Валерия Воронина – Любовь Зла (страница 6)

Войдя через главный вход в первый корпус, я увидела Наську, стоящую у одной из колонн. У гардеробных зеркал прихорашивались студентки, а мальчишки из нашей кавээновской сборной тащили в концертный зал какую-то очередную декорацию, громко вопя: «Па-а-а-берегись! Культура прет!!» Дождавшись, когда «опасность» проплывет мимо меня, я поспешила к Насте. По-моему, строгий деловой костюм шел ей намного больше леопардового безобразия, но тут наши мнения не совпадали. Нелеопардовое подруга надевала исключительно по пятницам: чтобы наша «Я-щерица» имела меньше поводов для использования своего яда.

– Ох, я так боялась, что ты не придешь! – Наська взяла меня под руку и потащила к лестнице.

– Стой, нам же в 105-й! – я попыталась скорректировать направление ее движения.

– У, мать, меньше пить надо! – шутливо укорила меня подруга, покачав головой. – Сегодня вторая неделя. Лекция.

Не став спорить, я подчинилась и пошла, куда вели. Наверное, Наське виднее. Быстрым шагом пройдя по коридору, мы добрались до нужной двери и вошли в аудиторию. Там уже все хорошие места были заняты. Пришлось садиться на третий ярус. Хотя с таким же успехом можно было и на первый сесть: все равно, как ни крути, мы в авангарде. Не знаю, зачем было размещать двадцать человек в аудитории, рассчитанной на сотню, но тем не менее лекции Зинаида Петровна проводила только тут и на другие аудитории ни в какую ни соглашалась. Едва мы с Наськой заняли свои места, как с шестого яруса поднялась Ирка и пересела к нам.

– Привет, девчонки! – улыбнулась брюнетка. – Как после вчерашнего? Отоспались? Я еле встала, а голова до сих пор трещит!

Что-либо ответить мы не успели: раздался звонок, и в аудиторию вошла товарищ преподаватель. Болотно-зеленый костюм в сочетании с массивными очками в роговой оправе и пучком на затылке смотрелся на ней весьма гармонично. Окинув аудиторию холодным взглядом, Зинаида Петровна пискляво велела:

– А ну-ка живо спускайтесь на первые два яруса! Я не собираюсь из-за вас горло драть!

– Понятно, – вздохнула Наська, поднимаясь с места, – пятница чернее не придумаешь.

Да, если «Я-щерицу» не устраивала рассадка группы, значит, настроение у нее было хуже некуда. Группе это грозило как минимум «неожиданной» контрольной работой в конце занятия, а то и могло перерасти в проверку и критику конспектов. Но я вдруг поняла, что происходящее мне абсолютно безразлично. Ибо в голове кружили совершенно иные мысли, беспощадно уводя от реальности. Чисто машинально я слушала монотонное вещание о разработке многопоточных систем, но вместо конспекта лекции в моей тетради появлялись изображения кеглей, шаров и прочей подобной ерунды. Потому что мысленно я была там: во вчерашнем вечере. Больше ничего не существовало.

Кроме, чтоб ее, реальности! Которая нещадно вывела меня из задумчивости грозным голосом Зинаиды Петровны:

– Аку́лина! Я рассказываю что-то смешное?!

Спохватившись, я поскорее убрала с лица улыбку и, перелистнув разворот, написала на чистом листе последнее запомненное словосочетание: «приоритет реального времени».

«Я-щерица» же подползла ко мне и заглянула в тетрадь. Правда, перелистывать не заставила. Ох, вот и думай, то ли радоваться, что я везучая, то ли расстраиваться, что бестолковая…

– И что же тебя тут так порадовало? – ядовито уточнила Зинаида Петровна, глядя на меня поверх очков.

– Тема понравилась, – невинно соврала я. – Интересная.

– Что ж, – усмехнулась товарищ преподаватель. – Считай, что билет на экзамен ты себе вытянула.

И, спустившись к трибуне, «Я-щерица» продолжила лекцию:

– Пишем дальше. Рассмотрим такие понятия, как потокобезопасность и маршалинг данных…

Усилием воли заставив себя сосредоточиться, я дописала злосчастную лекцию, не отвлекаясь на посторонние мысли до конца пары. Однако из всей темы про многопоточные системы я поняла только, что это что-то сложное и редко применяемое, ибо плюсы их использования стоят наравне со сложностью разработки. Не знаю, то ли пыталась донести до нас «Я-щерица», но до меня дошло только это. Когда прозвенел звонок, мы с Наськой вышли из аудитории, и я уговорила ее пойти в буфет: во-первых, жутко хотелось есть, а во-вторых, совершенно не хотелось идти на следующую пару. Ее, к счастью, можно было прогулять без последствий: Леонид Иванович, в отличие от «Я-щерицы», был просто ангелом. И закрывал глаза на пятничные прогулы некоторых из нас именно из-за «Разработки прикладных программных систем». Даже если мы в этот же день сталкивались в коридоре, он просто делал вид, что нас не видит. Отводил глаза в сторону и не отвечал на машинальные приветствия. Кроме того, если он видел, что группа к нему пришла совсем печальная, то включал нам какую-нибудь легкую киношку на оригинальном языке без субтитров и более не трогал. Зато на дом давал объемную работу. И нас всех это более чем устраивало. Но не сегодня. Поэтому мы с подругой зашли в буфет на шестом этаже. Тут редко бывали преподаватели, так что нежелательные встречи нам не грозили.

В буфете было немноголюдно. Из шести покрытых сиреневыми скатертями столов пять пустовали. За последним сидел ушастый хлюпик в черной толстовке и серебристых очках. Забыв про весь окружающий мир, студент что-то увлеченно печатал на ноуте. Похоже, в библиотеке ему не работалось. Купив только что испеченные пирожки с картошкой и чай, мы с Наськой заняли самый дальний от него столик, чтобы клацанье клавиатуры не мешало разговаривать. Ибо как-то не верилось, что мы будем есть в тишине и Наська не устроит допрос с пристрастием. Так оно и вышло.

– Ну, рассказывай! – радостно велела подруга, едва мы уселись.

– Что? – я сделала вид, что не понимаю. Может, подруга смилостивится и даст хотя бы кусочек съесть?

– Когда и как ты с ним познакомилась? Почему мне ничего не сказала? Как вы провели ночь? – перечислила та, загибая пальцы.

От последнего вопроса я аж подавилась опрометчиво откусанным пирожком. Но в этом была вся Наська: она искренне считала, что между подругами тайн быть не должно. И ей даже в голову не приходило, что есть вещи, которые принадлежат только двоим людям и никому больше. Но с этими вопросами мы давно нашли компромисс: она их дежурно задавала, я их дежурно игнорировала, и все были счастливы. Сейчас же, посмотрев в Наськины пылающие любопытством глаза, я отложила пирожок: все равно поесть спокойно не получится, пока не расскажу. Вот только что рассказывать-то? Правду? Все равно не поверит. Было видно, что в ее голове уже сложилась история, которая лишь ждала подтверждения. Ведь нам всем иногда хочется сказки. Потому что это та же желанная жизнь, просто в яркой мишуре и упаковке. И мы очень любим их слушать. Ведь если у кого-то сказка стала явью, то можно надеяться, что и нам повезет. Да даже если и не повезет, сказки-то все равно хочется. Но что делать, если ее нет? Тогда можно просто придумать. А уж верить в нее дальше или нет – дело хозяйское. Как бы там ни было, для себя я придумала желаемую лавстори давным-давно, поэтому проблем с рассказом подруге не возникло. Моя сказка звучала так:

– Мы познакомились в прошлую пятницу в пиццерии под часами. Да-да, именно в нашей пафосной траттории. Представь себе, я туда иногда хожу: там действительно очень вкусно готовят и хорошо обслуживают. Чувствуешь себя человеком. А после нашей «Я-щерицы» это очень важно.

В тот день у меня было плохое настроение, и после пар я решила прогуляться. Побродила по парку, послушала уличных музыкантов и зашла перекусить, потому что готовить ужин совершенно не хотелось. В ресторанчике оказалось весьма людно, все столики были заняты, но мне повезло: как раз когда я вошла, освободился ближайший ко входу. Да, место не ахти, но идти куда-то еще мне не хотелось. Сразу присев к столику, я дождалась, пока официант – весьма симпатичный брюнет в белоснежной рубашке и черных брюках – уберет грязную посуду и будет готов принять мой заказ. Денег мне, как всегда, хватало только на самую дешевую пиццу и стакан сока, но, к счастью, стоимость заказа на качество обслуживания не влияла. Черкнув пару строк в своем блокноте, официант мило улыбнулся мне и ушел на кухню.

В ожидании пиццы я перевела взгляд на улицу. Там гуляли парочки и мамочки с колясками, а в безоблачном небе уже начинали кружить стрижи. Весна должна была вот-вот смениться летом. Для меня это было так: пока стрижи кружат в небе, с ними кружится лето…

Вернув взгляд с небес на землю, я увидела быстро идущего к траттории мужчину в деловом костюме. Не знаю, чем он привлек мое внимание. Может быть, именно своим встревоженным видом, резко контрастирующим с окружающей ленивой действительностью. Войдя в зал, мужчина направился прямиком к моему столику. Не обращая на меня никакого внимания, он осмотрел подоконник, даже передвинув стоящие на нем горшки, и обратился к проходящему мимо официанту:

– Извините, не подскажете, я телефон, по-моему, утром тут оставил. Его не находили?

Дежурно улыбнувшись, официант ответил:

– Подождите пару минут, я разберусь со своим заказом и уточню у менеджера смены.

– Хорошо, – кивнул мужчина и, посмотрев на меня, спросил: – Можно пока присесть?

– Пожалуйста, – улыбнулась я.

Опустившись на стул, он устало провел рукой по лицу и сказал: