаетесь и обязательно всех вылечите.

Такой поддержки Эллен никак не ожидал от людей, которые его едва знают. Даже дед, который вырастил и воспитывал, так не поддерживал его за все проведенное рядом с ним и бабушкой детство. Он смущенно улыбнулся уголками губ, но улыбка вмиг спала с лица, Хан принял серьезный вид.

– Это будет сложно. – единственное, что он сказал. Мысли его испарились, опустошая голову. Друзья утонули в раздумьях, Эллен взял лопату и, направившись в дом, занес орудие. Он еще раз оглядел чистую комнату и через открытую дверь окликнул друзей, позвав в дом. Первым вошла Тэен, которая стояла ближе всех ко входу, следом потянулись остальные, закрывая за собой дверь. В небольшом доме с прибытием гостей стало еще теснее, но Эллен не стал зацикливать на этом внимание и пригласил гостей присесть за стол, перед этим отодвинув его к центру комнаты, чтобы поместились за ним все, и разложил подушечки. Когда Тэен, Арым, Сонхи и Тэун присели, Эллен поставил найденные в шкафу чашки на стол и разлил чай, вскипячённый на разогретой печи. Лекарь, смотря на огонь, видневшийся за узорными дверцами печи, невольно вспомнил про призрака. Не было сомнений: именно он прибрался в доме насколько мог, растопил печь, чтобы Эллену было тепло, и укрыл одеялом. Следом он догадался, что и кушать ему приготовил тоже призрак, и в душе его потеплело.

– Господин Хан. – вывела лекаря из раздумий Сонхи, робко склонив голову. Эллен вздрогнул от неожиданности и повернулся к девушке. – Спасибо вам за то, что не отчаиваетесь. Помогите моим людям, взамен я отдам вам то, что пожелаете. Половину деревни или деньги. Что угодно. – Сонхи заробела так, что с трудом могла вымолвить даже слово. Эллену стало интересно, как Хван Тэун смог сблизиться со столь застенчивой девицей. Лекарь ей улыбнулся и отвел взгляд, дабы Сонхи не чувствовала себя некомфортно, сидя с ним за одним столом, и решил перейти к делу после короткого вступления:

– Началась эпидемия. Король, которому дела нет до провинциальных деревень, вдруг решил изолировать всех людей, которым можно, как они предполагают, помочь.

– Но они сделают только хуже. – решительно продолжила Чо Тэен. Арым поддержала сестру. – Если даже у нас ничего не вышло.