Вальтер Аваков – Книга о торгах. История и практика проведения публичных торгов. Книга 2. Торги по кофе (страница 5)
Поскольку турки-османы были «сухопутным» народом, то в XV–XVII веках флотоводцами в Османской империи были в основном греки, болгары, сербы, константинопольские армяне, албанцы, итальянцы (генуэзцы), боснийцы и даже абхазы. Существовало строгое разграничение: материальные силы государства были в руках представителей христианских народов (как их потом обозвали европейцы – ренегатов), а духовная жизнь народа – в руках природных османов. Эта система была в полной силе до конца XVII в., т. е. в период процветания Османской империи.
В ремеслах, торговле и финансах Османской империи в XV–XVII веках ведущие места и центральную роль играли представители греческой, армянской и еврейской общин. К слову сказать, с евреями у турецких султанов сложились свои, особые отношения по принципу «win-win» (когда выигрывают все), о чем, как нам представляется, ни одна из сторон соглашения никогда не пожалела. И тут следует сказать пару слов о таком национально-историческом явлении, как «сефарды».
«Сефа́рдами» стали называть евреев, выходцев с Иберийского полуострова, потомки которых были изгнаны из Испании в конце 1492 г., а затем и из Португалии. Термин «сефарды» происходит от слова «сфарад», что на иврите означает «Испания». После падения Гранадского эмирата и окончательного ухода мусульман с Пиренейского полуострова ситуация резко изменилась. Католические правители Испании и Португалии стали подвергать страшным гонениям представителей всех других конфессий, прежде всего оставшихся мусульман и евреев, которые жили на этой территории уже более 800 лет, и их количество составляло около 100 тыс. человек. Правившие в то время «христианнейшие монархи» Изабелла Кастильская и ее муж Фердинанд II Арагонский издали в 31 марта 1492 г. печально известный «Альгамбрский декрет» (также известный как «Гранадский эдикт» или «Эдикт об изгнании»), что вынудило к бегству с Пиренеев десятки тысяч мусульман и евреев, которым пришлось искать убежище в других странах.
И если испанские мусульмане беспрепятственно и бесконфликтно переселялись в Марокко и страны северной Африки, то большинство стран отказывалось предоставлять убежище евреям. Из европейских стран евреев активно принимали только голландцы. Они это делали, во-первых, в пику испанцам (от колониального наследия которых они пытались избавиться) и во-вторых, Нидерланды тогда были заинтересованы в притоке свежих сил и свежих капиталов для развития своей страны, поэтому голландцы были абсолютно индифферентны в вопросе вероисповедания своих граждан, водрузив на свое знамя девиз: «Ваша религия – это Ваше дело, но Ваше богатство – это богатство Нидерландов!»
Но самый большой сюрприз в истории этого вопроса преподнес султан Османской империи Баязид II (1481–1512), который предложил сефардам свою помощь и убежище в Османской империи. Сефардские евреи были приглашены турками-османами для заселения балканских городов, захваченных после поражения Византии. Султаны Баязит II, Селим I и Сулейман I не только разрешили иммиграцию евреев из Испании и Португалии, но и старались всеми средствами привлекать их к себе. Евреи получили полную религиозную свободу, могли организовать свои общины, а некоторые даже заняли видные государственные должности.
Надо сказать, что в этом вопросе Баязид II не был первопроходцем. Еще Мехмед II Фатих, провозгласив Константинополь (в последствии – Стамбул) новой столицей своей империи, уже на третий день после взятия города выпустил воззвание ко всем жителям – вернуться в новую столицу, где было разрешено свободно селиться всем и евреям в том числе, как и в других городах, с правом строить синагоги, открывать школы и беспрепятственно заниматься торговлей. Султан пригласил в Стамбул евреев Мореи (средневековое название полуострова Пелопоннес – остаток Византийской империи) и принимал евреев на военную службу. Его министром финансов был еврей Якуб, его лейб-медиком был Моисей Гамон. Так что вместе с «пиренейскими новостями» Баязиду II пришло удачное решение пригласить сефардов к себе.
В Османскую империю хлынула большая волна сефардов и португезов, среди которых преобладали ремесленники, торговцы, финансисты, промышленники, врачи и представители свободных профессий, много сделавшие для развития империи. Центрами поселения сефардов стали: Стамбул, Салоники (Балканский полуостров) и Измир (Смирна) в Малой Азии. Обладая немалым богатством и деловыми связями в Европе, сефарды заняли все ключевые посты в управлении еврейской общины в Османской империи. Зажиточные османские сефарды были щедрыми меценатами, открывали новые школы, библиотеки и типографии. Они занимали государственные посты, служили придворными банкирами и занимались сбором налогов. Султану Баязиду II приписывается фраза, оброненная в беседе с европейцем послом: «Не оттого ли вы почитаете Фердинанда мудрым королем, что он приложил немало стараний, дабы разорить свою страну и обогатить нашу?»
В XVI веке приток евреев (преимущественно марранов из Испании и Португалии) в Османскую империю продолжился. Многие из этих семей были финансистами и привезли с собой большие состояния. Самой известной из еврейских банковских семей в Османской империи XVI в. был банкирский дом Маррано Мендеса, который переехал под защиту султана Сулеймана Великолепного и обосновался в Стамбуле в 1552 г. Когда Альваро Мендес прибыл в Стамбул, он привез с собой 85.000 золотых дукатов. Семья Мендесов вскоре заняла доминирующее положение в государственных финансах Османской империи и в торговле с Европой.
Крупную карьеру сделал Иосиф Наси – турецкий государственный и военный деятель, герцог Наксосский, правитель Тверии, банкир, дипломат, адмирал, казначей и финансист. Другой сефард Соломон бен-Натан Ашкенази в 1572 г. фактически заведовал всей внешней политикой Турции при Селиме II. Лейб-медиком Мурада II состоял еврей Исхак-паша, с которого и начался ряд влиятельных евреев-придворных врачей. Мурад II даже сформировал особый корпус немусульман – «гхарибах» (gharibah), куда был открыт доступ и евреям, которые были освобождены от уплаты поземельного налога (харадж).
Евреи, жившие в Малой Азии и Восточной Фракии, выступали в XVI веке в качестве главных организаторов международной коммерции и морских перевозок в Леванте, внутренней торговле и организации ярмарок в Малой Азии и на Балканах. Видное место среди еврейских ремесленников занимали ювелиры, стеклодувы (особенно в Эдирне) и оружейники, прежде всего специалисты по изготовлению огнестрельного оружия (так как до прибытия сефардов в Османской империи не умели отливать пушки и делать порох).
Сефардов в Османской империи называли «мусави» – последователи пророка Моисея, а всем немусульманам было разрешено свободное отправление культа и жизнь по собственным религиозным законам. При Мехмеде II существовали следующие немусульманские общины (миллеты): греко-православная, иудейская и армяно-григорианская. Основные группы населения в Османской империи обозначались, как «зимми» («покровительствуемые»), «люди Книги», «реайя» («пасомые», «стадо»), «кяфиры» («неверные», в основном христиане) и «яхуди» (евреи). Статус «зимми», под который подпадали христиане и евреи, по мусульманским законам, предусматривал известную терпимость турецких властей к «людям Книги» («ахль-уль-китаб»).
«Плавильный котел» многонациональности и мультикультурализма в Османской империи XV–XVII веков, которая переняла многие традиции и обычаи Византии, продолжал успешно работать и за какие-то 200 лет вывел Османскую империю в лидеры Востока, с чем были вынуждены считаться Европейские государства и Ватикан.
Евнухи – это была очень древняя практика. Уже 4000 лет назад правители Ассирии приказывали кастрировать высших чиновников, чтобы те не думали о захвате трона и основании собственной династии. Позже удалять мужчинам половые органы стали также в ритуальных целях. Ассирийцы считали, что богиня Ку-Баба дарит плодородие (позже культ переродился в почитание Матери богов Кибелы-Реи). Жрецы должны были взамен пожертвовать богине свои половые органы. После пунических войн с Ганнибалом этот восточный культ начали практиковать и в Риме. Там высоко ценили мужскую силу, поэтому запрещали гражданам республики и даже их рабам проходить кастрацию. Римскими жрецами Кибелы были исключительно иностранцы. Когда в IV веке столицей новой Западной римской империи стал Константинополь, то там тоже не чурались «азиатских» традиций – мощную фракцию при дворе составляли кастрированные чиновники. Евнух Нарсес прославился как полководец и дипломат, а в 532 г. он спас императора Юстиниана во время восстания «партий ипподрома».
К слову сказать, до появления евнухов в османской империи институт евнухов был весьма распространен в разных частях Света. Такие слуги в обязательном порядке были в гаремах и при дворах правителей Африки, Персии, Китая и других стран.