Валерия Сказочная – Измена. Я (не) буду верным (страница 8)
Хм… Необычно, конечно. Ну да ладно. Может, она сама недавно встала. Хоть и одетая уже, причём в закрытые джинсы и свитер.
На меня даже не смотрит. Неужели не почувствовала, что я уже здесь?
Делаю ещё пару шагов, но останавливаюсь, досадливо поморщившись. Так и не поправил шарф.
– Шея болит, – машинально озвучиваю, поведя ею.
Чуть ослабляю хватку шарфа. Было отстойной идеей спать в нём. Собирался с утра пораньше бритвой шею поранить и заменить шарф на пластыри в нужных местах. Но Софа меня определила, вот так неожиданно проснувшись.
– Так сними шарф, – не сразу отвечает она.
Мне кажется, или в её голосе язвительность? Не привычное уже в таких ситуациях участие, не попытка как-то облегчить мне участь. А насмешка…
Хмурюсь. Жена какой-то далёкой вдруг кажется, холодной. Ещё и продолжает листать что-то у себя в телефоне, не глядя на меня.
Неужели…
Сердце пропускает удар. Да ну нет, Софа не стала бы незаметно с меня шарф снимать, зачем? Я не давал повода для подозрений.
Ну кроме того, что как идиот, не снимаю шарф даже сейчас, признавшись в своём дискомфорте…
– Мне в нём хорошо, с ним как раз меньше болит, он греет, – пытаюсь снова сослаться на романтику и напомнить, что это её подарок, сделанный собственными руками.
Вдруг обращаю внимания, что моих подарков на Софе нет. Ни одной детали ювелирного комплекта, за который немало отгрохал.
Логично, конечно, что она не будет его дома носить… Но почему-то неожиданно, что вот так быстро сняла.
Долбанный раздрай. Когда это прекратится?
Софа не улыбается моим словам, как делала это ещё вчера. Молчит некоторое время, а потом медленно откладывает телефон в сторону, посмотрев мне в лицо странным взглядом:
– Ты теперь всегда будешь его носить? – усмехается. – Летом тоже?
Напрягаюсь всем телом. Блять… Что-то не так. Софа либо уже увидела следы Тани, либо догадывается о чём-то. Она хоть и романтичная, но не наивная. Наверное, я и вправду переборщил с сантиментами к шарфу.
– Нет, – подавляю в себе нелепые оправдания тому, почему так и не снял. Не стоит зарываться раньше времени. – Тебя бесит, что я в нём?
Вроде бы логичный вопрос, а по-дурацки замираю. Уже подбираю в уме версию появления следов стервы на шее и причину, по которой пытался это скрыть.
– Это смотрится нелепо, – веско заявляет Софа, сканируя меня чуть прищуренным взглядом.
Сглатываю и развязываю шарф. Ладно, версия пришла на ум. У жены уже испорчено настроение – чем дольше молчу, тем сильнее зарываю себя. Скажу, что в лифте ко мне пристала новая сотрудница, которая вообще ведёт себя по-блядски со всеми, что и папа Софы подтвердит, с ним тоже заигрывала. Вот и ко мне пристала, а я не ожидал, потому не сразу отреагировал. Скрыл по понятным причинам – слишком неправдоподобно всё вышло, не хотел, чтобы жена вообще об этом узнала.
Софа равнодушным взглядом скользит по мне, когда откладываю шарф. Не выглядит ни удивлённой, ни возмущённой. Даже заинтересованной не выглядит.
Точно видела?..
– Хорошо, снял, – озвучиваю на странном нервяке. – Пойду умоюсь и оденусь в домашнее. Сделаешь мне пока кофе?
Последнее спросил лишь бы убедиться, что всё по-прежнему. Софа просто не выспалась, наверное. С чего я вообще взял, что у неё какой-то не такой тон? Слова в целом логичные, а отсутствующий вид может быть по многим причинам. Может, с учениками какие-то проблемы.
– Сам сделаешь, – неожиданно слышу в ответ.
Так… Это уже не «показалось». Тут не только тон, но и слова очень даже красноречивые.
Что-то внутри обрывается. Провожу пальцами по уже голой шее – там, где Таня вчера следы свои оставила. Софа не обращает внимания на мой жест, но не тянется снова к телефону. На меня тоже не смотрит – мимо куда-то.
– Всё в порядке? – спрашиваю настолько тихо, что сам себя с трудом слышу.
И тут же морщусь непонятно откуда взявшейся робости. Такими темпами мямлить скоро начну.
Надо просто собраться…
Софа никогда не лазает по моим вещам. Это не в её природе. Да и на телефоне всё равно пароль, узнать который она не пыталась с вероятностью в сто процентов.
Шарф снять… Ночью или утром? Не знаю, не почувствовал, тот слишком плотно завязан… Был изначально?
Почему она так и не ответила?..
Повторить вопрос?
– Мне срочно нужны экстренные таблетки, – Софа всё-таки опережает моё намерение. – А ближайшая аптека ещё закрыта.
Её голос чуть дрожит от нетерпения, а я теряюсь, не зная, как на это реагировать. Вчера мне казалось, что жена приняла твёрдое решение и что вполне этого хочет.
Объективно да, повод ей нервничать всё-таки есть. Девчонке всего двадцать. Эмоции эмоциями, но теперь, когда она не в эйфории, могла обдумать и переосмыслить. От этого неожиданно рвёт что-то внутри, но глушу в себе непонятное саднящее чувство и пытаюсь мыслить трезво.
Софа просто напугана. Не готова к таким глобальным переменам.
Но чёрт возьми… Я не просто готов, а настроился уже. Уверен, что всё у нас будет замечательно. Её страхи понятны, но через них всё равно придётся пройти так или иначе. Не хочу отступать.
Собираюсь предложить ей обдумать, ну или вместе за таблетками сходить, но не успеваю. Звонит телефон. Сергей Александрович… Вот уж внезапно так внезапно. Ещё и рано. К тому же, в мой выходной.
Бросаю взгляд на жену – даже не реагирует на звонок. А ведь могла подумать, что это кто-то другой – если действительно ревнует или подозревает.
Отвечаю прямо при ней. На всякий случай.
Разговаривая с её отцом, машинально достаю из холодильника бутылку с тыквенным соком, пью чуть ли не залпом. Пофиг, что холодный. Это даже и не ощущается толком перед внезапными переменами. То Софа ведёт себя странно, то этот звонок…
Не думаю, что её отец вот так внезапно вспомнил, что его отъезд мои выходные затрагивает. И что-то раньше эта тема его особо не волновала, речь только об одном дне в качестве замены была. Сегодня я не так уж нужен в офисе, у нас вообще многие процессы сами собой идут, настроен уже механизм. Да и если уж на то пошло, я могу и из дома проконтролировать.
Вот только Сергей Александрович почему-то считает иначе и уверяет, что моё присутствие необходимо и что он просто не рассчитал этот момент. Просит выйти… Соглашаюсь, конечно. Хотя совсем уж не хочется, учитывая, что у меня тут Софа странная до напряга.
Допиваю сок и открываю нижний шкафчик, за которым мусорка стоит. Выбрасываю и уже собираюсь закрыть, как взгляд цепляется за что-то знакомое. И я, блять, уже знаю, за что именно. Поверить только не могу.
Автоматически сбрасываю отца Софы, толком не сознавая, распрощался с ним или нет. Тот вроде округлял разговор… Но похер. На всё похер, кроме того, что я на этот раз отчётливо вижу, что в мусорке. Мой вчерашний подарок. Ювелирный комплект, который выбирал чуть ли не с трепетом, представляя, как он будет на жене смотреться.
Леденею и, наверное, даже не шевелюсь. Застываю возле чёртовой мусорки. Это уже слишком.
Софа там ходит, что-то делает – и только это, наконец, выводит из оцепенения. Смотрю на неё, пристально, толком не дыша. Хочется взять её за плечи и встряхнуть хорошенько, спросить, что происходит. А ещё больше хочется просто рывком к себе дёрнуть и впиться в губы своими, не оставлять в покое, пока снова не будет отклика.
Но вместо этого я просто смотрю на неё безотрывно, не представляя, что делать. Софа там спокойно себе воду наливает, будто и не чувствует моего взгляда. Так рядом вроде бы и такая далёкая при этом. Не хочу её терять. Не могу.
Но, чёрт возьми, вижу же, что Софа не со мной сейчас. Закрытая напрочь. И в каждом её движении сквозит решимость взять вещи и захлопнуть за собой дверь. Я, блять, не понимаю, откуда у меня такое ощущение, но оно пробирает полностью. До паники, причём похлеще той, что была вчера. Смотрю ей в лицо, словно запоминая или будто даже видя в первый раз. Такая миловидная, хорошенькая, светлая девочка…
Отчаяние выливается в досаду. И даже в злость.
– Мне тоже выбросить твой подарок? – рычу неожиданно даже для себя.
Софа даже не вздрагивает.
– Если хочешь, – тихо говорит, абсолютно не удивляясь моему выпаду.
Вот только взгляд от меня прячет. А я уже чуть не задыхаюсь от всего этого разом. Не вывожу. Затапливает стрёмным чувством, что ещё чуть-чуть – и потеряю её навсегда.
– Какого чёрта ты выбросила мой? – наезжаю на неё, пытаюсь встряхнуть хотя бы словами. Нарываюсь. – Тебе ещё вчера нравилось. Только потому, что боишься забеременеть? Что за истерика, Соф? Ты никогда так себя не вела.
Сам не знаю, чего добиваюсь. Но хотя бы взгляда её получается. Жена смотрит исподлобья, вроде бы по-злому, но в то же время и уязвимо как-то. Чуть ли не ребёнком неожиданно кажется, потерянным и ранимым.
– А что, ты меня не любой любишь? – при этом огрызается ядовито. – Только удобной?
Вызов в её словах, причём такой, будто Софа уверена в своей правоте. Хотя она может обвинять меня в чём угодно, но только не в этом. Я всегда за компромиссы и о жене забочусь, как о её нуждах и чувствах. У нас точно нет такого, чтобы всё вертелось вокруг меня и в угоду мне.
Хмурюсь.
– Не знаю, каких феминистических бредней ты начиталась в интернете, про репродуктивное насилие или абьюзеров, но приди в себя, пожалуйста. Ты вчера была не против ребёнка. Передумала – ладно, я не заставляю. Шарахаться меня и выбрасывать мои подарки зачем?