Валерия Корносенко – Звезда YouTube. Назад в прошлое. Россия 2007 (страница 2)
Я кивнула.
— Миша мне ее посвятил, как другу. Я вернулся после отсидки домой, и он мне ее подарил, и первая строчка звучала иначе «Владимирский централ, Саша Северный». Правда, я попросил убрать. Не дело это, не по понятиям. Но шестеренки закрутились, пошла популярность. Я ему тоже несколько песен подарил. «Осенний дождь», например.
Так что я, когда дома, тут, в Твери, бывал, всегда встречались. Редко, правда, я все больше за решеткой…
Я что, в Твери?! И так вполуха слушала, все мысли и были, что только о съемках, о девочках, которые наверняка места себе не находят.
— Ну че ты дергаешься? Э-э… не сваришь с тобой чифиру. Тогда сама рассказывай. Какие у тебя печали, красапета? Ты мне, можно сказать, душу спасла. Она за Мишу ой как болела. Я, знаешь, как о душе беспокоюсь? Больше, чем о теле. Когда отсидишь двадцать пять лет с самим собой наедине, ценности, они сильно меняются. Думаешь, вот это, — он поднял хрустальное блюдце с икрой, — когда-нибудь заменит мне Мишу? Нет, девочка, это все наносное. Без этого прожить можно. А жить с дырою в сердце гораздо сложнее. Эх-х… — он хлопнул себя по ногам и встал.
Я тоже подскочила.
— Да что ты? Сиди. Я так…
Мужчина начал ходить по комнате туда-сюда.
— Старая привычка. Чтобы кровь не застаивалась. Рассказывай.
Что же мне ему рассказать? Ведь так просто не отвертишься. Рассказать как есть? А вдруг надумает себе, что такая карманная собачка ему нужна для коллекции? Свора доберманов в спортивках у него уже есть, отчего бы не добавить к ним так забавно тявкающую чихуахую?
— Я… У меня проблемы с квартирой.
— Жить негде, что ли? Вон, у меня живи. Я бываю здесь пару дней в году. Не стесню. — Он открыто рассмеялся.
— Нет-нет. У меня есть квартира. Точнее, была. Ох… Когда мне было семнадцать лет, у меня умерла бабушка. Она оставила дарственную, что квартира остается мне. Через пять месяцев умер мой отец. То есть я осталась единственной наследницей. Но так получилось, что я попала в больницу, и там мной заинтересовались органы. Плюс еще надо было месяц ждать до совершеннолетия.
— Ясно все. Отжать решили у малолетки, а тебя в расход. — Он нахмурился и замер посреди комнаты, лишь перекидывал во рту зубочистку из стороны в сторону. — И че было? Попортили тебя?
Не смогла удержаться и закатила глаза.
— Да все у меня нормально. Сбежала. Потом они пытались меня схватить, а я… в общем, у меня такой электрошокер был… самодельный. Так вот, я одному громиле его разрядила прямо в лицо. И мне кажется, — закончила свой рассказ я уже почти шепотом, — он умер.
— Кто?
— Ну, этот, который приходил. Вадим вроде. Я не знаю, кто они и откуда. В этом и сложность. А! У меня есть данные мента, он с ними тоже явно в доле.
Мужчина достал четки, уселся на диван и задумался.
— Дела-а, девочка. А ты умеешь находить себе приключения. Я сейчас чалюсь далековато от Москвы. Да и подвязки у меня тверские. В Москву лезть с нравоучениями мне сейчас не резон… — он опять замолчал.
Я же только тяжко вздохнула.
— В общем, ту квартиру я продала и деньги на счет положила. Может, они отстанут?
Север хмыкнул.
— Ага, скорее у меня карагач во дворе зацветет яблоневым цветом… в ноябре. Короче. Я все понял. С тобой свяжутся. Ты там постоянно живешь, где тебя братва подрезала?
— Только, пожалуйста, пусть нормально подойдут и скажут, что от вас, я своих предупрежу, добровольно поеду. А то закинули в машину, как мешок с картошкой, и увезли в закат!
— Заметано, подруга! Хочешь, фокусам карточным тебя научу? — Каким-то неожиданным образом у него в руках появилась колода карт, и он ее умело перетасовал.
Глава 2
— Такие дела, девчат… Так что теперь еще и мафия… Я пойму, если вы откажетесь со мной работать. Это очень опасно. И что нас ждет дальше одному богу известно.
Девчонки переглянулись. За обеих ответила Рита.
— Ань, мы все понимаем. Когда такая чертовщина творится, ну, или откуда там твои эти сны, уже понимаешь, что это не за хлебушком сходить, и легко, и просто не будет. Но не будет и скучно. Мы один раз живем. И прожить жизнь сиро и убого «родился, крестился, женился» — мы всегда успеем. С тобой мы за этот месяц вкус жизни почувствовали. Раньше плыли по течению, не понимая, чего вообще от жизни-то хотим. А сейчас, что ни день, то приключение!
Да, уж, девы мои, зрите вы в корень.
— А сегодня на обед мое коронное блюдо! — гордо возвестила Соня.
— Это какое? Пюрешка с картошкой? — я хохотнула.
— Почему с картошкой? Нет… плов, — она рассеяно моргала глазами, а у меня такое настроение отличное сделалось. Сразу захотелось активных действий.
— Рита! Докладывай. Какие в нашем государстве произошли изменения пока меня не было?
На следующее утро я шла как на заклание. Вчера вечером домой я попала лишь ближе к ночи. Девочки оказывается, были в курсе, что меня в гости позвал «уважаемый человек». Но легче им от этого, конечно, не стало. Еле успокоила.
Кто бы еще меня успокоил? Вчера был обычный день съемок. Из-за меня, естественно никто ничего переносить не стал.
Сборы у нас обычно в восемь. Сейчас еще половина, иду сразу к Марине, узнавать на счет вчерашних съемок. Стукнув пару раз, заглянула внутрь. Девушка разговаривала с оператором, но повернулась на звук открываемой двери. Лицо ее переменилось, глаза забегали.
— Ой, ладно, Саш, давай потом, — она начала подгонять его к двери.
Закрыв дверь, она повернулась ко мне, да так и замерла, словно собираясь с мыслями.
— Они что здесь были?
— Да кошмар, Ань! Я так перепугалась. Они тебе ничего не сделали? Вчера уже часов в 12 сюда ввалились три амбала. Всех на уши поставили. Меня из кровати выдернули. Сказали, что если я тебя обижу, то меня отвезут на зону к какому-то Саше Северу, и что мне это не понравится. Ань, — она всхлипнула, — Ты же понимаешь, я тут ничего не решаю. — Девушку начало потряхивать.
— Так. Соберись. Марин, я, получается, выбываю?
— Нет! — девушка так громко и повывисто вскрикнула, что я аж дернулась.
Вздохнула.
— Хорошо. Какие тогда мои действия?
Марина сорвалась с места и начала расхаживать по комнате взад и вперед.
— Значит так! Сегодня, как обычно, едешь вместе со всеми на испытание. — она бросилась к столу, начала резко перебирать бумаги, — Так! Сегодня у нас гарем. Ну, и отлично! Зайдешь первая. — Она резко повернулась ко мне и повысила голос. — Слышишь? Первая зайдешь. Я сейчас найду второго оператора Игоря Углова. Он на машине. С ним поедешь к вчерашнему парню. Слава Богу он в Москве! Так, все иди. Мне надо ему позвонить. На сколько?…
Я пошла на выход, а девушка все еще продолжала что-то бубнить себе под нос, перебирая бумаги.
Хорошо мальчики вчера здесь порезвились. Да уж…
— Мы построили шатер и привели сюда тридцать наложниц. Устроили целый гарем. Все они одеты в паранжу и отличить одну от другой невозможно. Но! Не тридцать, присутствующих здесь, женщины. В наш гарем пробрался один мужчина! Его зовут Николай. — Ведет сегодняшнее испытание Сергей Сафронов.
Я про себя лишь бессильно выругалась. Как же я его найду? Правильно. Никак.
Предо мной собранный в ангаре шатер, внутри битком набиты люди в черных одеяниях. Если честно, мне даже заходить туда страшно. Сразу вспоминаются шахидки со взрывчаткой… кста-а-ати… меня как громом поразило. Ведь я даже не пыталась вспомнить какие были теракты, я, конечно, настолько в памяти своей не уверена, но может хоть что-то? Беслан был в 2004… А сейчас что же? Боря, помню, Ельцин умрет в апреле 2007… В 2008 будет править Димочка, который из всей своей деятельности запомнится фразой «Денег нет, но вы держитесь». Хоть у фразы этой и было продолжение: «… а деньги мы найдем», но в народ ушло другое…
Мои мысли прервал голос ведущего:
— Вам нужно почувствовать мужскую энергетику. Мы нарядили его в паранжу, но я могу дать вам его личную вещь. Возьмите.
Ведущий протягивает мне шарф команды Зенит. Лишь досадливо усмехаюсь.
— Итак, мы даем вам в пользование наш гарем на 5 минут. Время пошло!
Закрыла глаза и стою перебираю в руках шарф «жертвы». Ничего…
Достала кулон, подержала на вытянутой руке, поднесла ближе…
— Анна, две минуты уже прошло. Вы искать-то будете?
— Нет. Не буду. Вы выщипали ему брови. Он тут ой-кал стоял. Глаза накрасили. А потом вижу, что он кружит, кружит, кружит. А где в этом человеческом море его искать я не знаю.
— То есть, вы хотите сказать, что сдаетесь?
— То есть, я хочу сказать, что это невозможное испытание. Не отвлекайте. У меня еще есть время.
— Хорошо. Я вас услышал. Итак, время остановлено. Николай, представьтесь пожалуйста нашей участнице.
Одно из одеяний встало и сдернуло ткань, закрывающую лицо. Под ней оказался рыжий бородатый парень. Он открыто улыбался.