Валерия Корносенко – Джунгли зовут. Назад в прошлое. 2008 г (страница 31)

— Понимаешь, дело в том, что он старше меня… намного… — продолжила Арина, словно не слыша меня. — Конечно, он такой… он при власти… Блин, даже не знаю, честно, как тебе вот это всё рассказать. Я сама в таком шоке. Даже мама моя не знает, хотя от мамы у меня никогда не было секретов. И он, знаешь… он такой тактичный… он ни на чём не настаивает. Он просто обо мне заботится. А мне это так странно, мне это так непривычно.

— Здорово же. Наслаждайся. В чем тогда твои сомнения?

— Не то что сомнения. Просто это непривычно. Всю жизнь я в спорте… он не подразумевает слабости, не подразумевает жалости. Нас всю жизнь только долбали, что мы должны, мы обязаны за страну, чтобы не опозорить родителей. Какие-то, знаешь, такие слоганы были тупые. Пока мы были детьми, конечно, нас это мотивировало и двигало вперёд. Сейчас, когда я оставила свою карьеру, я понимаю, что это просто была такая жёсткая манипуляция. И было очень тяжело, было очень много слёз. Тренеры, родители, может, втайне нас и жалели, но понимали, что если они дадут слабину, если они пожалеют, то это… ну вот, допустим, даже для меня, для ребенка-спортсмена, это не пойдет на пользу. Потому что слабость… она рушит настрой, она расслабляет. А здесь такая забота, такая искренняя поддержка, что я просто, знаешь… я просто растерялась.

Я подошла и обняла подругу.

— Арина, ну это же здорово! Если ты сама говоришь, что это общение ни к чему не обязывает, что он тебя ни к чему не принуждает… Ну, общайся на здоровье, что в этом плохого? А возраст? Возраст — дело относительное. Ему же не семьдесят лет?

Арина рассмеялась.

— Ну нет, поменьше. Но он в два раза старше меня. И даже, мне кажется, старше моих родителей.

Я ей улыбнулась.

— Ты знаешь, взрослый, умный, начитанный мужчина для молодой девушки — он всегда интересен. Да, может быть, молодые берут телом, какой-то активностью, молодостью, красотой. Но когда за красивой оберткой пустота, то очень быстро приходит разочарование. Ты не думай, я тебя не сватаю и не уговариваю, что ты должна что-то этому взрослому мужчине. Просто хочу тебе сказать, что не торопись. Даже если он «при власти», у него много денег — это не значит, что ты чем-то ему обязана, что ты должна под него прогибаться. Просто будь собой, просто живи, радуйся жизни, наслаждайся, общайся. Тем более, если ты сама говоришь, что он очень вежливо с тобой обходится и ничего от тебя не требует. Это же здорово! Если даже ваше общение ни к чему не приведет, или, наоборот, приведет к чему-то большему… ну, как бы… я думаю, что ты за время своей карьеры уже поняла, что общественное мнение — это всегда помойка, и зависеть от него — самое последнее дело. Живи свою жизнь и поступай так, как тебе классно, как кайфово. Я думаю, что вот так надо жить. И жить правильно, жить по принципам, по человеческим нормам морали. А всё остальное… всё остальное — такие мелочи, что не стоит из-за этого переживать и расстраиваться.

Арина улыбнулась.

— Спасибо тебе большое, Ань! Ты так меня поддержала, я так переживала по этому поводу, не знала, что и думать. Ты абсолютно права, а кто там что подумает — пошли они в жопу! Это моя жизнь, и я ее буду строить так, как хочу.

— Слушай, а ты куда ходишь звонить-то? — спросила я.

— Да вот, там, за тем пригорком, там типа как штаб, несколько человек, и я, в итоге, хожу туда, у них телефон спутниковой связи, и по нему мы каждый день связываемся и болтаем. Ну, если он может, конечно. Он очень занятой человек, и не всегда получается у нас созвониться. Но когда получается, мы, бывает, с ним и по часу болтаем. С ним так интересно!

— Слушай, а как ты думаешь, а мне дадут позвонить? — спросила я с надеждой. — Это, получается, организаторы проекта вас поддерживают?

— Нет, ты что! Там вообще какие-то военные! Я так думаю, что он отправил своих каких-то личных сотрудников, отдельных людей, потому что они за мной присматривают здесь, дополнительную охрану предоставляют. Уверена, к организаторам проекта они не имеют никакого отношения.

— Ничего себе! — удивилась я. — Он, похоже, человек действительно влиятельный.

— Ну да, ты даже не представляешь насколько! — Арина понизила голос. — Ты извини, я не буду тебе говорить, кто он, потому что даже не знаю, можно ли мне вообще об этом распространяться. Как-то так получилось… познакомились мы случайно, буквально пара фраз и пара взглядов, а потом он сам меня набрал, я так растерялась… пригласил в ресторан, мы пообщались, и так нам было легко и интересно общаться! Я даже не ожидала, я так переживала, так нервничала, что такой человек со мной вообще… опустился до моего уровня… со мной общается… что-то во мне нашел… — Арина мечтательно закатила глаза. — На самом деле, мне с ним очень интересно, — улыбнулась она, глядя на меня.

— Слушай, ну давай попробуем, дойдем до этого штаба. Если мне дадут сделать один звоночек на родину, я буду, конечно, очень счастлива, потому что я уехала, оставила своих девчонок в таком раздрае и даже не представляю, что у них там творится.

— Ну, хорошо, пойдем, — согласилась Арина. — Если это запрещено, то я думаю, что нас даже к штабу не подпустят. Наверняка они отслеживают территорию вокруг, и у них есть какие-то четкие распоряжения на этот счет.

Мы дошли до штаба, и никто по дороге нас не остановил. Под скалой стояла палатка цвета хаки. Внутри находились двое мужчин в форме. Было видно, что в кобурах у них настоящее оружие. Взгляд их был серьезный. Они внимательно меня рассматривали, и в их взгляде читался немой вопрос.

Арина тут же начала извиняться и заискивающе объяснять ситуацию:

— Вы, пожалуйста, извините! Я привела подругу… Ей тоже нужно позвонить… Так получилось… Я ничего ей не рассказывала, никаких подробностей и деталей, она ничего не знает. Просто я объяснила ситуацию в общем, что у меня есть такая возможность позвонить домой. И поэтому… Извините, — закончила она почти шепотом.

Хмурые и серьезные мужчины смотрели на меня с подозрением. Я могла их понять, потому что знала немного больше, чем все думали вокруг. Но тем не менее меня никто никуда не погнал, никаких клятв на крови не просил и расписок о неразглашении не брал.

Мужчины предоставили Арине телефонную трубку. Арина показала мне, как ей пользоваться. И я стала набирать номер.

Трубка была огромная, тяжелая, квадратная, с мощным аккумулятором. А уж связь, наверняка, стоила, как крыло от боинга, но все же… Какое это было чудо в моих реалиях!

К тому же в очередной раз ощутила, как же здорово быть молодой, с работающими на полную мощность мозгами! Казалось бы, номера телефона в федеральном формате — как их запомнить? Свой-то номер не все всегда знают наизусть. Но номер Сони, точнее, наш рабочий номер, я помнила распрекрасно. Тут же набрала цифры по памяти, и в трубке раздался гудок телефона. Связь была хорошая. И уже через несколько секунд я услышала напряженное:

— … Я слушаю, — подозрительный голос Сони показался таким родным и далеким!

— Сонечка, привет! Это я, Аня! Ты меня хорошо слышишь?

— Аня, серьезно, это ты⁈ — Подруга настолько растерялась, что это было слышно даже через тысячи километров.

— Да! Тут выдалась такая возможность, что мне разрешили сделать один звонок домой. Как вы там, мои хорошие? Всё ли у вас хорошо? Я вас бросила на произвол судьбы разгребать последствия, а сама слиняла на другую половину земного шара…

— Ань, да не переживай, всё хорошо. Фильм наш, конечно, поудаляли везде, но он уже распространился как лесной пожар. Много его другие блогеры постят. Кто-то сильно проникся. Появилась у тебя куча новых последователей, которые уже начали агитировать, что конец света не за горами, и нужно к нему начинать готовиться. Кто-то даже собрался бункер рыть.

— Чудиков всегда хватало во все времена, — усмехнулась я.

— Такого уж особого ажиотажа нет, потому что многое пресекли… руководство свыше. Олег приходил, нас отчитывал, спрашивал, куда ты пропала. Хотя ты знаешь, мне кажется, он даже обрадовался, когда я сказала, что ты уехала на необитаемый остров. Он посмеялся, сказал, что чем дальше от цивилизации, тем безопаснее для тебя, что ты сама себе вредишь, — она запнулась, не зная, как точнее передать фразу Олега.

— Сильно ругался? Он обещал меня придушить в крайний раз, когда мы с ним разговаривали, — я нервно усмехнулась.

— Да нет, не сильно, ты знаешь. Видимо, улеглось, или его начальство пожурило, но не сильно по шапке настучало, потому что он и сам подуспокоился. Я думаю, что ничего криминального и критичного. А может быть, именно тот факт, что ты уехала, и пошел на пользу, поэтому он и успокоился.

— Ну а вы сами как? — спросила я.

Соня так была рада меня слышать! Она отдалила трубку и закричала на всю квартиру:

— Рита, иди сюда скорее! Аня звонит нам с острова!

Я отдалила от уха орущую трубку и улыбнулась. Мои милые, такие молоденькие и наивные подруги… Они еще такие дети! Хотя мне было очень приятно, что они переживают за меня, что они так радеют за наше общее дело и безропотно пошли за мной, выполняли мои поручения, были неоспоримой поддержкой в моей команде. Стали моей командой, доверились, оказали настоящую поддержку!

Рита подбежала и закричала в трубку:

— Аня, привет! Мы по тебе скучаем! Как там океан? Ты уже наелась кокосов и ананасов?