Валерия Шаталова – Золотые нити. Огонь, земля и клочок шерсти (СИ) (страница 48)
– Давай ближе к делу, Келси.
Девушка замерла посередине комнаты и шумно втянула воздух.
– Я сварила зелье забвения Росса по триангулятивной формуле. Запрещенное зелье, понимаешь? Выкрала рецепт из кабинета отца. У него есть одна старая книга… Но мне нельзя об этом… Я только хотела вылить отвар на Бело, чтобы он забыл про меня и больше не доставал. Но он оказался ловчее и вывихнул мне руку, – она подняла забинтованную конечность. – А тут, к счастью, Эйдан подскочил и как дал Бело по морде. Тот меня выпустил, а я по инерции влетела в Элис с открытым пузырьком в руке. Я не хотела на неё выплескивать зелье. Всё случайно вышло! Ты мне веришь?
– Верю, – подтвердила я, всматриваясь в жалобные глаза девушки.
– Пожалуйста, не говори никому, – Келси теперь сидела рядом и сжимала мою руку.
– У тебя рецепт сохранился? Как ты зелье варила?
– А тебе зачем? – сразу напряглась длинновласка.
– Затем. Алисе надо мозги вправить на место, а для этого нужны исходные данные. Давай рецепт!
– Но ты расскажешь преподам?
– Только леди де Лейн.
– Кобре?!
– Уверяю тебя, леди де Лейн не будет распространяться и тебе ничего не грозит. Сейчас самое главное вернуть Алису.
Мы ещё немного поспорили, я призвала всё высшие силы и дар своего красноречия и таки выбила из этой дурьей длинноволосой башки состав зелья. Точнее она мне отдала потрепанную тетрадь со своими записями. Аллилуйя.
Глава 4
Рыжая не особо шла на контакт. Наше общение обросло дискомфортными паузами и недомолвками. Мне так много хотелось ей рассказать, а ей так много хотелось у меня спросить. Но было нельзя. Обе это знали. Стресс не способствуют подавлению эффекта от зелья забвения. А потому личные темы были под запретом. Пришлось свести беседу к общим сводкам, земным новостям, рассказам о леди Милане и Викторе Степановиче из «иностранных языков, переводов и ещё чего-то там».
Ближе к вечеру к нам в комнату заглянула Ками.
– У лекаря о’Касти кое-что получилось. Элис, возьми сменную одежду и идём в медблок.
– Я с вами, – тут же засуетилась я.
– Кристин, ты уже сделала всё что смогла и даже больше. Записи Келси очень пригодились. Но ещё нужно провести кое-какие тесты. Этим мы и займемся. А тебя ждут в лаборатории. Лорд Ливарелл-старший кое-что обнаружил по твоему вопросу.
– О! Да? Правда? – меня затопили надежда, любопытство и волнение.
– Иди уже! Через библиотеку.
Я вбежала в книжное царство и тут же была остановлена гневным окликом:
– Библиотека закрывается. Время работы в каникулы только до шести. На двери написано!
Старушка с гулькой на голове уперла руки в бока и волком смотрела на меня исподлобья. А я подумала, что ступила, надо было сразу через тайный вход пройти.
– Да полно Вам, леди Клинелла, – в дверях появился старый лорд Ливарелл. На нём была просторная светлая рубашка без лишнего пафоса, заправленная в темные брюки, высокие дорожные сапоги и перекинутая наискось через плечо квадратная сумка.
– Лорд Ольгорн, рада Вас видеть. Какими судьбами к нам? – поинтересовалась старушка и кокетливо поправила пучок своих волос, нацепив на лицо лучезарную улыбку.
– Да вот, внуков пришёл повидать. Эти охламоны совсем старика не навещают.
– Какой же вы старик, лорд Ольгорн?! Не наговаривайте на себя! Вы полны сил, это видно.
Я поздоровалась, извинилась, сдала назад, оставив этих двоих обмениваться любезностями, а сама сделала круг и зашла в библиотеку через тайную ореховую панель.
Лорд Ольгорн нагнал меня у спуска в тёмный коридор лабораторных помещений.
– Что Вы узнали? Это правда насчёт классификации по цвету и пары? Что…
– Не тараторь. Вот нетерпеливая. Мы с Арсом сделали интересное открытие. Расскажу внизу.
Мы спустились по узкой лестнице и тут же услышали мужские голоса. Братья были в лаборатории и явно там не чаи попивали.
– Я сказал – моя! – из-за закрытой двери донёсся раздраженный выкрик Рэя.
– Кристина – не книга, не табуретка и не лабораторная пробирка! Она – не вещь! Она не принадлежит тебе и может сама выбирать. Список тому подтверждение.
– Подотрись своим списком, Арсгорн! Я, по-твоему, не достаточно хорош для милой, светлой девочки? Или всё дело в том, что ты и сам не прочь забрать её себе, а?! Отвечай! Решил и в этот раз устроить гонку? У вас что-то было там, на Земле? Что, брат, уже успел отметиться?
Я ворвалась в лабораторию, сшибла стул, стоящий на пути и с грохотом свалилась на пол.
– Рэй, нет! Поверь, между нами ничего нет, мы с Арсом лишь друзья!
Воздух искрил от напряжения. У меня сдавали нервы, братья испепеляли друг друга взглядами. Сзади меня обхватили руки – дед Ольгорн помог подняться.
– Поцелуй, – холодно произнёс Арс.
– Что ты сказал, Ар-рс?! – в голосе Рэя слышались рычащие звуки. – Повтор-ри!
Я вцепилась в руку деда Олега, словно ища помощи, словно он мог отмотать всё назад, и устроить так, чтобы последнее слово Арса не успело сорваться с губ.
– У тебя плохо со слухом, с каких пор? Теряешь подарки оборотня?
– Что. ты. сделал? – Рэй злобно ронял каждое слово, ноздри гневно раздувались, зрачок начал вытягиваться.
– А что, по-твоему, делают с красивыми девушками, а? – продолжал поддевать Арс. – Ах да, забыл, у тебя же с этим ма-а-аленькая проблемка…
Тут же раздался глухой звук удара, сошедшихся в драке тел. Бряканье, грохот и животное рычание эхом билось о стены лаборатории. В считаные минуты лаборатория превратилась в руины из разломленного стола и раскиданных стульев, осколков разбитых склянок… Лорды наносили друг другу нещадные удары, круша всё, что попадалось на пути.
– Перестаньте! – попыталась призвать я братьев к благоразумию.
– Оставь, Кристина, – теперь мою руку держал дед, а не я его. – Им давно надо было это сделать. Ещё много лет назад.
– Что сделать? Поубивать друг друга?! – попыталась я вырваться из захвата, но старое тело лорда было дряхлым только на вид. Держал он меня крепко.
– Успокойся. До этого не дойдёт.
– Да как…
Окончание моей фразы потонуло в новом грохоте – упал стеллаж с книгами.
– Хватит! Прекратите!
Но кто бы меня послушал. Арс перекинул Рэя через себя, ловко увернувшись от нападения. Круто развернулся и дал брату левой под дых. И добавил правой сбоку, по рёбрам. Рэй пошатнулся, согнулся, но не упал и тут же распрямился пружиной и ответил кулаком в челюсть. Арс смахнул с лица кровавые капли на ворсистый ковер. Они снова сцепились и повалили последний оставшийся на ногах стол.
– Ольгорн, сделайте что-нибудь! – взмолилась я и судорожно дёргала старого лорда за рукав рубашки.
– Нет. Пусть выпустят пар.
А я переживала. За них обоих переживала. Очевидно, что победа была не на стороне Рэя. Арс – боевой маг, почти всегда был на миллисекунду быстрее, на миллисекунду ловчее и профессионально перестраивался из одной боевой стойки в другую.
Преимуществом Рэя был только рост и более длинные руки, но всё чаще он ставил ими блок, а не наносил удары. Ни один из лордов не использовал магию. Они дрались по-мужски, по-простому. Оба жаждали крови, а не пепла.
– Я всегда побеждаю, забыл? – Арс злобно выплюнул слова вместе с кровавыми сгустками.
И снова рычание разнеслось по лаборатории. Настоящее, звериное. Что-то произошло, изменилось. Что-то нехорошее. Я почувствовала, как рядом напрягся лорд Ольгорн. Он тоже ощутил это.
Двое на ковре слились в какой-то нервный ком. Скорости возросли, движения стали сильнее, быстрее. То один сверху, то другой, то встали, то упали… Это была уже не игра, а борьба до конца. Совсем до конца. В этой агрессивной суматохе из двух человеческих тел я разглядела почти черные глаза с вертикальным зрачком.
– Рэй! Не надо! Арс! Перестаньте!
Лорд Ольгорн тоже воззвал к братьям. Но наши оклики неуслышанными повисли в воздухе. Тогда старый лорд начал творить заклинание, выкрикивая непонятные грубые слова. На его призыв откликнулись травы. Развешанные по лаборатории сухие пучки сорвались со стен и зависли в воздухе вокруг дерущихся. Братья снова стояли на ногах и махали кулаками, локтями, ногами и как только между ними образовался достаточный просвет, Ольгорн направил туда послушные пучки. Травы выстроились сухой стеной, разделив братьев.
– Прекратили оба! – проорал дед, – Вы перешли черту.
Рэй глухо рычал, сжимал и разжимал кулаки, рукав его рубашки был разодран и в дыре виднелись струйки крови, скапливающиеся у манжеты и густо пропитывающие ткань.