Валерия Веденеева – Люди и чудовища. Том 2 (Темный маг 4) (страница 21)
Венд знал, что теория магии была обязательной частью обучения всех нобилей — вернее, тех нобилей, которые, в отличие от него, наряду с благородной кровью обладали и материальными богатствами. Понимал, какая в этом заключалась польза — сами не владея магией, нобили прекрасно знали, чего ожидать от магов, какую опасности те представляют в соответствии со своим уровнем и цветом Дара, какую пользу могут принести, на что способны…
Но через четверть часа теории Венд бесшумно поднялся и вышел наружу.
Ядовитая буря ушла вместе с Волной и духами, оставшийся снег был просто замерзшей водой и уже начал подтаивать под осенним солнцем. Венд скатал снежок и запустил в сторону ворот. Скатал второй — и, держа его в руках, застыл…
В ворота въезжали трое. Кочевники. Взрослые вооруженные тууры, и выражение их лиц не предвещало ничего хорошего. Тому, который ехал первым, было на вид лет двадцать-двадцать пять, и его две короткие косы, по обычаю кочевников заплетенные на висках, были перевиты золотыми нитями. Насколько Венд помнил, у тууров такое украшение позволялось носить только детям вождей.
— Чужак, — довольным тоном сказал первый туур, обращаясь к своим спутниками, — в хранимом месте. Все так, как я подозревал.
Последние дни заниматься было особо нечем, и Венд пытался, с помощью Ресана, вспоминать язык тууров, который когда-то знал неплохо. На удивление это получалось. Слова, фразы, правильные интонации всплывали в памяти будто сами. Поэтому понять то, что говорил явившийся туур, оказалось несложно. А интонация говорившего в переводе не нуждалась вовсе — ясно было, что «чужаку» не поздоровится.
У всех троих кочевников были луки, и нашпиговать Венда стрелами было проще простого. Вместо того первый туур спрыгнул на землю и вытянул из ножен меч. Ростом туур был на полголовы ниже Венда, но значительно шире в плечах — а Венда еще никто не называл узкоплечим — и по тому, как он держал оружие и двигался стало понятно — противник достойный. Даже слишком — учитывая то, что Венд еще не до конца оправился после яда бури.
— Я не враг, — попытался остановить он туура. — Мы едем в ставку Великого Шамана…
Туур словно не услышал, хотя Венд был уверен, что говорил достаточно громко, четко, правильно выговаривая слова.
— Доставай свое оружие, чужак, — велел туур, — или я просто зарежу тебя, как барана.
Часть 2
Глава 7
Венд едва успел достать свой меч — с которым он расставался только во время сна, но даже тогда старался держать ножны под рукой — когда их клинки столкнулись. С трудом удержав удар, Венд невольно сделал шаг назад. Второй удар — второй шаг. Третий. Четвертый…
Дверь за его спиной, ведущая в главный зал башни, распахнулась, но Венд не обернулся — сейчас любое отвлечение могло стоить ему жизни.
— Вы не можете его убить, тойко! — закричал из-за спины Венда детский голос. — Я его пригласила! По закону гостеприимства!
— Ха! У такой козявки как ты нет права кого-то приглашать! — отозвался противник Венда, продолжая наносить удары.
— Запрета тоже нет! Прекратите! Прекратите немедленно!
За спиной раздался звук торопливых шагов и голос Ресана:
— Мы едем в ставку Великого Шамана! По поручению… — и, другим тоном, полным изумления, юноша добавил: — Огни, это ты? Как ты…
Нового удара не последовало. Вместо того туур бросил свой меч в ножны и, двигаясь со скоростью, немыслимой для человека его пропорций, проскользнул мимо Венда. Венд успел только обернуться и увидеть, как туур на бегу подхватил Ресана, стоявшего в дверях, и так крепко сжал в объятиях, что у юноши вырвался возмущенный вскрик.
— Пусти… медведь… — придушенным голосом потребовал Ресан, и, едва туур его выпустил, начал торопливо ощупывать свои ребра на предмет повреждений.
— Почему ты выглядишь так, Зиро? Почему ты здесь? В Степи сейчас небезопасно, — туур, только что предвкушавший смерть одного чужака, сейчас смотрел на другого чужака с любящим выражением, которое пристало бы старшему брату, а в голосе его звучала искренняя забота.
Ресан нервно облизал губы, бросил быстрый взгляд на Венда, который все еще держал свой меч в руке, потом посмотрел на двух других тууров, на лицах которых отражалось откровенное удивление.
Отчего-то больше всего Венда удивило не то, что Ресан и этот незнакомый негостеприимный туур знали друг друга, и знали явно хорошо, а то, как туур обратился к Ресану.
— Можешь объяснить, что все это значит? — поинтересовался Венд, поймав взгляд Ресана. Тот неопределенно и немного виновато пожал плечами, а потом сделал широкий жест с полупоклоном, словно знакомя двух нобилей на императорском приеме, и сказал непривычно официальным тоном:
— Огни-дако, позволь представить тебе моего хорошего друга, Венда ар-Сина. Венд, позволь представить тебе Огни-дако, старшего сына вождя племени дако-туур, моего побратима.
Венд моргнул.
— Венд, Туай, я бы желал переговорить с Огни наедине, — продолжил Ресан тем же официальным тоном, — прошу простить за неудобство, — и, не дожидаясь их согласия, за руку втянул туура в проем двери, ведущей в башню, и аккуратно закрыл дверь изнутри…
— … ну ты и накрутила! — Огни покачал головой. — Я, конечно, всегда знал, что твоему умению влипать в неприятности нет равных, но чтобы настолько!
— Все у меня нормально, — Росана насупилась.
— Нормально? Сбежать из дома, отправиться в Великую Степь, да еще на зиму глядя, в поисках оружия против Тонгила… Ладно хоть додумалась взять личину парня.
— Лучше объясни — почему вы здесь? Почему не откочевали к Красным Озерам? Эти места — не ваше место для зимовки.
— Значит, девчонка ничего вам не рассказала?
— Туай? Нет…
— На нее похоже. Та еще лиса. До сих пор не понимаю, о чем думала Кирайя, когда решила взять подкидыша в свою семью.
— Кирайя? Твоя старшая сестра Кирайя? Так ты, получается, теперь дядя Туай?
— Что-то вроде того, — Огни поморщился. — Это не ребенок, это наказание от Владыки за все грехи нашего рода, прошлые и будущие… М-да. Так вот, насчет зимовки… Красные Озера небезопасны с середины осени. Даже нет, не так. С середины осени приближаться к Красным Озерам ближе, чем на одну милю, означает верную смерть. Племена, откочевавшие туда первыми, исчезли без следа. Естественно, после этого ни о какой зимовки у Озер нет и речи.
— Но ведь духи хранят Великую Степь? И… Многоликий? Как он позволил такому случиться?
— Откуда мне знать? — Огни развел руками. — Наш шаман особо не рассказывает что там с духами и с Владыкой. Но я слышал, что на территории одного из соседних племен нашли черепа бесов.
— Прорыв из Нижних Миров? Здесь? Это невозможно.
— Черепа, Зиро, только черепа. Живых бесов никто не видел.
Росана потерла лицо руками:
— А что Великий Шаман?
— У него свои проблемы — с Черными Шаманами. За последние месяцы несколько племен были полностью уничтожены, и не только отдельно кочующие семьи, но и крупные становища.
Росана, сглотнув, медленно кивнула. В своем рассказе она пропустила как путешествие с Тибором, так и встречу с Черным Шаманом — больше для того, чтобы сократить рассказ, чем по какой-то иной причине.
— Великий Шаман хотя бы в своей Ставке? — спросила со вздохом.
— Сомневаюсь, — Огни покачал головой. — Вряд ли у него есть время восседать в белоснежном шатре на белоснежных шкурах ди-оги и пить травяные чаи с медом. Наш шаман недавно упомянул, что двое Черных были уничтожены Великим. Как думаешь, могли Черные сами явиться в Ставку, чтобы их развоплотили?
Туай нахмурилась, глядя на закрытую дверь, потом бросила быстрый взгляд в сторону тууров, приехавших с Огни, и наконец посмотрела на Венда.
— А ты ведь многого не знаешь о своем хорошем друге Ресане.
— Похоже на то, — согласился Венд.
Туай коротко кивнула и скрестила руки на своей узкой, пока еще совсем мальчишеской груди, готовая терпеливо ждать, пока побратимы не наговорятся и не выйдут. Венд мысленно покачал головой — он впервые встречал ребенка, в котором настолько не было ничего детского. Тот же Ресан, в его шестнадцать — или сколько ему там было — вел себя порой куда более порывисто и эмоционально.
Ждать пришлось не так уж долго. К счастью, потому как, хотя осеннее солнце и топило выпавший ночью снег, теплым день не был.
Туур, первый вышедший из башни, выглядел задумчивым, Ресан, отставший на шаг, — расстроенным.
— Корневое становище дако всего в полутора часах езды отсюда, — сказал Ресан, обращаясь к Венду, — до следующей Волны поживем там, потом я провожу тебя сюда, ну или, если Великий Шаман… — Ресан оборвал себя, усталым жестом провел рукой по лицу. — Ладно, потом обсудим.
— Ресан, ты ведь родился в Великой Степи? — спросил Венд.
Когда заняться нечем, лучше всего думать. Венд и думал. Анализировал. И сейчас, с появлением побратима-туура, хотя бы одна загадка могла получить ответ.
Венд был практически уверен в положительном ответе. И, действительно, юноша кивнул.
Много лет назад, когда они еще были друзьями, Мэа-таэль рассказал ему при каких условиях Великая Степь и ее хранители принимают человека.