Валерия Шаталова – Золотые нити. Огонь, земля и клочок шерсти (СИ) (страница 42)

Арс слегка улыбнулся нежному воспоминанию и продолжил:

– Рэй всегда был чересчур умным и потому стал единственным из Ливареллов, кому удалось поступить в первую академию стихий. Вся остальная наша семья испокон веков получала дипломы во второй академии. Может, будь Рэй немного глупее, всё сложилось бы иначе. Но он уехал. А я остался. И Жардина осталась.

– Жардина?! – я аж дышать перестала. То естькак Жардина?! Та самая?!

– Ей было семнадцать, мне —двадцать один. Как-то незаметно всё закрутилось. Она снова стала приходить в наш дом, только теперь в мою комнату, и не для того, чтобы корпеть над учебниками. А на каникулах вернулся Рэй. Тогда мы впервые серьёзно подрались. Нет, и раньше между нами возникали стычки, но чтобы так по-взрослому – никогда до того дня. Наверное, разнесли бы наш подлвал, если бы дед не разнял. Ты знаешь, Кристина из Орска, я тогда почти победил. Я всегда побеждал Рэя в наших потасовках. И эта не стала бы исключением. Брат блистал умом, я – силой.

– С тех пор вы перестали нормально общаться?

Я с удивлением отметила, как дрогнул мой голос, а к головной боли добавилось ещё и неприятное злое чувство пополам с неясной обидой. Будь здесь Алиса, наверное, она бы сказала, что это ревность. Рэй и Жардина. Подумать только! Но рыжей рядом не было, я продолжала злиться, а лорд-таки ответил на вопрос:

– Нет. Было сложно первое время. Но Жардина никогда никаких обещаний брату не давала и всегда относилась к нему только как к другу.

– Но Рэй-то к ней – нет, – я скрипнула зубами, но постаралась взять себя в руки. – У нас это называется фрэндзона.

– Да плевать, как называется. Жардина даже не знала, что он был в неё влюблен. Рэю пришлось принять это. Так уж вышло. Постепенно всё устаканилось. Мы были счастливы с Жардиной. Брат учился в другой Академии. На следующие каникулы он вернулся уже не один, а с девушкой. И мы окончательно расслабились. Вот только время шло, а у Рэя быстро разладилось с… с… той девушкой.

– С Ками.

Арс смерил меня внимательным взглядом и хмыкнул.

– Это она тебе рассказала? Что, её ты тоже шантажировала?

Я лишь неопределенно пожала плечами и сделала глоток остывшего чая.

– Ну да не в этом суть. – Махнул рукой лорд Ливарелл. – Мы с Жардиной быстро переросли конфетно-букетный период и начали сильно ссориться. Зато мирились мы ещё сильнее, и в этом была особая изюминка наших отношений.

Арс ненадолго замолк. Лицо его стало сосредоточенным и хмурым.

– В одну из таких ссор рядом с Жардиной оказался Рэй, – голос лорда прозвучал сухо, а глаза сверкнули холодом ненависти, – Она пришла к нему как к другу, выговориться… Это стало фатальной ошибкой. Я не знаю и знать не хочу, что там было и как, но брат её утешил. Сама понимаешь как, не маленькая.

Арс поднялся с дивана, стукнул чашкой о столик, расплескал так и не выпитый чай встал у окна и задумчиво вгляделся в темноту ночи.

– Ками хотела быть с Рэем, Рэй с Жардиной, Жардина со мной, а я не смог им этого простить. Ни ему, ни ей. Вот так мы с Ками стали друзьями… кхм… Сначала по несчастью, а потом просто хорошими друзьями. – Арс резким движением задернул тёмно-синюю штору. – Ну что, я удовлетворил твое любопытство, Кристина из Орска?

– Извините, я не думала, что все так… – не знала, что нужно говорить в таких случаях. Выказать жалость? Но лорд не из тех, кто любит, чтобы его жалели. Я ограничилась легким кивком.

– Хмм. Быстро же ты сдалась. А ведь это ещё не конец истории.

– Да? А что было дальше?

– Расскажу, если ты мне потом тоже честно ответишь на один вопрос.

– Шантаж – не лордское дело! – воззвала я к его совести.

Но попытка провалилась:

– А на Земле я и не лорд, я просто… Сеня. К тому же есть с кого пример брать. – Арс красноречиво повёл светлой бровью, глядя на меня. – Так что, Кристина, принимаешь сделку?

Любопытство взяло вверх, и я с опаской кивнула:

– Ну допустим. Хорошо. Я согласна.

Арс подошёл и накрыл своей ладонью мою руку, сжимавшую чашку. Я вздрогнула от странного прикосновения. Это, конечно, от него не укрылось.

– Что вы… – Мой голос звучал хриплым шёпотом. Я запнулась, откашлялась, прочищая горло.

А лорд взял со стола чайник и стал наполнять мою почти опустевшую чашку.

Чёрт! Чувство неловкости усилилось.

Арс медлил. Тонкая струйка чая неторопливо журчала. Тёплой ладонью лорд уверенно обхватывал мою кисть, тем самым придерживая чашку. Он тянул с ответом. Или давал мне время передумать. И, судя по странной интимности момента, во мне действительно крепло желание отказаться от сделки.

Я облизнула пересохшие губы, собираясь высказать возражения. Но не успела. Чашка наконец заполнилась, а лорд заговорил.

– Спустя какое-то время к нам в имение приехала леди Адриана де Фонтин. – Арс отставил чайник на стол и сел на другой конец дивана. – Как выяснилось, своим поступком Рэй не только разрушил наше счастье, но и уронил честь всего рода Ливареллов. Жардина была беременна. До замужества это само по себе пятно на репутации, а в сложившейся ситуации ещё и непонятным было отцовство.

– Но Самира – ваша копия! Не лорда Рэйсгорна, а именно ваша!

– Да, сейчас это очевидно. А тогда, в животе… Адриана де Фонтин – леди гордая, отказалась от материальной поддержки нашего дома. Также отказалась выдавать дочь за Рэя, хоть он был бы и рад принять Жардину. Но она сама к нему не пошла, потому что не любила. К тому же дед ведь выгнал Рэя из семьи, забрал титул и имя. Последнее, правда, только на словах, сказанных в гневе.

Так вот откуда все эти заморочки: «Не называй меня лордом Ливареллом. Я – Рэй. Просто Рэй». Теперь ясно. Арс тем временем откинулся на спинку дивана и продолжил:

– За меня замуж Жардина тоже не пошла, понимала, что даже если я и женюсь на ней из благородства, никогда мы не будем относиться друг к другу как прежде. Между нами появилась пропасть. Я винил её, она винила себя. Да и если бы впоследствии оказалось, что ребёнок от Рэя… Брак стал бы для нас мукой, мазохизмом. Жардина укрылась в своём золотом замке под защитой у матери. На этом наши пути разошлись и с ней, и с братом.

– Понятно, – неловко протянула я.

– Чего тебе понятно? Через два года судьба снова столкнула нас лбами на поле боя во время вторжения оборотней. Знаешь, что такое прорыв? Окна из Стреланда? Они открывались повсюду в радиусе ста километров. Эти твари по терминалам не ходят. Они просто вывалились в наш мир через дыры в межмирном пространстве.

– Как мы на Землю? – вспомнила я своё приземление лицом в сугроб.

– Примерно так. Маги вышестоящих миров ходят в нижние как попало, а вот низшие к высшим могут попасть только через терминал. Отсюда понятно, что Стреланд стоит выше нас по уровню магии, а твоя Земля – ниже. В общем, Ампелос к такому вторжению готов не был, и мобилизовал всех, включая недипломированных пятикурсников, а значит и Жардину, и Рэя. У нашей стороны не было ни стратегии, ни толкового плана, одна лишь цель – убить оборотней, не отдавать им магов. Мы отбивали атаку за атакой, но несли потери несмотря на то, что соседние государства постепенно приходили на поддержку, врывались в бой. С трудом в этом хаосе я нашёл группу Жардины. Затем появился и Рэй. На время сражения мы оставили наши разногласия, но это не помогло справиться с тварями. Схватка была яростной, не успели мы завалить одного оборотня, как из пространственного окна на нас вывалился следующий, а за ним и третий. Они в два счета проломили нашу огненную стену. Мы объединяли файерболы с виндболами, увеличили радиус поражения. Заклятия, алхимические составы, зелья, щиты, шары – всё смешалось. Непонятно было где право, где лево. Крики, визги, рычанье, взрывы и вонь паленой шерсти.

Арсгорн сморщился, словно и сейчас ощущал этот запах. Кажется, даже я его почувствовала, невольно воскресив в памяти пещерную вонь и свои недавние глюки.

– В конце концов, я оказался парализован ядом когтей и мог лишь наблюдать, как наших рвали на части, как вгрызались острые зубы в плоть лорда Зейна – сына профессора Гарвиша, как вываливались кишки из распоротого живота леди Цулины… Как упала хрупкая фигурка Жардины, она смотрела на меня полными ужаса глазами и не двигалась, на неё опустилась когтистая лапа и поволокла прочь из зоны моей видимости. Обдирая лицо о камни, понял, что пришла и моя очередь отправляться на Стреланд. Последней мыслью было – и умерли они в один день. А потом была возня, хрипы, рычанье, мерзкая горелая вонь сменилась ещё более мерзкой, аммиачно-кислотной. Меня вмяло в землю чем-то тяжёлым, как выяснилось позже – Рэем. Брат отстоял брата. Вот так всё было, Кристина из Орска. Если бы не Рэй – я бы сейчас не рассказывал тебе всё это.

Я была поражена. Сердце щемило от тяжёлой истории. И в то же время меня наполняла гордость за моего Рэя. Такие противоречивые чувства и эмоции! Неясным оставался один момент.

– Но вы же всё равно в ссоре, лорд Ливарелл. Так и не простили?

– Простил. Да и мы не в ссоре уже. Скорее это называется взаимная непереносимость. Если внезапно что-то случится, мы друг за друга будем насмерть стоять – это я знаю. Но в обычное время – общаться как в детстве мы уже не можем.

Лорд оставил тему брата и полностью переключился на воспоминания о хрупкой девушке со звонким смехом… Душу рвало на части, потому что я искренне пыталась изгнать из сердца ненависть, ревность и пожалеть ту хорошую Жардину, девушку, которая просто один раз ошиблась и которая погибла в тот день на войне. Но не то, чем она стала на самом деле.