Валерия Василевская – Я об этом подумала, сэр (страница 2)
– Прежде всего, – Эддингтон опустила ресницы в клонблот. Она ни на миг не забыла, что следует доложить, но знает, я не выдерживаю разговоров с открытыми взглядами. – Леди Заза вчера объявила: ей исполнилось тридцать шесть.
Тридцать шесть?! Это явная ложь! Вот почему папа бесится! Вот почему назвал мамочку бесполезной! Но закон на ее стороне, никто не заставит женщину переменить решение.
– Вам придется смириться и выполнить распоряжение отца.
Я застонал.
– Мы выберем наиболее безболезненный из всех вероятных способов. Если клоны отклонены, то искусственное оплодотворение в любой практикуемой форме расширяет список родителей и возможный список наследников. Это будущие суды с суррогатными матерями, врачами и лаборантами. Это грязные, публикуемые, порочащие истории…
Я вспотел:
– Неприемлемо! Дальше!
– Романтические свидания… – (Я затравленно зарычал). – Могут вызвать о вас, сэр Альберт, неблагоприятные толки. Нет гарантий, что вы пожелаете доверить свою судьбу первой, второй, третьей девушке…
– Чтобы черти их всех обрюхатили!
– И тогда вам придется долго и психозатратно искать наиболее подходящую. Что опасно…
– Очень опасно!
– Нет гарантий, что первый ребенок не унаследует легкое недомогание отца. Тогда сэр Герберт потребует новых и новых внуков. Об этом юристы напишут пунктами в Договоре. Далеко не каждая девушка согласится на риск рождения не совсем здоровых детей, даже если ей обещают…
О Господи! Я стиснул голову. Это еще отвратительнее, мучительнее, бесконечнее, чем я себе представлял!
– Куда ты клонишь? Где выход?
– Решение есть всегда. Искусство секретаря в том, чтоб его отыскать. Я предлагаю вам, сэр, матричную многоходовку.
И значительно замолчала.
– Не понял. Что предлагаешь?
Мисс бросила быстрый взгляд и стала мне объяснять…
Разумеется, я дал согласие. Коль папаша с группой экспертов одобряют план Эддингтон, мне противиться не по чину. Любая ошибка станет прорехой в кармане родителя, а я, так и быть, полежу. Приму прямое посильное участие в мероприятии.
Уже через восемь дней, когда мы сидели за ленчем (длина стола десять метров, что, в принципе, тоже приемлемо), на стене зажегся экран, и прилизанный папин нотариус пожелал мадмазель и месье приятного аппетита. Изволят ли господа прослушать уже утвержденное сэром Гербертом содержание Брачного договора?
– Изволим. – Я благосклонно принял с подноса робота третье второе блюдо. Секретарь достала клонблот и стилус для беглых заметок.
Что поделать, чтоб наше дитятко называлось законным наследником, мы обязаны заключить хотя бы временный брак. Пока книжный червь лепетал про условия и обязательства, я как будто «рассеянно слушал». Но до цента пересчитал, какие доходы с недвижимости на Земле, Луне и Сатурне перекочуют карман новоявленной леди Ротвейлер.
– Прошу молодых подойти и поставить свои отпечатки, в знак заключения союза, добровольного и полюбовного.
Неприятный момент. Но пришлось. Сначала я положил ладонь на экран монитора, а Эддингтон осторожно направила свои пальчики между моими пальцами. Затем задача сложнее – ее ладошка внизу. Вероятно, сопя от брезгливости, я неловко испачкал супругу (фу, какое противное слово!) сладко-кислым трюфельным соусом. Зато бюрократ похвалил: на листе появились отчетливые папиллярные загогулины. Мы чиркнули стилусом подписи, свидетели роботы чинно сканировали свои чипы.
Удивил дворецкий – достал из отверстия на груди шкатулку для драгоценностей. А в ней – шикарные кольца и, дань марсианской моде, два обручальных браслета из солнечного алозория. С гравировкой: «Душке Козетте от влюбленного А.С.Р.» и «Супругу Альберту Сарану от безумно влюбленной Козетты».
– Сэр Герберт велел передать, – поклонилась учтиво пластмасса, напичканная электроникой.
Ну папочка и пошляк! Заковыристо издевается!
– Когда?
– Четвертого августа, перед вашей встречей на крыше.
Он сам сделал мой выбор заранее! Не иначе, вступил в гнусной сговор с продуманной секретаршей! Горечь плетью хлестнула по черепу, я задергался, захрипел, но «влюбленная душка Козетта» стояла уже далеко. Любовалась левой рукой, украшенной атрибутами великого женского счастья, и впервые пятно ее щек расплывалось взволнованны, розовым.
– Черт с тобой! – Я хлопнул дверями и направился к малым компьютерам.
За неделю я продублировал вершину горы Агамург, усмирил мечом города, и, о трепетный миг сладострастия!, возложил сундуки самоцветов перед троном моей Королевы. Альбертина томным движением подняла кружевную вуаль и изволила одарить раба благосклонной улыбкой. Я был счастлив! Я растворился в безмятежном блаженстве сближения с легкокрылой, недосягаемой…
Жизнь испортила Эддингтон. Она мягко, одну за другой, отключила цепи компьютеров и еще полчаса выводила мое кисельное тело из состояния транса.
– Я вынуждена, сэр Альберт, напомнить вам о возложенных на нашу семью обязательствах.
Что за чушь? Ну да… Что-то с папочкой… Я попробовал вялой рукой зафиксировать чашку какао… Наклонился, отпил со стола.
– А… нельзя без меня?
– Невозможно. Нас ждут в Центре счастливой семьи «Маленький ангел».
– Пошлость какая…
– Позвольте не согласиться с вами, сэр. Наши дети – сошедшие ангелы.
– А я полагал – бесята.
Эддингтон… Пардон, леди Зу, так она назвала себя прессе, приказала роботам тщательно вымыть сэра и упаковать в элегантный черный костюм. Любимое мягкое кресло само повезло меня в недра золоченого лимузина. Я, призна́юсь, не инвалид, но пускай никто не рассчитывает, что сделаю лишний шаг в направлении их муторных целей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.