Валерия Иванова – Трофейная жена (страница 35)

– Пока это невозможно, - поморщился Наиль.

– Почему?

– Когда я пришёл, Ление пыталась покончить с собой. Наглоталась таблеток и сейчас в реанимации.

– Наверное, плохо желать ей смерти? – спросила я.

Вместо ответа Наиль погладил меня по щеке. Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями. Чувствовала, как пожар внутри начинает затихать.

Я чувствовала, что тоже должна быть с ним честной. Не открывая глаз я сказала:

– Я звонила отцу, – кожей почувствовала, как муж напрягся.

– Зачем?

Наиль убрал руку, а я, открыв глаза, посмотрела на него.

– Думала уехать домой.

– От меня, – не вопрос, утверждение.

– Да… Но ты это и сам знаешь… Я тогда в таком неадеквате была.

– И что твой отец сказал?

Я улыбнулась, а у самой слезы на глазах выступили.

– Сказал, что я теперь ваша подстилка, сказал – рад, что Олю убили, как он сам её не прикончил – не знает… – слёзы начали катиться из глаз, когда в голове снова всплыл разговор с родителем.

Я и сама не знаю, для чего позвонила ему, на что я рассчитывала?! ОН мне ясно дал понять, что не считает дочерью, ненавидит меня… Просто… Просто люди всегда звонят семье, когда им плохо.

Почувствовала, как Наиль стал стирать мне слёзы с щёк, грудь разрывало от любви к этому мужчине. Он и есть тот самый. Мне никакая свобода не нужна, лишь бы рядом был.

Подняла голову и посмотрела в его красивые стальные глаза. Как я могла раньше считать их холодными? В них столько страсти и огня.

Положила руки на его скулы и погладила.

– Кроме тебя у меня больше никого нет… Да мне никто и не нужен. Я люблю тебя. Просто знай это, можешь не отвечать.

Признание так легко сорвалось с губ. Атмосфера в машине поменялась. Такое чувство, что весь воздух выкачали, всё искрить начало. Потемневший взгляд мужа, рваное дыхание и его молчание разожгли мою кровь, и по венам пронеслось возбуждение. Кожа мурашками покрылась, и я начала дрожать. Я так сильно истосковалась по его прикосновениям и вниманию… Если он до меня дотронется – я взорвусь. И на его лице увидела такие же эмоции, как и у меня. Говорить не могла, только шумно втягивала носом воздух. Секунда и Наиль пересадил меня к себе на колени. Сжал в объятиях, а на лице голод самый настоящий, ничем не прикрытый. И я поняла, что он не просто меня любить будет, он будет меня жрать.

- Ты моя семья, Милаха, мой самый главный человек в жизни.

Сердце чуть не разорвалось от счастья, нутро взорвалось фейерверками, но не успела я насладиться этим признанием, Абрамов накрывает мои губы своими…

23

Эмилия

Меня начинает трясти, словно в лихорадке. Как я мечтала о близости с мужем! Сейчас происходит самое настоящее безумие. Лицо Наиля так близко, что я могу пересчитать каждую ресничку, почувствовать колкость его бороды. Глажу по скулам – красивый, как Бог. Секунда, он отодвигает сиденье и сажает меня к себе на колени. Чувствую, как его эрекция прижимается к моим бёдрам. Он снова целует меня, а я отвечаю со всей страстью и дикостью, на которые способна. Больше всего на свете хочу быть с ним в моменте. Ладонями скольжу по каменной груди Абрамова, притягиваю ближе за ворот рубашки, требую, чтобы углубил поцелуй, что он и делает. Целует до исступления, выбивая из горла постыдные стоны.

Цепляюсь за него, мне нужно больше и только он способен это дать… Наиль задирает на мне платье и трогает через колготки. А я с ума сходить начинаю от остроты ощущений. Смотрю затуманенным взглядом на проезжающие автомобили, но стыда нет… Мне кажется, что всё так и должно быть.

– Я тебя когда впервые увидел, – говорит хрипло на ухо, каждое слово прямо в сердце, – у меня все планки сорвало. Ты же почувствовала? Сразу решил, что только моя будешь, Эмилия.

Имя моё в его устах, словно триггер. Сама тянусь за поцелуем, хочу насытиться, хочу его вкус ощущать на своем языке. Руками лихорадочно по его телу вожу. Чувствую его ладони на себе… На шее, на груди, на бедрах. Я горю в его объятиях, плавлюсь, словно шоколад на солнце. Всё отходит на второй план. Это похоже на какой-то гипноз. Забывается вся боль. Сейчас только он и я. Больше никого нам не надо. Лишь Наиль способен разогнать всю тьму вокруг меня.

Все происходит лихорадочно быстро. Я расстегиваю рубашку мужа, пока он разрывает на мне колготки. Его пальцы отодвигают полоску моих трусиков и скользят по влажным складкам. Одновременно с этим Абрамов продолжает терзать мой рот. Запускает руку в мои волосы и сжимает на затылке, прижимая сильнее к себе. И одним резким толчком заполняет меня собой. Я всхлипываю от неожиданности и сильнее хватаюсь за его плечи, вонзая ногти. В этой позе все ощущения другие… Мне кажется, он достал до таких глубин, что я теряю рассудок. Наиль хватает меня за бедра и насаживает на свой член, заставляя двигаться все быстрее. Машину заполняют звуки шлепков тела о тело. Я, захлебываясь стонами, ловлю ртом воздух.

Супруг и не собирается останавливаться. Он любит мучительно и грязно. Сжимая клитор, вбивается всё сильнее, до искр из глаз. Меня накрывает цунами новых ощущений. Каждый толчок вышибает из меня рассудок, отправляет за грань реальности. Я, словно оголенный нерв, вся в ожидании наслаждения. Наиль стягивает с меня платье, спускает чашечки лифчика вниз и припадает к моей груди. А я бесстыдно подставляю соски под его жадный рот. Никакого смущения нет. Я хочу показать, насколько он мне нужен, хочу отдать всю себя без остатка. В какой-то момент открываю глаза, и у меня перехватывает дыхание, когда вижу безумие в его взгляде. Я словно натянутая струна – ещё немного, и наступит финальный аккорд. Чувствую, как внутри всё загорается миллионами разноцветных лампочек, а реальность исчезает, размывается. Меня оглушает, лишает всех чувств волна удовольствия, чистейшего кайфа. Я содрогаюсь и кричу, не в силах сдерживать эмоции. Чувствую, как тело мужа начинает мелко дрожать, и со стоном он прижимается к моей шее. Ласкает её языком, а я глажу Наиля по влажной от пота груди.

– Хорошо, что окна в машине тонированные, – говорю хрипло с дурацкой улыбкой на лице.

– Прости, не смог сдержаться.

– Тебе не за что извиняться, это было… Вау. Ты мне это хотел показать? – лукаво спрашиваю.

Наиль смеётся, и его смех вибрацией проходит по телу.

– Нет… Но это был один пунктов плана сегодняшнего дня.

– Ты составил план на день? – смотрю на его лицо и быстро целую в губы.

– Из трех пунктов, – сжимает мои ягодицы.

– Я под впечатлением! Целых три пункта. Дай мне немного отдышаться, и я готова к оставшимся двум.

Абрамов крепко целует меня в губы, и я пересаживаюсь на своё сиденье. Муж протягивает мне влажные салфетки, чтобы я немного привела себя в порядок. Вытираю бёдра и пытаюсь натянуть на себя одежду. На потное тело сделать это очень трудно. Смотрю на колготки и понимаю, что им пришел конец, стягиваю остатки и бросаю в пакет.

– Надеюсь, твой план предусматривает ресторан? – поворачиваюсь к Наилю.

Он уже привёл себя в порядок и выглядит так, словно и не занимался сексом несколько секунд назад.

– Ресторан – второй пункт плана. А секс – третий.

– Начали мы с конца… А какой первый?

Муж заводит мотор и, переплетая наши пальцы, целует ладонь.

– Узнаешь, Милаха.

Наиль привозит меня в милый ресторанчик. Мы вкусно едим и поболтаем. Мой муж прекрасный собеседник. Умный, начитанный, забавный. Говорим о всяких мелочах и так легко-легко. Затем мы снова садимся в машину и Абрамов привозит меня к какой-то речке. Здесь столько зелени и деревьев. Воздух чистый! Красота.

– Как тебе место? – подходит и обнимает сзади.

Я откидываюсь назад на его грудь. И осматриваюсь вокруг.

– Красиво. Безмятежно.

– Давай построим здесь дом?

– Дом? – поворачиваюсь к нему.

Я так боялась, что однажды мне придётся вернуться в то место, где всё случилось… На глазах выступают слезы и катятся вниз. Разве можно любить сильнее этого мужчину?

Мой особенный, первый, вечный.

Стирает пальцами слезинки и целует в кончик носа.

– Нам нужно место, где будут наши совместные воспоминания, тихая гавань. Я подумал, что это место подходит, как нельзя лучше. Что скажешь, м?

– Скажу, что готова жить с тобой где угодно…. И здесь мне нравится. Очень.

Строительство дома шло полным ходом. Мне очень нравилось то, что получалось. Столько часов беседовали с архитектором, хотели добиться идеального результата. Бедный мужчина, как видел Наиля, ему сразу становилось плохо.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​У меня создавалось такое ощущение, что вместе с новым фундаментом мы с мужем строили нашу новую жизнь. Я начала обучение в университете, выбрав курс по психологии. Мне казалось, что сейчас эта профессия более актуальна... Можно, действительно, помогать людям.

Между мной и Наилем всё стало по-другому – честно, по-настоящему... Мне казалось, что наши отношения вышли на новый уровень. Он был так внимателен ко мне, как никогда, и с каждым днём я влюблялась в него всё больше и больше. Я чётко осознавала, что он – моя единственная семья.

Пока наш дом строился, мы жили в квартире недалеко от университета. Это была милая квартира-студия. Я даже сама от себя не ожидала, но мне очень понравилось её обустраивать. Казалось, что после всех событий я не смогу заниматься домом… Конечно, первые дни я не могла ничего делать. Каждая выбранная салфетка вызывала истерику, но со временем стало легче… А потом я с удивлением поняла, что домашние хлопоты мне очень даже нравятся.