Валерия Кудрявцева – Эво. Часть 1 (страница 2)

Сон был недолгий, урывками. Девушка то и дело просыпалась. Никаких кошмаров или шума, просто не спалось. В шесть утра выгуляв собаку, Елизавета собралась на работу.

– Магазин же с девяти. Ты чего так рано? – едва открыв один глаз, промямлил соня-муж.

– Не спится, больше дел сделаю. – супруга чмокнула его в щёку и вышла за дверь.

Темнело рано, светало поздно. Щелкнул замок магазинной двери, подсвечиваемой неоновой вывеской. Рюкзак отправился на диван. Кнопка чайника засветилась, нагревая воду. Десять минут Лиза смотрела в стену и раздирала кожу на и без того бедных руках, которые от частого мытья и бытовой химии огрубели и потрескались. Схватив пальто и телефон, она нащупала перцовый баллон в кармане и направилась туда.

– Ох, я об этом пожалею! – пробормотала хозяйка магазина себе под нос и просочилась в дыру в заборе.

Суббота. Рабочих нет. Она обошла бетонные стены и технику, но никого и ничего не увидела. Стройка, как стройка. На обратном пути за мусорным баком взгляд зацепился за знакомый сапог. Сердце тут же заухало в пять раз громче, что отдавало в голову, а тело сотрясал каждый удар. Елизавета включила фонарик на телефоне и подсветила.

«Лежит. Труп? Нет, трогать уж совсем не стоит, мало ли чем болен…сначала звонить в скорую, а они уже полицию вызовут.» – думала она, а от нервов застучали зубы. Непослушные пальцы набрали три цифры. После коротких гудков на том конце провода ответили. Лиза набрала воздух в грудь и заговорила:

– Алло, здравствуйте, я тут труп нашла, наркоман какой-то…

Она не успела закончить, как её тело больно повалилось на мокрую склизкую землю. Труп, который был трупом секунду назад, держал мёртвой хваткой за ее лодыжку и смотрел прямо в глаза. Его приподнятая губа оголяла заострённые зубы, как у вампира. Глаза уставились на Лизу из-под густых бровей. Карие. Нет, не карие, цвета ржавчины. Мертвец держал крепко ледяной рукой, это ощущалось даже через джинсы. Только сейчас девушка заметила, что рукав его пальто слева разорван.

– Я… – пыталась девушка выдавить из себя слова, но капкан на ноге сжался сильнее. – Тут, ммм… – замычала Лиза от боли.

В трубке голосом бухгалтерши переспрашивали, что там с наркоманом, а девушка с ледяными кандалами на ноге уставилась на Венома.

– Извините, это подростки так пошутили, всего доброго. – Елизавета выдохнула и положила трубку.

«Я об этом пожалею? Я об этом пожалела.» – пронеслось в русой голове. Как только телефон опустился от ее уха, капкан на ноге разжался. Бывший мертвец с трудом поднялся, опираясь на бак, и поковылял вглубь стройки. Его левая рука не двигалась и болталась, как тряпка.

– И куда ты? – голос Лизы звучал пискляво от натянутых нервов. Она так же сидела на земле возле мусора. – В таком состоянии тут умрёшь, итак ночью ноль был.

«Боже, зачем я это говорю? Надо уносить ноги.» – подумала девушка, поднялась с сырой земли и развернулась к выходу. За её спиной послышался глухой шлепок. «Не поворачивайся, не поворачивайся, не поворачивайся» – твердила Лиза у себя в голове, но повернулась. Она стояла и смотрела на тело без движения. Холод и страх сковали её, но, сделав усилие, Елизавета тяжело вздохнула и двинулась на помощь.

Она наклонилась и попыталась усадить тело. Веном сопротивлялся, насколько хватало сил. Такая борьба продолжилась недолго, пока девушка не стала возмущаться:

– Да успокойся, я помочь хочу! Угомонись, сдохнешь ведь здесь. – голос Лизы дрожал, как и она вся. – Хорошо, обещаю никого не вызывать.

Это сработало. Труп сопротивляться перестал, даже приложил усилия, чтобы встать, опереться на нее и идти к магазину. «Какой же он тяжелый, килограмм сто, наверное.» – подумала Лиза, когда они несколько раз падали на землю.

– Постой. – сказала она и поставила незнакомца у стены подсобки, как швабру.

Лиза стала снимать с больного мокрую одежду. Под тулупом красовалась чудная старомодная рубаха такая же грязная и мокрая, как и само пальто. Штаны и сапоги тоже ушли в утиль. На плече незнакомца зияла глубокая рана грязно-бурого цвета.

Она усадила его на сиденье софы. «Ледышка, какая температура у него должна быть в норме?». Ширококостный с телосложением легкоатлета. Сухие рельефные мышцы давали понять, что с физическими нагрузками он на «ты». Лиза слегка подтолкнула, и бывший или будущий мертвец без сопротивления упал на диван. Она достала внушительный короб, выудила из него перчатки и бинты и стала очищать рану на плече Венома.

– Что с тобой стало? Голова не болит? Может всё-таки в больницу? – вертя ватой с нашатырём, допрашивала Елизавета пациента.

– Нельзя. Кофе. – неразборчиво выдохнул тот и уснул. Чувство щекотной вибрации взялось из ниоткуда и в никуда пропало.

– Тебе эспрессо или американо принести? – сказала Лиза уже не слышащему созданию.

Она обругала себя, подняла тяжелые холодные ноги незнакомца на диван и накрыла пледом. Девушка зашивала его рану, оставив дренаж, и думала: «Что ты такое? Как сильно отличается наш организм? Антибиотики будут работать? Физиологические нормы, наверно, отличаются. Кофе? И что мне делать с кофе? Черт, черт. Дурная голова ногам покоя не даёт. Посадят. Меня точно за это посадят!». После перевязки Лиза осмотрела пациента. Бледный, хоть и кожа достаточно смуглая, явно обезвожен. Тоны сердца не разобрать: "тук-тук-тук-тук", ровно. Не привычные первый тон и второй, а точно метроном в грудной клетке.

Из волшебной коробки она выудила жгут, катетер, две пробирки, спирт, ватные тампоны и пластырь. Кожа гостя плотная и тугая, как у дворового кота, покрытого шрамами от уличных боёв. Катетер-бабочка поставлен с первой попытки, а две пробирки наполнились кровью. Елизавета взяла телефон и позвонила:

– Алло, Никит, привет. А ты сможешь мне быстренько сделать анализы? … А это будет сюрприз.

Глава 2. «А вот и победители генетической лотереи пожаловали.»

Лиза тараторила по телефону и натягивала пальто, которое доходило до середины голени. Будучи итак невысокого роста, в этом модном оверсайз девушка выглядела ребенком, который тонул в отцовском овчиннике. Коллега-лаборант с предыдущей работы по старой дружбе делал для нее всякие анализы бесплатно. Лиза часто таскала к нему животных из магазина.

Через тридцать минут хозяйка зоомагазина уже сидела в тесной лаборатории, кружась на удобном офисном кресле.

– Вот тебе биохимия в руки. А вот общак* странный, как и сама кровь. – бубнил крупный мужчина, не отрываясь от микроскопа. – Есть признаки распада. Да и лейкоциты* странные: лимфоциты* мелкие и много, а макрофаги*, наоборот, больше… Ну, я бы сказал, что животинка или болеет сильно, или хронически травится, или мутант. – хихикнут Никита сам себе, меняя стекла под окуляром.

Начатая пачка зефира и приятный ароматный кофе манили к себе. Однако организм авантюристки подсказывал, что сброс лишнего на нервной почве может произойти в любой момент. Кишечник уже избавился от всего лишнего. Благо туалет в клинике был свободен, и Лиза успела в него влететь.

Длинная полоса шуршащей бумаги из анализатора выскакивала из-под дрожащих пальцев. "Так, почти все показатели повышены. Печеночные зашкаливают. Хотя кто знает, какие у него нормы?! Был бы он собакой или кошкой я бы сказала, что обезвоживание и какая-то интоксикация, глюкоза низкая. Хммм…" – девушка мяла губу в раздумьях – "Капельницы бабушке я ставила. В целом, понимаю, что делать. А если он у меня помрёт, что делать? Как объяснить полиции труп нечто, который я еще и лечить пыталась? Но пообещала же никого не звать, хотя бы пока он живой.".

– Не жалеешь? – смотря в прибор и жуя розовую зефирку, спрашивал лаборант.

«Ох, как жалею, что мозгами обделена, но он не об этом.» – подумала Лиаз, но вслух сказала:

– Пока нет. В магазине дела не очень. Долго раскачивается, но гораздо легче, чем на приёме. Может я вернусь в ветеринарию, но не сейчас.

– Ты же знаешь, что была хорошим врачом. Даже наши «старики» с тобой советовались в терапии.

– Знаю, только от этого не легче. Слишком нервная работа. Владельцы бестолковые и жестокие. Да и в коллективе… Сам знаешь. В общем, перерыв нужен. Год, два, десять, пока не знаю.

– Ну, ты это. В клинику всегда можешь вернуться. Шеф будет рад, что грамотный специалист пополнит наши ряды снова. – Ник всё же отвернулся от микроскопа и смотрел прямо на Елизавету.

– Спасибо. Каков вердикт? – слабо улыбнулась девушка и кивнула в сторону анализаторов и крови.

– Хрен его, но болеет сильно, обезвоживание. – почесывая многодневную щетину, мужчина смотрел в угол.

– Енота подобрала, вот и думаю, что с ним делать? – соврала она и заерзала на стуле.

– Опять занимаешься спасением убогих? То собака сбитая, то еще что. Один твой кот чего стоит. Давно должен был помереть. – выдохнул Никита. Такая история не впервой.

– Да ладно тебе. Пуфику уже семь лет. Он ведёт полноценную жизнь и почти здоров. – потянувшись, чтобы размять затекшую спину, говорила она.

– Почти здоров. «Почти» – здесь ключевое слово. – буркнул мужчина и взял новую сладкую штучку.

– Спасибо, Ник. Буду должна! – спешно сказала она и выбежала из лаборатории.

Машина с пакетом препаратов и других покупок мчалась к магазину. Преодолевая дрожь и рвотные позывы Лиза распаковала капельницу и подключила. Раствор медленно вливался, подвешенный и приклеенный скотчем к стеллажу с товаром. В ногах пациента лежали пластиковые бутылки с теплой водой. Два пледа едва укрывали длинное тело полностью, а пелёнки страховали диван. Глюкоза, физиологический раствор и тепло. Что-то еще вводить Лиза не рискнула. «Меня точно за это посадят. А, если он маньяк или убийца?».