Валерия Веденеева – Вне клана (страница 24)
— Ох, ну и тоскливую тему для чтения ты выбрал, — Амана, остановившись рядом, сморщила нос, оглядывая выложенные книги.
— Тоскливую? Тебя так сильно мучили историей кланов в детстве? — я открыл «Хроники» на пятой главе, посвященной клану Дасан. — А мне вот интересно побольше узнать о тех, кто оказал нам гостеприимство.
Это было почти правдой — я действительно собирался изучить все, что возможно, о клане Дасан. Правда, только после клана Энхард.
Амана села напротив и наклонилась вперед, разглядывая меня.
— Кто ты, Рейн?
— В смысле? — я отодвинул книгу, усилием воли заставив себя смотреть магичке в лицо, а не на ее высокую грудь, плотно обтянутую тонкой тканью.
— Скрываешь свое имя, ничего не рассказываешь… Хотя бы скажи, как ты оказался в проклятом лесу?
Я пожал плечами.
— Это совсем неважно.
Амана мне нравилась, но это не значило, что я собирался все о себе выкладывать.
Она задумчиво постучала пальцами по столу.
— Позволь, тогда я расскажу то, что о тебе поняла?
— Конечно, — я развел руки в стороны приглашающим жестом.
Амана села ровно и даже сложила руки на коленях, будто на официальном приеме. Только взгляд больших сияющих глаз, хитрый и в то же время полный любопытства, выдавал ее настоящие чувства.
Лиса, вдруг подумалось мне. Волшебная лиса с несколькими пушистыми хвостами…
Я моргнул. Откуда эта мысль пришла ко мне? Почему? Это не было голосом памяти.
— Ты из клана, — заговорила Амана. — Скорее всего из Старшего, хотя, возможно, из первой десятки самых богатых Младших.
— Почему? — теперь была моя очередь смотреть на Аману с любопытством.
— Во-первых, твои манеры за столом. Ты соблюдаешь все правила этикета, но не как человек, научившийся им недавно и напряженно старающийся все делать правильно. Ты ведешь себя непринужденно, берешь столовые приборы, не задумываясь, и держишь их идеально. Такое бывает, когда ребенка учат манерам с раннего детства, так что они врастают в плоть и кровь.
— Хм… — сказал я глубокомысленно.
Что-то в ее словах было. Мне вспомнились остатки печенья на тарелке в доме мастера Стерии и промелькнувшие у меня сожаления о том, что доесть их будет грубым нарушением правил приличия. Казалось бы, какое дело беспамятному вояке должно быть до этих правил?
— Во-вторых, то, как ты повел себя здесь, в имении. Осматривался по сторонам без жадности и любопытства, абсолютно спокойно. Так, словно выставленная напоказ роскошь тебе привычна и давно не вызывает никаких чувств.
— А какие чувства она должна вызывать? — не удержался я от вопроса.
Амана вскинула брови.
— Да любые! Зависть. Восторг. Удивление. Гнев. Даже желание забрать что-нибудь себе. Раньше у нас бывало много гостей и каких реакций я только не видела.
— Значит, ты решила, что я из клана, только на основании этих двух моментов?
— Нет, — Амана качнула головой. — Были и другие. Например тот факт, что ты привык сам принимать решения и отдавать команды. Будь ты старше, это можно было бы отнести к жизненному опыту, но в твоем возрасте это может быть только результатом воспитания. Тебя готовили к власти.
— Хм… — повторил я еще более глубокомысленно.
— В мою теорию того, что ты можешь быть наследником одного из кланов, укладывается даже твоя способность читать на мертвых языках, — продолжила Амана. — Это может быть одной из внутренних способностей твоего клана.
— Внутренних?
— А, ну да, ты же ничего не знаешь, — Амана посмотрела на меня укоризненно, будто призывая перестать притворяться, но все же объяснила: — У всех кланов есть внешние способности, известные всем, и внутренние, хранимые в тайне, подобно оружию последнего шанса. Про внутренние способности некоторых Старших кланов ходят слухи, порой довольно страшные. Правда, о такой способности, как у тебя, я никогда не слышала.
Внутренние способности… Я вспомнил, как удивился тому факту, что императоры не уничтожили клан Энхард, несмотря на участие его представителей в заговорах.
Опасались, что энхардцы применят эти самые тайные способности, если поймут, что терять уже нечего?
И опасались не абстрактно, а потому, что знали, на что энхардцы способны?
Или же только думали, что знали?
— А тебе не приходила в голову мысль, что большинство Старших кланов сами распускают о себе эти страшные слухи? И никаких внутренних способностей у них на самом деле нет?
Амана моргнула. Потом неожиданно рассмеялась.
— Ты говоришь точно как мой брат! Уверена, если мы выберемся отсюда, вы с ним найдете общий язык! Но знаешь, однажды я своими глазами видела, как одна такая внутренняя способность стала внешней. Ты слышал о Неритском наводнении?
Я покачал головой.
— Это случилось пять лет назад, — сказала Амана. — Плотина на горном озере, над городом, прорвалась, и по реке пошла волна, высотой акков сто (50 метров), не меньше. Она бы смела и сам Нерит, и окрестности города, но Тадеш Кадаши ее остановил. Рассеял всю волну в водную пыль. Это было впечатляюще. Внешние способности Кадаши — изготовление артефактов. Никто не подозревал, что они еще и стихийники воды. Даже слухов таких не ходило.
Тадеш, насколько я успел запомнить из «Хроник», был самым старшим братом Виньяна и наследником клана. Виньян явно тоже владел семейными способностями — или же мог овладеть в будущем, после инициации.
Что ж, теперь я знал о своем враге чуть больше.
— Ну так как, может, все-таки что-нибудь о себе расскажешь? — Амана посмотрела на меня долгим вопросительным взглядом, но ничего не дождалась, вздохнула и встала на ноги.
Я проводил ее взглядом, дождался, пока звук шагов вдали не затих, потом вновь открыл «Хроники» на оглавлении, собираясь в этот раз прочитать историю клана Энхард внимательно, без перескоков. Но замер, когда мой взгляд случайно скользнул ниже названий глав и остановился на словах «Кровные враги».
Я открыл нужную страницу, где обнаружилась таблица со всеми Старшими кланами. Напротив некоторых кланов поле с подзаголовком «Враги» было пустым, напротив других — заполнено названиями кланов довольно плотно. Клан Энхард, конечно же, хвастался самым большим количеством кровным врагов — их было больше дюжины.
Я вчитался — и застыл, когда дошел до пятой строки.
Клан Дасан.
Клан Дасан относился к кровным врагам возможно-моего родного клана.
Несколько мгновений я смотрел, не отрываясь, на эти два слова, потом все же заставил себя читать дальше.
На последней строке в списке кровных врагов Энхарда стоял клан аль-Ифрит.
Глава 17
Десять дней — столько ушло на подготовку. Чуть больше, чем я предполагал, но мы и не торопились. Кастиан продолжал рассказывать страшные истории про ветси, ни разу не повторившись. Отговорить нас с Аманой это не помогло, но заставило перепроверить каждую деталь. Очень уж его истории были… неаппетитными.
Книги на мертвых языках я продолжал просматривать, но больше ничего, способного помочь нам выбраться из Гаргунгольма, не нашел. Хотя, честно сказать, большую часть времени я тратил не на старинные рукописи, а на изучение кланов.
Рассуждения Аманы о моем происхождении косвенно подтверждали тот факт, что я действительно был Кентоном Энхард. Оставались, конечно, несостыковки, множество мелочей, которым я пока не мог найти объяснения, но в целом картина складывалась.
Хотя, честно сказать, чем больше я узнавал про клан Энхард, тем меньше мне хотелось оказаться его пропавшим наследником.
Сестра, мечтавшая меня убить?
Предки, насобиравшие врагов, кровных и обычных, как бродячая собака — блох?
Не говоря уже о том, что среди этих врагов оказалась Амана с ее маленьким сыном. О последнем факте я старался думать как можно меньше, но получалось плохо...
Когда мы добрались до берега реки, до заката оставалось около двух часов. Кастиан шел последним и так часто оглядывался, что я все ждал: принц не выдержит и сбежит. Но дошли мы все же вчетвером. Лес казался пуст, по дороге нам не попалось ни единой живой — или неживой — души.
Я в очередной раз оглянулся на Кастиана, привычно отметил напряженное выражение его лица и то, как он сжимает рукоять меча, взятого из оружейной Дасан. Потом я взглянул на Аману и невольно залюбовался — она шагала легко, чуть пританцовывая, на лице играла легкая улыбка.
Огненная магичка настолько устала прятаться в границах имения, что даже участие в потенциально смертельном предприятии ее радовало. Зайн шел рядом и с любопытством глазел по сторонам. Похоже, понятие страха было ему в принципе незнакомо.
Остановились мы в трех шагах от края берега, обрывом нависавшего над рекой. Пока ничто не указывало, что там, под мутными волнами, скрываются сотни водных демонов.
Теперь, чтобы раньше времени не привлечь к себе внимание ветси, все следовало выполнять в молчании.
Амана раздала нам выплавленные из остатков сети гаргун металлические окатыши. Потом опустилась на колени, погрузила пальцы в почву и беззвучно зашевелила губами — нужные слова требовалось проговаривать хотя бы про себя.
Мы замерли в ожидании.