Валерия Осенняя – Спасительница монстров и его светлого Темнейшества (СИ) (страница 4)

— Проверить?!

Глава 2

Моя попытка № 5

Я сидела на высоком чудном стуле, чем-то отдаленно напоминающем офисный. Наверное, тем, что тоже мог менять высоту.

Меня давно перевели в другую комнату. Точнее, это был узкий кабинет, заставленный по кругу мебелью. В центре стоял стул (на котором я и восседала, облокотившись о спинку), а рядом — два столика, заваленных всякими диковинными штуками. Ко мне поближе подкатили один из них и стали к пальцам цеплять какие-то прищепки. И если сначала я была более-менее расслабленна, сравнивая это с приготовлениями к кардиограмме, то когда на голову нацепили железный обруч, невольно занервничала.

— Бафоталион, переведи им, что я не выдержу разрядов тока!

— Зато так мы сможем точно определить, избранная ли ты… — равнодушно сообщил демон, следя за манипуляциями мудрейших.

Время будто остановилось. Я замерла, пораженная холодными словами. Паника медленно заполонила сознание. Задрожали руки, и, кажется, я была уже готова позорно завизжать от страха. Но, видимо, на моем лице что-то отразилось, потому что Бафоталион неожиданно сверкнул на меня серыми глазищами и хитро улыбнулся, показывая острые зубы:

— Я пошутил.

— Пошутил?! — дрожащим голосом возмутилась я, но расслабиться, понятное дело, так больше и не смогла. — Плохой с тебя остряк.

После прищепок ко мне придвинули второй столик, на котором стояло нечто похожее на медицинскую лампу: этот ржавый предмет ярко светился и мог крутиться во все стороны. Затем один из мудрейших наклонил ко мне мутное коричневое стекло в раме, закрепленное на конце «торшера», и установил прямо на уровне сердца.

В следующее мгновение засветилась небольшая круглая пластинка, отражающая размытые очертания ребер. Я сразу подумала о рентгене, но быстро отвлеклась. Ведь мое внимание привлекло нечто странное! Там, где находилось сердце, было какое-то яркое золотое свечение…

Мудрейшие тоже заметили это ненормальное явление и восхищенно ахнули.

— Поздравляю, ты — избранная! — без энтузиазма перевел демон воодушевленные возгласы монстров.

— И что это значит?

— У тебя в душе горит абсолютный свет. Ты не вернешься домой, пока не исполнишь свою миссию.

— Не поняла?! — мне совершенно не понравилось сказанное.

Я даже вскочила со стула, стараясь отойти как можно дальше от странного устройства. Затем состроила самое недовольное выражение лица, замечая внимательные взгляды. Пусть эти «мудрейшие» и не понимали моего языка, но по эмоциям, думаю, не сложно догадаться о моем отношении к происходящему.

Монстры забеспокоились и обступили меня. Вперед вышел упитанный здоровяк с закрученными рогами (будто у барана) и длинными усами сома возле тонких синих губ.

Заговорил он, как и прежде, на своем непонятном языке. Бафоталион стал монотонно переводить:

— Они прочитали древний свиток, на поиски которого ушло несколько десятков лет. В недрах Гирионских гор погибло множество доблестных воинов, но их жертва не была напрасной. Ведь свиток со столь драгоценной информацией способен вернуть равновесие в мир. Мудрейшие волновались, что при прочтении заклинания ничего не вышло, и они в очередной раз ошиблись, но теперь поняли, что это не так. Все сработало — свет прислал тебя.

— Воу-воу, полегче! — я подняла руки, пытаясь осмыслить ситуацию.

Потом схватилась за голову и стала наматывать круги. Монстры спокойно наблюдали за мной, видимо, ожидая, пока «избранная» успокоится и заговорит.

Нет, это же сумасшествие!

— Бафоталион, скажи им, — я попыталась подобрать правильные слова, но мысли путались и мешали сосредоточиться. — Скажи, что это полный бред! Я должна сейчас, как любая нормальная девушка, лежать в кровати, смотреть сериалы и рыдать о своем разрыве. Но вместо этого нахожусь в каком-то дурдоме! Еще и обсуждаю всякую ерунду. С чего они взяли, что я какая-то там избранная? Какой свет, мать твою?!

— Потому что свиток явил тебя миру, — спокойно напомнил демон.

— А я тут при чем?

— Они считают, что ты и есть тот свет, который восстановит равновесие.

— Ты сам хотя бы веришь в это?

— Неа, — честно ответил Бафоталион.

Вот этого я и ожидала. На моем лице читался немой вопрос: «Так в чем тогда дело?» Но никто не спешил мне хоть что-нибудь объяснять.

Один из старейшин неожиданно поманил меня за собой. Я не стала противиться и пошла следом. Настроения совсем не было. На меня напала противная апатия. В самом деле, сколько можно?!

Повели меня долгими длинными ходами. Я бы вряд ли смогла воссоздать в памяти дорогу назад. Не сомневаюсь, брось он здесь меня одну — блуждала бы в поисках выхода долго и нудно, пока бы не умерла от голода. Желудок согласно забурчал.

— Мы спускаемся в темницы? — догадалась я, когда наш путь резко потянулся вниз.

Ко всему прочему, атмосфера была подходящая: темно и сыро, пахло затхлостью, под ногами — хруст мокриц. Не хватало только влезть в паутину!

Очередной неприятный треск под подошвой. Через время. Хрусть. Я не выдержала и остановилась. Подняла ногу, рассматривая белую подошву. Улитка…

— Ну вот, теперь точно все сходится! — пробурчала себе под нос.

— Саша, не бойся, — демон по-своему расценил мою запинку, — мы идем не в темницы.

— Здорово! — я фыркнула и скривилась.

Час от часу не легче!

Вскоре мы остановились около огромной полукруглой двери.

— Чаба карр! — от голоса проводника веяло таинственностью.

Так он еще и руками развел, словно колдуя.

— Популист, — я закатила глаза и вошла в распахнувшиеся двери, тут же оказываясь в кромешной тьме.

И прямо лицом в паутину.

— Мамочки… — меня невольно пробрала дрожь.

С детства ненавижу пауков! Я нервно стала отрывать от себя липкую массу, но эта зараза приклеилась и ни в какую не хотела отцепляться.

— Тьфу! — я выплюнула попавшую в рот паутину и наконец полностью от нее избавилась.

Мудрейшие смотрели за действом странно. Один из них даже недовольно покачал головой, будто я полнейшая безнадежность. Надеюсь, именно это он и подумал, а то мне совсем не хотелось восстанавливать какое-то их равновесие мира.

Рядом заговорила ака Мара, обращаясь сразу к моему спутнику. Я сразу поняла, что для них всего лишь предмет. За личность меня явно тут не считали.

Однако мудрейшая не договорила. Она запнулась на полуслове, обратив все внимание на вошедшего гостя. Это оказалось очередное странное существо, которое попрыгало прямо ко мне. Внешне похожее на зайца без шерсти, и уродливое, прямо как сфинкс моей соседки, только еще и с хвостом дракончика. Ходило оно на двух задних лапах, как кенгуру, да и ростом было не выше овчарки. Одежды не было. Только пенсне.

Маленькие трехпалые передние лапки протянули мне лавашный зеленый листок, сложенный пополам и напиханный непонятной начинкой. Выглядел, будто тако. Впрочем, была большая вероятность, что этого ожидало мое голодное воображение. Я очень хотела есть!

— Чир-чи, ака Исвис, мирис! — пропищало существо и вручило мне подозрительный лист с начинкой.

Я с улыбкой приняла подношение, не желая обидеть существо. Затем, все так же натянуто улыбаясь, вопросительно взглянула на демона.

— Съешь, — просто перевел Бафоталион.

— Это все, что ты хочешь мне сказать? — подозрительно уточнила я, прекрасно уловив, что непонятных слов было как минимум четыре.

— Хорошо, буквально сильк сказал следующее: «Съешьте это, госпожа Избранная, пожалуйста!».

Вот только отведывать подозрительный продукт я не спешила. Может, тот лавашный листик был и не лавашный вовсе!

— А если отравлюсь?

Откуда мне знать, какие тут продукты? Да и вдруг на что-то аллергия пойдет? Или… Нет-нет! Саша, не стоит думать о плохом, тем более, когда и так все плохо.

— Невелика потеря, — бессердечно ответил наглец.

И все же демон был хорошим парнем, а потому, несмотря на злость и едкость, все-таки разъяснил:

— Это смесь чагары, кыркы и волшебных порошков. Они позволят ненадолго понять речь мудрейших.

— О, здорово! — я без малейших сомнений запихнула маленькое «тако» в рот. — Но почему сразу не дали?

— Раньше для них ты не была Избранной. Они подтвердили это совсем недавно. Теперь же ты очень ценна для мудрейших, а значит, можно дать тебе что-нибудь редкое.

Подношение на вкус оказалось исключительно гадким. Пока жевала, думала, сгорю жара. Лицо просто пылало, настолько закуска была острой! У меня в какой-то момент онемел язык, и из глаз брызнули слезы.