Валерия Машина – Не собачье дело, или Отпуск (страница 1)
Валерия Машина
Не собачье дело, или Отпуск
Проснулась, но глаза открывать, не спешила. Мысль о том, что она в отпуске, придавала её организму расслабленность, а мыслям умиротворение.
«Никаких дел, полная и безоговорочная свобода», – думала Рената, в то утро.
Она, не знала, где и с кем проведёт его, но это для неё, не важно. Последние три года, она не брала отпуск, ей не хотелось, он был ей в тягость. Но теперь, она уверенно могла сказать: – «Я в отпуске».
Сегодня суббота. Раннее утро. На календаре, начало июля.
За окном тишина, но через пару часов, звуки большого города, отдохнув в ночной прохладе, вернуться, чтобы наполнить улицы: шумом двигателей, визгом тормозов, треском трамвайных сигналов. Колокольный перезвон, смех и крики, играющий детей, зазвучат, звонко и радостно, врываясь в открытые окна горожан.
Почувствовав, что хозяйка проснулась, пёс приподнялся на задние лапы, положил мордочку рядом с её подушкой и внушительно, засопел, обдавая хозяйку влюблённым жаром.
«Вот и конец моим мыслям о свободе. Пора вставать и вести Рыжего гулять».
Рената открыла глаза и пёс, поднял голову.
Глава 1
Прогулка в выходной день, по центру города, доставляла им удовольствие. Солнце всходило плавно, не спеша, устав работать без выходных и отпуска, а может, дремало, как большинство жителей города в субботний день.
Прячась за высокими домами, небесное светило, ещё не успело нагреть воздух до полуденного жара, а лёгкий ветерок, раскачивая ветки деревьев, обдавал утренней прохладой.
Прохожих мало, их почти, нет. Изредка, пробегавшие физкультурники, замедляя бег, искоса поглядывали на пса, вызывая у него раздражение. Рыжий, старался сдерживаться и не ворчал на них.
Можно идти в любую сторону, но пёс потянул Ренату влево, по улице, которая носила имя полководца Суворова, бывшей Малой Садовой.
Памятник Александру Васильевич, с начертанным на нём воззванием к потомкам: «брать с меня пример», установлен на перекрёстке с переулком Университетским. Назван он так, по праву: главный корпус университета, ряд факультетов, две библиотеки, всё в шаговой доступности. Упирался переулок, в пешеходную улицу имени Пушкина, улица для отдыха и прогулок. Это вечером, Пушкинскую заполнят отдыхающие, а утром, в столь ранний час, слышен лишь шорох и поскрипывание метлы дворника.
Чётная сторона улицы Суворова, заставлена автомобилями, улица, с односторонним движением.
Высотных домов, мало, их почти нет, в основном, трех и четырёх этажные, старой постройки и дореволюционные, одноэтажные. Смотрелись они печально и наводили на местных жителей грусть.
Деревянные, резные двери с вензелями и толстым слоем потрескавшейся краски, лестницы со скрипучими ступенями и разноцветными перилами, осыпавшаяся штукатурка, трещины и конечно запах, густой запах въевшейся еды и кошек. Арки между домами, вели в маленькие внутренние дворики, с ещё сохранившимися сарайчиками для угля. Быт прошлых веков, незаметно, перекочевал, в новый, двадцать первый век.
Эти домики не были признаны культурным наследием и не вошли в программу капитального обновления и постепенно, разрушаясь, покидали улицу, торжественно и печально, чаще, оставляя после себя, заброшенный пустырь.
Рената привыкла к ним и её не смущали эти, «старые развалины», как их называли гости города. В этих развалинах, живут придания глубины далёкой, дух контрабандистов и фарцовщиков, крутых воров и простых карманников, так думала она в юности, глядя на них с любопытством, рисуя картинки ушедшего прошлого.
Не пройдя и пол квартала, она заметила, как прямо на тротуаре, припарковались два автомобиля с надписями: следственный комитет и полиция.
Бойкий и энергичный сержант, не высокого роста, с копной рыжих волос и красным лицом, старался объяснить дамам преклонного возраста, чтобы те, проходили мимо.
– Расходитесь, не мешайте, работать полиции, – громко говорил молодой человек, размахивая перед женщинами руками.
Те, послушно отошли в сторону, но уходить не спешили.
Рената остановилась, поздоровалась с дамами и спросила:
– Что там случилось?
– Убили кого-то, – почти шёпотом, ответила одна, в белой шляпке с ярко накрашенными губами.
– Кого, кого? Мужика с первого этажа, – пробормотала другая, абсолютно безликая особа, в жёлтом платье с большой сумкой в руке. Скорей всего дама шла на рынок, но интерес к преступлению, стал выше житейских нужд.
Вдруг, дамы оживились. Через узкую арку между домами, на улицу вышел мужчина с метлой в руке. Мужчина был не молод, маленького роста, редкие седые волосы и очки в тёмной оправе. Одет был просто: серые выношенные штаны и полосатая рубаха, с коротким рукавом. По возрасту, мужчина подходил дамам. И если бы не метла, никто и никогда не подумал, что он дворник.
– Макар, что там у вас случилось?
Похоже, все они были хорошо знакомы и дамы бросились к дворнику.
– Стукова убили, – спокойно и важно ответил тот, так, будто дамы спросили у него: чья это у тебя метла, а он ответил – моя.
– Ужас, какой. Ты полицию вызвал? – спросила дама в шляпке.
– Нет, Фёдор, с третьего этажа. Он мне вчера вечером говорит, Макар в подъезде воняет, похоже на труп, вызывай полицию. А мне то что, тебе воняет, ты и вызывай.
– А как убили?
Рената обернулась на прозвучавший за спиной голос.
Незаметно, к их любопытной компании присоединился молодой человек в чёрной кепке и тёмных очках.
– Задушили.
– Кошмар! Интересно за что его? На богатея он не похож, – ужаснулась дама, в жёлтом платье.
– Так, свои, и убили, – пояснил дворник, выдвинув свою версию.
При этом, Макар абсолютно не стеснялся своих высказываний и даже напротив, он будто давал интервью, находясь в центре внимания и это, ему нравилось. Метла на высокой ручке, смотрелась в его руке, как царский посох.
– Какие – свои? – удивлённо и внушительно произнесла дама в шляпке.
– Он же сиделец, зэк, – ответил дворник, переминаясь с ноги на ногу.
– Сиделец? Почему вы так решили? – поинтересовалась Рената.
– А весь в наколках: и руки, и грудь, – проводя свободной рукой по своей груди, ответил Макар.
– Я ни разу не видела у него никаких наколок, что-то ты Макар путаешь, – чопорным тоном, возмутилась дама и элегантно потянула шляпку на глаза.
– Так ты что, его голым видела? – хихикнул Макар. – Я сам случайно узнал. Мужик, который купил квартиру этажом выше, ремонт делал, полы менял. Меня позвал, чтобы я мусор вынес. Я поднял тяжёлую доску, та вырвалась из рук, упала вниз и провали Стрюкову потолок. Дом то старый, перекрытия гнилые. Тот выскочил, глянуть, что случилось, а был в одних трусах. Вот я и увидел.
Раздался гул подъехавшего автомобиля и все дружно обернулись. Это была машина её однокурсника, старшего следователя по особо важным делам, подполковника Климова Валерий Ивановича. Следователь подошёл к сержанту. Тот, вытянулся, по стойке смирно, отдал честь и стал докладывать подполковнику обстановку.
Рената потянула пса за поводок, подошла к Валерию со спины и тихо спросила:
– И тебя в выходной день, чуть свет, подняли. Значит, что-то серьёзное произошло?
Услышав знакомый голос, Валерий оглянулся и широко улыбнувшись, сказал:
– А тебя, прямо так и тянет туда, где трупами воняет.
– Меня пёс потянул, а вот думаю, не спроста. Может наша помощь понадобиться?
Мягко, поясняя причину их появления на месте преступления, она с намёком, глянула на Рыжего и погладила его по холке.
Валерий посмотрел на хитрую улыбку своей однокурсницы и сказал:
– Ну, если не боишься, пошли. Хотя, лучше закрыть нос. Валерий вынул из кармана, аккуратно сложенный платочек и встряхнул его.
Даже не смотря на то, что двери и окна в квартире убитого были на распашку, запах держался стойкий. Рената поступила, как Валерка, она прикрыла нос платком, не расправляя его.
Убитый сидел на стуле, его руки и ноги связаны верёвкой, а на голове целлофановый пакет. Лица не видно, пакет мутный, будто его заполнили густым туманом. Похоже, убийство произошло сутки, а может и больше, тому назад.
В комнате, три представителя правоохранительных органов. Одного из них, эксперта Сашеньку, Рената хорошо знала. Они и раньше встречалась с ним, по работе. Эксперт был в маске, но глаза его приветливо улыбались.
Валерий махнул ему рукой, в качестве приветствия, а сам пошёл к коллегам. Пожал им руки и стал обсуждать обстановку. Пока они разговаривали стоя, у открытого окна, Рената осмотрелась.
Квартира находилась на цокольном этаже, трехэтажного дома. Две изолированные комнаты. На окнах решётки. В комнате порядок, вещи не разбросаны. Это свидетельствовало о том, что ничего не искали. Судя по способу убийства, жертву пытали. Пол в комнате, был усыпан серебряной мишурой разной формы и размера, и такое, она видела впервые.
Прикрыв нос платком, она подошла к трупу. Летний месяц, жара, а мужчина одет в пижаму с длинным рукавом. Она решила проверить слова дворника и внушительно посмотрела на Сашеньку. Тот подошёл и она, почти на ухо попросила:
– Можно его руки посмотреть?
Эксперт, вынул из чемоданчика нож и послушно разрезал верёвку. Затем потянул рукав вверх, удерживая, за край манжета. «Так и есть, дворник не соврал», – подумала она, увидев тёмные картины тюремной росписи.