Вальтер Аваков – От лотка до молотка. Книга о торгах. История и практика проведения публичных торгов (страница 14)
С чаем связано много интересных деталей и подробностей, поэтому в рамках нашей серии готовится к публикации отдельная книга — «Чайные аукционы».
Справедливости ради стоит отметить, что в конце XVII в. чай был не самым главным или ходовым коммерческим товаром Ост-Индской компании, поэтому не всегда играл ведущую роль в торгах. Основными партиями лотов на Лондонском аукционе были другие товары, преимущественно различные специи и всевозможные ткани, которые Ост-Индская компания привозила с Востока. Но к началу XVIII в. чай стал настолько популярен в Англии, что Лондонский чайный аукцион обрел свое собственное лицо. Аукционным залом служила штаб-квартира Ост-Индской компании на улице Лиденхолл. Великолепное здание прекрасной архитектуры, украшенное изображениями кораблей, моряков, рыб и большого герба, вскоре стало всем известно как «Дом Ост-Индской компании».
Так же, как и ее более могучая сестра, действовала Английская Московская компания, основанная еще в 1551 г. самой Елизаветой I и просуществовавшая аж до 1917 г. — 366 лет! До конца XVII в. она имела сразу две государственные монополии на беспошлинную торговлю с Россией, полученные от английского короля и русского царя. Специалисты компании искали в России серебро и железо, строили фабрики и заводы, английские монеты ходили по Руси так же, как русские деньги. Русский царь даровал Московской компании весьма широкие привилегии и полномочия в России — например, ни один иностранный купец не мог воспользоваться российским транзитом из Европы в Азию и на Восток без разрешения Английской Московской компании. На самом деле, как мы теперь знаем из архивных документов, королевой Елизаветой I перед сотрудниками Московской компании была поставлена не коммерческая, а совсем иная тайная и главная задача — найти сухопутный маршрут прохода через Россию в Азию: в Индию — за пряностями и в Китай — за чаем.
Ну и про коммерцию никто не забывал! Само собой, купцы Московской компании дорого продавали свои и дешево покупали русские товары. Вывоз российских мехов (дающих прибыль в 1000 % и более), железа, воска, меда, пеньки многие века зависел от того, как англичане договорятся с царским двором. Сначала царь и его бояре брали или покупали у англичан, что хотели, а уже потом компания проводила торги на оставшиеся товары по принципу «кто больше даст и кто скорее заплатит». Англичане предпочитали не заниматься двусторонней меновой торговлей товара на товар (бартер), а продавали свои товары с торгов методом повышения цены (царь же купил!). А вот торги на покупку российских товаров англичане старались вести только на понижение цены или путем обмена, ну или только на самые коммерчески выгодные для них товары. Англичане прекрасно ориентировались в международной конъюнктуре и знали, что на товары, вывозимые ими из России, в Европе был большой спрос. Это, в свою очередь, позволяло им организовывать продажу российских товаров с самой большой прибылью и также только через торги в Лондоне или городах Ганзейского торгового союза. Например, в 1669 г. купленную в Новгороде шкурку одного соболя англичане перепродавали на торгах, проводимых ими в Европе или Азии, за такие деньги, что, возвращаясь через 8 месяцев в Новгород, могли купить почти 100 таких же соболиных шкурок.
Ост-Индские компании Голландии, Англии, Франции, английская Московская компания и Ганзейский торговый союз — уникальные явления в истории международной коммерческой практики. Мы еще не раз будем возвращаться к их деятельности. Им будет посвящена отдельная книга нашей серии.
Остатки — сладки!
По завершении любой ярмарки купцы, если им надо было возвращаться с другими товарами домой, приступали к бартеру, т. е. прямому обмену остатков своего товара на интересующий их товар в соответствующей пропорции.
В библиотеке Чикагского университета нам удалось откопать уникальнейший документ — «Торговую книгу», которая была написана русскими купцами между 1575 и 1600 гг. В книге дается подробнейшее описание товаров и правил обмена каждого из их видов на другой товар с соблюдением необходимых пропорций и мер. О бартерных методах мы расскажем в главе «Меновая торговля и деньги» в одной из книг нашей серии.
Но для быстроты реализации товара, чтобы получить выручку в деньгах, а не в другом товаре (который еще надо было погрузить на корабль или включить в купеческий караван, отвезти без потерь домой и т. д.), все оставшиеся после ярмарки товары купцы всегда продавали через торги. Это был так называемый и всем известный «вечерний базар». Только в этом случае
Были даже специальные «покупщики остатков», которые только на этом и специализировались. Они всегда приезжали к концу ярмарки, поскольку товарные остатки по сниженным ценам и были их хлебом, т. е. заработком.
Особенно часто проводились торги по скоропортящимся товарам, которые к окончанию ярмарки были уже не очень высокого качества, и купцы старались продать их за треть или даже 10 % от цены. Более интересные и качественные товары можно было получить у приезжих купцов, которые к концу ярмарки закупили местные товары в обратную дорогу, не продав полностью привезенные с собой, и не хотели тратить деньги на сидение на постоялом дворе, тем более после окончания ярмарки. Впрочем, купцы старались завести связи на ярмарках и зачастую сбывали непроданные товары постоянным местным торговцам или комиссионерам.
Для получения прибыли и сокращения убытков купцы всегда что-нибудь придумывали. Исторические документы всех стран и эпох всегда говорят о купцах как о самых образованных, умных и «креативных» людях своего времени. О других методах быстрой продажи товаров, применяемых купцами, мы поговорим далее.
Торги как универсальная защита
Мы уже говорили, что торги — это публичное (в присутствии многих) принятие на себя обязательств еще до заключения сделки (подписания договора). Причем обязательства на себя брал как участник, так и организатор торгов.
Приведем простой пример. Все мы бывали за границей — кто в качестве туриста, кто по работе и т. д. И многие из нас сталкивались с ситуациями, когда не только представители местных властей (полиции, администрации города), а порой и врачи, кондукторы, продавцы, администрация отелей и т. д. пытались нас обмануть, пользуясь тем, что мы иностранцы, не знающие местных законов и обычаев. Вспомните, как это неприятно! И во многих ситуациях вы ничего не можете предпринять и нигде не можете найти защиту, не говоря о уже о восстановлении справедливости!
А теперь представьте себе купца, который со своим товаром едет в другое государство. С трудом и многочисленными рисками он преодолел чужие территории, избежал нападения и разграбления, привез товар, скажем, на ярмарку и даже заключил какие-то сделки. Но тут выясняется, что контрагент его просто обманул, товар вывез, но не заплатил или заплатил только половину, а к назначенному сроку остаток суммы не привез, да еще и угрожает. Куда деваться такому купцу? Купец, конечно же, идет в купеческую гильдию с жалобой или прямо к местному феодалу. Вот только феодалы никогда не отличались особой щепетильностью в вопросах справедливости, да и местные купеческие гильдии могли встать на сторону обманщика, поскольку обмануть пришлого иностранца во многих странах считалось нормальным, а где-то — чуть ли не доблестью!
Еще обманутый купец мог отправиться к местному судье, но и тот вряд ли бы стал защищать иностранца. Это было связано с тем, что многие должности продавались и покупались. Кстати, многие из них — на торгах! Получив свою должность за деньги, ее счастливый обладатель, понятно, действовал в интересах своего «благодетеля», т. е. бургомистра города, губернатора провинции или самого феодала. Так что ни о какой беспристрастности судебного процесса в этой ситуации речи не шло! Вот знаменитый эпизод из пьесы Пьера-Огюстена де Бомарше «Безумный день, или Женитьба Фигаро», где судья Дон Гусман Бридуазон беседует с Марселиной:
Марселина. Это вы будете судить нас?
Бридуазон. Да. А для чего же я покупал эту должность?
Марселина (со вздохом). Как это дурно, что у нас продаются должности!
Бридуазон. Конечно, куда лучше, если б их раздавали бесплатно.
Злоупотребления местных властей были настолько частыми, повсеместными и бессовестными, что если бы купцы им не противостояли, то мировой торговли просто бы не случилось. Так что первые купцы были одновременно еще и воинами, поскольку восстановить справедливость или не дать себя в обиду во все времена можно было только силой оружия. Но вместе с тем все торговцы понимали, что, окажись они в стране обманутого купца, им так же не поздоровится, а подрывать взаимовыгодную торговлю или обрекать (в будущем) своих же «товарищей по цеху» на аналогичные ситуации — это дурная практика, которая ни к чему хорошему, кроме взаимных обид и неправомерных притеснений, не приведет.
Так что совсем не от хорошей жизни родился специальный купеческий, а потом и коммерческий суд — арбитраж, который изначально, по договоренности всех сторон, был вне юрисдикции местных (например, городских) властей или местного феодала.