Валерия Север – Чудовище 3 (страница 29)

Будет моей женой… Будет, я все сделаю, для того, что бы она была моей. Только моей.

Слезы скатываются быстро. Ее ладонь не собирается сжимать мою. Она не хочет меня касаться…

— Прости… — Прошептал совсем тихо, снов проводя по ее коже пальцами. Трогать ее высшее наслаждение. Так чиста, так прекрасна…

Я всегда хочу касаться ее.

— ненавижу. — Проговорила тихо сквозь боль. Прислонился к ее голове своей. Умираю от сумасшествия внутри себя.

Я люблю ее безумно! Моя малышка…

— Папа леле. — Сказала дочка неся мне звонящий телефон. Я сбросил вызов. Поставил телефон в режим самолета и отдал Кире обратно.

Пошли все нахуй, не до них сейчас.

Все и все подождут.

Папа… дочка меня папой называет. Я отец. Это так сильно согревает душу. Мечтать и не могу, что будет семья и ребенок…

Дочка.

Моя малышка, медленно вдыхает и выдыхает. Вижу, как вспотела ее кожа. На ней появились капельки пота.

Вижу как ей тяжело.

Но это, что бы она жила…

Ее жизнь куда важнее, чем весь этот сраный мир.

Это моя вина… моя вина, что она в таком состоянии…

— Поток один открылся. Ее магия сильная, думаю еще три — четыре сеанса и она начнет восстанавливаться. — Я облегчено выдохнул. С малышкой все будет хорошо.

Хочу ее обнять… Моя девочка…

Я так тосковал…

Коснулся ее снова.

— Не трогай. — Проговорила хрипло.

— Я скучал. — Мне плевать, что мы здесь не одни. Я готов на весь мир заявить или молчать, как она захочет. Я люблю ее, я люблю моих девочек.

Все эти четыре года, сходил по ней с ума… Пытался жить дальше, но она слишком глубоко сидит во мне. Слишком сильно въелись ее слезы и боль… Как я с ней поступил..

Я не должен был это делать…

Склонил к ней голову снова. Сильнее сжал ее руку.

Если бы ты малышка знала, как, черт возьми, мне тяжело…

Я хочу ее.

Хочу мою малышку обратно!

20

Боль была не выносима, но из за Киры пришлось терпеть.

Ростислав…

Его прикосновения…

Я больше плакала от того, что он рядом. Его прикосновения, сводили с ума… Хотелось прижаться к нему. Хотелось расплакаться, поделится всей болью, что внутри.

Хотелось чувствовать… Снова ощутить давно забытые его прикосновения, которые дарили покой и нежность. Чувство защищенности.

Он когда то был моим… Моим мужем.

Сидела не долго. Каких-то двадцать минут и мы покинули больницу.

— Хочешь, куда-нибудь сходим? — Спросил Слава невинно, с надеждой. Нахмурила брови и взглянула на дочь, что сладко зевает. Устала малышка быстро…

Сходить куда-нибудь? Не хочу.

Хочу домой и придти в себя от него. Переварить все, что за это утро случилось.

— Кира спать хочет. — Ответила с безразличием и взяла на руки дочь.

— Хорошо. — Коснулся моего плеча и мы оказались дома.

— Тебе на работу идти. — Сказала, намекая, что бы тот ушел. — Спасибо, за врача…

— Поговорим, я потом уйду. — Я переодела дочку, положила ее в кровать. Ростислав пошел на кухню.

— Люблю тебя моя маленькая. Поспишь, потом гулять пойдем. — Погладила ее по голове и поцеловала в голову.

— Мама, тебе бойно? — Спросила трогая мое лицо. Да дочка, очень…

— Нет милая, не волнуйся. — Снова поцеловала ее и накрыла одеялом. — Спи.

О чем говорить?

— Мама, там был бошой скеет. — Я слегка кивнула.

— Да, большой такой. Ты не испугалась? — Спросила утыкаясь лбом в ее лобик. Она хихикнула.

— Неть. Там зе папа был. — Хмыкнула. Как ребенок может вот так легко принять чужого для себя человека? — Мама а папа будет с нами зить? — Глаз задергался в нервном тике. Поцеловала ее в щеку.

— нет. А теперь спи. Мне кушать готовить надо для тебя. — Та закивала.

— юбу тебя мамочка. — нежно улыбнулась. Ее слава все так же греют душу. Так приятно…

— А я тебя…

С Ростиславом надо поговорить. О дочери и ее будущем, как будем ее делить и как собственно буду расплачиваться за больницу.

Прошла на кухню, закрыла дверь. Ростислав стоит возле окна, не торопливо повернулся. Я села на стул и устало облокотилась на спинку стула.

— слушаю. — проговорила, разглядывая настенный шкаф. Так волнительно находится рядом с ним. Теперь давно чужим и когда то родным…

Слава сел на стул. Сложил руки на столе.

— ну, пожалуй начну с того, что я купил эту квартиру. — Боковым зрением вижу, как он смотрит на меня. Я не много выдохнула облегчено узнав, что это он купил…

— Я звонила хозяйке, она сказала какой то мужчина купил. Напугал. — Ответила задумчиво и опустила взгляд на свои руки. — Но у тебя небыло такого права.

— Тебе больше боятся нечего. Можешь больше не прятаться. — Повернула голову на него.

— Ага. — Сарказм так и струится из меня.

— Диана и все кто был причастен ко всему этому, сейчас находятся в поддавале моего дома. Я хочу, что бы ты сама решила их судьбу. — С каждым его словом мои глаза округлялись. Закусила щеку изнутри. Перевела взгляд на настенный шкаф. Я решила? Я? Нахмурилась. Смятение сменилось ненавистью к тем людям… Я бы оторвалась… Снова шок и не большая радость.

— Это получается, Кира может ходить в садик, а я устроится на нормальную работу? — Облегченно выдохнула. Радость растеклась по телу.

— Мы можем жить все вместе и тебе не нужно будет работать. А Кира..

— Нет! — Повернула к нему резко голову. — Ростислав! Нет никаких Мы! — Сказала строго и холодно. — Есть только дочь, к которой ты будешь приходить… — мои слова его задели. Он тяжело вздохнул. Гнев мелькнул в его глазах. Я какая то дурра, потому что, его гнев во мне будоражит все. Заставляя внизу все пульсировать. Мда уж…