Валерия Иванова – После развода. Я тебя не отпускал (страница 2)

– Карим, – стону. – Пожалуйста.

– На кровать, – командует.

Я тут же забираюсь на кровать. Становлюсь на четвереньки и прогибаюсь в спине. Карим подходит, проводит кончиками пальцев по позвонкам, а затем с оттяжкой шлепает меня по ягодице. Меня уже трясет от возбуждения и притяжения. Я сжимаю в кулаках простынь.

– Карим! – стук в дверь. – Мне вообще-то к врачу! Я опоздаю! Сын, ты меня слышишь?

Муж грубо ругается, а я едва не плачу. Вот так всегда. Мне сейчас хотелось выйти и послать ее куда подальше, неужели она никогда не была молодой?

Я падаю лицом в кровать и не реагирую, даже когда супруг пытается перевернуть меня на бок.

– Через неделю будем только ты и я, – говорит он.

Фаталиев обещал, что мы поедем в путешествие. Только вдвоем.

– И там я затр*хаю тебя до смерти, – говорит мне на ухо.

Я улыбаюсь и поворачиваюсь к нему.

– Ты только обещаешь! Ах, слова-слова, – говорю.

А он с рыком кидается на мой рот, я смеюсь и со всей страстью отвечаю на поцелуй.

– Карим! – его мать едва не визжит.

– Жди меня в машине, – говорит таким тоном, от которого мама замолчала, но, скорее всего не ушла.

Я помню, когда мы только переехали в дом, она позволила себе зайти в комнату без разрешения. Мы с Каримом просто лежали и смотрели какой-то фильм по телевизору. Он не кричал, просто сказал больше так не делать, но каким тоном это все было сказано. Конечно, когда мужа нет, она и бабка позволяют себе входить к нам без спроса.

– До вечера, – говорит он и целует меня в щеку.

– До вечера, люблю тебя.

Карим уходит, а я несколько минут лежу, прихожу в себя. Внизу живот неприятно тянет из-за того, что возбудили и не дали. Затем заставляю себя встать, иду в душ, переодеваюсь в другой костюм, иду в комнату папы.

– Можно? – заглядываю внутрь.

– Заходи, дочка, – говорит с широкой улыбкой.

– Я хочу прогуляться в саду, составите мне компанию?

После инсульта на улицу Дамир выходит только со мной.

– Конечно составлю, – отвечает.

А затем я жду, пока он сам пересядет в инвалидное кресло. Я не пытаюсь ему помочь и не жалею его. Может, поэтому мне удалось с ним подружиться? Нет, мне чисто по-человечески жаль, что так произошло. Но папа очень сильный! Он справится со всем.

Сама я родного отца не знала. Мама не рассказывала о нем. Я спрашивала, когда была поменьше, она еще старалась, придумывала что-то, а потом, когда я чуть подросла, она уже грубо закрывала мне рот и говорила, чтобы я не смела говорить о нем. Я больше и не спрашивала.

С мамой у меня тоже сложные отношения. Она… Она променяла меня на бутылку и мужчин. Даже вспоминать не хочется.

– Я готов, дочка, поехали, – говорит папа.

Я выбрасываю мысли о биологических родителях из головы.

Правду говорят: родитель – не тот, кто родил. Иногда чужие люди ближе, чем родные.

Глава 3

– Аккуратней. Аккуратней, Таина! Цветы все чувствуют. Бери нежно, но уверенно, – наставляет меня папа.

Я хватаюсь за стебли и переношу в горшок. Садоводство – не моя сильная сторона. Но я год уже занимаюсь садом. Потому что это детище Дамира. До инсульта он проводил здесь все свободное время, это была его отдушина. А после… Большая часть растений погибла. Мне удалось спасти некоторые из них. И теперь папа управляет мною, словно куклой. Я несколько раз предлагала помочь мне, но он отказался. Его руки не слушаются так, как прежде.

– Молодец, дочка, – хвалит меня.

Я уставшая, вся в земле, но счастливая.

– Ах, вы только посмотрите на эту девчонку! – услышала голос бабки. – Свинья везде грязь найдет, – цокает языком.

– Вы, мама, сами из аула, трудились на ферме, или забыли уже? – подает голос Дамир.

Вижу, как бабушка вспыхивает.

– У меня не было таких благ! А она, – тычет пальцем в мою сторону. – Фаталиева! Она жена Карима и должна вести себя соответственно.

– Разве я плохо веду себя на людях? – спрашиваю. – А здесь меня никто не видит. А вообще говорят, труд делает человека человеком.

По ее прищуру я поняла, что она восприняла мою реплику, как оскорбление.

– Мама, вы куда-то шли? Не смеем вас задерживать, – говорит Дамир таким тоном, что даже ей с ее слухом должен быть понятен намек на то, что в ее компании мы не нуждаемся.

Женщина смерила нас взглядом, фыркнула и, что-то бормоча под нос, пошла обратно в дом. Я тихонько засмеялась.

– Всевышний свидетель, если бы моя мать была в живых, Мадина бы у нее ходила по струнке.

– Хотела бы я на это посмотреть.

– Ты не переживай дочка, они лают, но не кусаются, – говорит папа, имею в виду Амину и ее мать.

Ох, я бы с ним поспорила.

– Давайте возвращаться, а то скоро придет реабилитолог.

Карим оборудовал весь дом для удобства отца. Дамиру даже не требовалась помощь для того чтобы заезжать-выезжать, я ее и не предлагала. Я дошла с папой до крытого бассейна, где сегодня будет проходить занятие. А потом пошла к себе. Недолго думая закрыла дверь на ключ, чтобы бабушка или мама не зашли.

Я снова приняла душ, отмыла с себя грязь с сада. Затем принялась за прическу, мне захотелось уложить свои блондинистые длинные волосы. Я сначала вытянула их на брашинг, в затем накрутила. Получилось очень хорошо. Посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась своему отражению.

Зашла в гардеробную и стала размышлять над тем, что мне надеть. Хотя какая разница, все равно я выслушаю, какая я распущенная. Со вздохом надеваю белье легкое платье с длинными рукавами и длиной чуть ниже колен. Собираюсь выйти, но мой взгляд падает на золотистую коробочку. Я любовно достаю ее и вытаскиваю оттуда красную ленту.

Ее подарила Кариму бабушка по папе. Это традиция. Эту ленту потом надевают невесте в день свадьбы, обвязывают вокруг талии три раза, при этом говоря специальные слова. Эта лента – символ чистоты, невинности и добрых помыслов невесты. Конечно, многие давно уже не обращают внимания на традиции, мы все-таки живем в современном мире. Но мне кажется, это красиво.

Карим тоже не любитель всех этих традиций. У нас была современная свадьба. Точнее сказать, у нас была просто роспись, а потом мы с ним улетели в путешествие. Конечно, я купила простое белое платье, потому что я, как и все девочки, мечтала об этом дне. И он поистине стал самым счастливым. Потому что я вышла замуж за любовь всей своей жизни.

Я еще раз любовно провела по гладкой ткани ленты и подумала о том, что обязательно нужно будет отдать ее будущей невестке. Сложила обратно в коробочку и оставила на полке.

Время уже близилось к обеду, я вышла из комнаты, чтобы накормить Дамира и себя. Мне разрешают готовить только завтрак, а обед и ужин готовит повар.

Не успела спустится, как тут же услышала Амину.

– Вышла, вы поглядите на нее! Соизволила спуститься!

Я проглотила колкий ответ и мягко улыбнулась.

– Как ваша поездка к врачу? – спросила я.

– Из-за тебя чуть не опоздала! – воскликнула она. – Послал же Всевышний невестку!

– Не опоздали же.

– Она еще и огрызается! Иди кофе нам с мамой сделай!

– Сделаю, только сначала накормлю обедом Дамира.

– Я сама мужу накрою! Не твоя обязанность! Всегда ты лезешь не в свое дело.

– Мы с Дамиром всегда обедаем вместе, – говорю спокойно.

Хотя до спокойствия мне очень далеко.