Почти все пространство ворот загораживала впечатляющая фигура некоего упитанного существа, которое было раза в три выше меня ростом и настолько же более косматым, с огромной пастью, полной острых зубов, и маленькими неподвижными красными глазками-бусинками. В лапах оно держало неопределенного вида предмет, который, при наличии некоторой доли фантазии, можно было принять за что угодно, а на голове у него красовалась военного вида фуражка из дутого стекла. Тогда я еще не знал, что это был представитель городской стражи, полицейского подразделения, на службу в которое принимались исключительно йети. Йети смерил меня неприветливым взглядом и постучал подобием полицейской дубинки по фуражке, на что та отозвалась стеклянным звоном: дзинь-дзинь.
— Советую говорить правду, только правду, и ничего кроме правды. Отвечай, кто ты есть. Человек? Или, может быть, состоишь с человеком в прямом родстве, дружбе или каких-либо других близких отношениях, например финансового или романтического характера?
— Нет, — ответил я. — Я синий медведь.
— Сам вижу. Не дурак. Я задаю эти вопросы всем, кто приходит в Атлантис. Это моя работа. Добро пожаловать в город с будущим! Видишь грифа на вершине минарета?
Он поднял лапу и указал назад, где возвышалась стрела минарета. На парапете сидел огромный гриф.
— Да, — сказал я.
— Это настоящий гриф. Понимаешь, что это значит?
— Нет.
— Это значит, что он настоящий гриф.
Он смерил меня долгим непроницаемым взглядом. Потом кивнул — проходи. В тот момент, когда я, понурив голову, скользнул в ворота, земля вдруг задрожала. Я ощутил под ногами вибрацию, покачнулся, йети тоже схватился лапой за столб. Потом все снова стихло.
— Землетрясение. Ничего страшного. Это бывает. Добро пожаловать в Атлантис!
АТЛАНТИС. Атлантис является столицей континента Замония и относится к категории городов-мегаполиов (свыше 100 миллионов жителей). Территориально и административно Атлантис разделен на пять районов, каждый из которых представляет собой отдельное королевство. Это Налтатис, Ситналта, Титаланс, Татиланс и…
Спасибо, это мы уже знаем. В то время, когда я впервые попал в город, Атлантис представлял собой главный центр обитания нечеловеческих и получеловеческих форм жизни. В соответствии с замонианским «Уложением о порядке наследования» люди были навсегда изгнаны из города, и произошло это следующим образом.
Когда-то население Атлантиса на одну треть состояло из людей. Так было до тех пор, пока между ними и натифтофами не возник спор по поводу преимущественного права на выдвижение своих кандидатов на пост губернатора, который в то время обладал практически безграничной властью над всем континентом. Клан натифтофов долгое время удерживал губернаторство в своих руках, передавая его по наследству от отца к сыну, что в результате привело к недовольству среди людей. Они назвали такой метод передачи власти кумовством и потребовали свободных, демократических выборов. Закончилось дело серьезными стычками, сначала словесными, а затем и рукопашными.
«Уложение о порядке наследования». Во время одной из таких массовых потасовок, завершившей дискуссию между натифтофскими и человеческими политиками в верховной ратуше, одного из натифтофов случайно вытолкнули в окно, в результате чего он сломал одно ухо (у натифтофов, кстати, весьма сложное строение костного каркаса ушей).
Используя тонкую дипломатию, натифтофы быстренько заключили альянс со всеми остальными нечеловеческими или получеловеческими формами и преимущественным большинством протащили в местных органах власти закон о так называемом локальном запрете на проживание в Атлантисе людей. Люди, обидевшись, эмигрировали на другие континенты и — просто из вредности — основали там великие города, такие как Рим, Константинополь и Лондон, где они, в свою очередь, установили локальный запрет на проживание любых нечеловеческих или получеловеческих форм жизни, особенно натифтофов.
Участь людей. Так возникло строгое политическое деление на людей, нелюдей и полулюдей, сохранившееся по сей день. Именно по этой причине гномы, демоны, тролли и ведьмы в местах, населенных людьми, вынуждены вести теневое существование. Та же участь постигла и немногих людей, вопреки запрету оставшихся все же в Замонии. Им пришлось покинуть Атлантис и уйти от него как можно дальше, например в пустыню, как тем, которых я встретил в торнадо.
Натифтофы. Теперь Атлантис по большей части был населен натифтофами, существами не слишком приятными, выходцами из холодной Норвегии или, может быть, даже из Исландии. Говорят, чтобы добраться до Атлантиса, они тайно цеплялись за корабли викингов и плыли так многие тысячи миль, — факт, свидетельствующий, по крайней мере, о нечеловеческом упорстве этих существ.
Внешне натифтофы похожи на лосей с человеческим туловищем и длинными, торчащими в разные стороны, очень чувствительными ушами. Трудно сказать, что сделало натифтофов тонкими политиками, — возможно, именно чуткость их слуха. Натифтоф знает, что ветер переменится, задолго до того, как ветер сам решит сменить направление, — говорят жители Атлантиса.
Клуды, зайцеухие, фосегримы и другие обитатели Атлантиса. Еще в Атлантисе жили флоринтские клуды, большие, покрытые темным мехом крылатые существа, несимпатичные с виду, но вполне сносные в общении собакоподобные летучие мыши, а также черные гномики, граландские зайцеухие ведьмы, северозамонианские добряки, южнозамонианские киямантары, фосегримы, чьи предки населяли Гренландию, огненные человечки, выходцы из региона заливных лугов, и целые стаи вечно щебечущих и суетящихся гарпиров, уроженцев Саксонии.
Вообще большинство жителей Атлантиса прибыли сюда с других континентов. Были здесь, например, итальянские земляные куры, очень редкая помесь человека и птицы, с виду обыкновенные пернатые, но с глубоким, низким человеческим голосом, которым они имели обыкновение предвещать беду.
Под многочисленными мостами города жили гельголандские энербански — маленькие, пугливые, добродушные человечки, которые по ночам, даже если их никто не просил, потихоньку выносили из домов мусор. Также поблизости от воды устраивали свои жилища из металлолома разные дикие существа непонятного происхождения: полулюди, полумыши, полукозы, полунасекомые, державшиеся подчеркнуто особняком, против чего никто в городе не возражал.
Унки и зельцы. На улицах и площадях сидели португальские унки, поющие свои заунывные песни о несчастной любви и прочих напастях, а кошмарного вида зельцы (сверху — взъерошенные медведи с огромными, торчащими изо рта клыками, а от пояса книзу — настоящие люди, только очень худые, с иссиня-красной кожей и невероятно большим размером ноги, что-то около пятидесятого) клянчили у прохожих мелочь. А еще зельцы встречались везде, где требовалась грубая физическая сила.
Добраньские быки. Замонианские добраньские быки пользовались в городе большим уважением, их даже немного побаивались, поскольку они любили устраивать публичные разборки и обламывать друг другу рога. Их предки однажды явились в город из южной провинции и были похожи на обычных быков, с той лишь разницей, что ходили на двух ногах. Атлантис не знал лучших охранников и вышибал.
Самласамы. Самласамы промышляли тем, что лепили прямо на улицах пирожки, выпекали их тут же на открытом огне и продавали по такой смехотворной цене, что это блюдо вскоре стало основным продуктом питания всех горожан. Самласамы были маленькие, кругленькие, с головы до ног покрытые густой шерстью. Они являлись коренными жителями Замонии и, как гласила древняя легенда, когда-то вышли из смертоносных топей торфяных болот близ Рясины.
Демоны-рикши. Транспортировкой пассажиров заведовали китайские демоны-рикши, чудовищно безобразные существа с еще более чудовищно развитыми мышцами ног. Они просто сажали клиента себе на плечи — не важно, какого он был веса! — и летели вперед со скоростью ветра.
Тростниковые человечки. Африканские тутусы были тростниковыми человечками, ростом не выше трехлетнего ребенка, но очень быстрые, сильные и на редкость скандальные. А вот индийские друиды, напротив, были очень мирные и неторопливые, хотя и не вполне безопасные, поскольку могли превратить в дерево или дверную ручку любого, кто недостаточно уважительно отзывался о их родине.
Дервиши. Довольно навязчивыми, но вполне безобидными были среднеиндийские дервиши, которые, естественно, всегда ходили втроем и без конца цитировали свои глуповатые памфлеты.
Полуденные привидения. Полуденные привидения прибыли с Ближнего Востока и предпочитали вершить всяческие безобразия в разгар белого дня. Правда, это мало кого впечатляло, ведь повстречать привидение днем совсем не страшно, не то что ночью, — при ярком свете эффект уже не тот. Но и полуденных привидений это ничуть не смущало, они упорно продолжали проказить, даже когда вы, не обращая внимания на них, хладнокровно поглощали обед.
Драконники. Самыми милыми из всех обитателей города были, пожалуй, дракончики, крошечные мини-драконы из семейства кобольдов, добродушные домовые, ласковые и привязчивые. Их родство с настоящими огнедышащими драконами можно было заподозрить разве что темной ночью. Как дельфина нельзя назвать рыбой, так и у дракончиков нет ничего общего с большими драконами, это просто… ну, в общем, нечто совсем другое. Считалось даже, что дракончики приносят счастье в дом, конечно, только если с ними хорошо обращаться, что в первую очередь предполагает обильную и вкусную еду. Правда, взаимоотношения с этими дарителями счастья в большинстве случаев были чистой воды лотереей: можно было всю свою жизнь кормить и баловать какого-нибудь дракончика — и в результате остаться ни с чем, а порой стоило только пригласить это существо на обед, и на следующий день глядь — у дверей стояло целое ведро золотых монет. Дракошки вообще были чудаковаты — могли, например, ненадолго превратиться в бездомного тощего пса, особенно часто это случалось по выходным.
