Валерия Даль – Ребенок от предателя. Второй шанс (страница 6)

Взгляд мужа меняется, и хочется провалиться сквозь землю или проснуться. Его глаза, обращённые на мою ладонь на локте Вадима Валерьевича, не сулят ничего хорошего. Но почему? Собственнические замашки?

Мы почти полтора года назад стали друг другу чужими людьми. У него осталась Оксана с ребенком, у меня появилась возможность начать жизнь заново. И я начала. Вместе с Кристиной. Так что значит этот взгляд, полный злости и… ревности? Не хочу даже разбираться, что у Тимура в голове, тем более начальник говорит мне идти в комнату для персонала.

Я смогу немного прийти в себя и подготовиться, хотя хочу на самом деле бежать домой, хватать Кристину в охапку и ехать на вокзал. Все, о чем я думала раньше, как бы рационально ни пыталась мыслить, исчезло, как только передо мной появился муж. Как черт из табакерки!

– Не беги снова, Лера, – голос Тимура становится жёстче, холоднее.

Это не тот тон, которым он произнес мое имя пару минут назад. Что изменилось? Когда была игра? Но ведь глаза лгать не могут. Все изменилось с появлением Вадима Валерьевича на ресепшене.

– Вы знакомы? – удивляется начальник, но не то чтобы очень.

Наверное, по моему состоянию все понял. Я даже боюсь представить, как я сейчас выгляжу. Может, белая или зеленая. Но видно, что испуганная.

– Вадим, – нахожу в себе силы, чтобы хоть не заикаться, – я сама справлюсь, спасибо.

Он смотрит на меня с подозрением. Кажется, ему дополнительным сигналом послужило то, что я впервые обратилась только по имени. Несмотря на все, чем мне помог начальник, я держала дистанцию.

– И правда, Вадим, иди, – уже спокойнее говорит Тимур, поняв, что сбегать я не собираюсь. – Мы с женой сами разберемся.

Зачем ты врываешься в мою жизнь и все портишь? Мог бы и промолчать. Вадим Валерьевич бросает будто вызов Тимуру, когда, заняв моё рабочее место у компьютера, говорит:

– Вы номер бронировали? – и профессионально улыбается моему мужу.

– Нет, – подыгрывает ему Тимур. – Люкс есть?

– Для вас найдем лучший, – обещает Вадим Валерьевич и озвучивает сумму, как будто она заставит мужа уйти отсюда.

– Хорошо, – не возражает он и протягивает карточку. – Лера, – переводит взгляд на меня, пока я не знаю, куда себя деть.

Ноги не двигаются. Кажется, шаг – и я упаду. И сейчас чувствую себя самкой, за которую ведут борьбу два самца. Я не ради этого уезжала, не ради этого бросила все!

Наконец, найдя в себе силы, иду в комнату для персонала. Слава богу, здесь пусто. Иду к окну, стараясь отвлечься на жизнь по ту сторону стекла, но то и дело прислушиваюсь к звукам в гостинице.

– Лера, – зовёт меня тихо Вадим Валерьевич, – он ушел.

– Куда ушел? – оборачиваюсь, не веря. – А, в номер, – понимаю, хотя хотелось бы, чтобы Тимур отправился куда подальше.

– Давай я вызову кого-то из ночных, – предлагает начальник. – Ты явно не в том состоянии, чтобы стоять на ресепшене и всем улыбаться. Лер, ты мне скажи, – Вадим Валерьевич прикрывает ещё больше дверь, ведущую в холл, – он тебя обижал, бил?

– Нет! – резко выкрикиваю я, а потом тише говорю: – Мы разошлись немного во мнениях по поводу того, какой должна быть семейная жизнь.

Объяснение обтекаемое, но в целом правдивое. Я не хочу рассказывать об измене мужа, не хочу вспоминать, потому что боль вернётся с новой силой. Снова будет удар, и я поднимусь, ведь есть ради кого, но для этого понадобится время. А я не хочу терять ни секунды.

Нет, я не сумасшедшая мамаша, но сейчас живу ради ребенка, ведь в этом возрасте она так во мне нуждается. Я немного прихожу в себя, хотя встреча с Тимуром все ещё не даёт покоя.

Но если бы он знал о дочери, то не стал бы ждать. Если бы знал, где я живу, то приехал бы туда, чтобы нам никто не мешал. Он приехал именно ко мне. Пусть будет так, пусть состоится разговор.

– Лер, ты же помнишь, – говорит Вадим Валерьевич, – что всегда можешь рассчитывать на меня.

Отвечаю ему улыбкой и иду на ресепшн. Спасибо, конечно, но я видела их борьбу с Тимуром. Шеф никогда не давал повода усомниться, что нас связывают только деловые и человеческие отношения, но сегодня все было по-другому.

Мужские игры я уже проходила. Обманы, аферы, только их решения… Поэтому нет, рассчитывать я могу только на себя. И буду.

Сегодня будто весь город замер – в гостинице вообще тихо. Я то и дело смотрю на часы над лифтами, удивляясь, что пока все спокойно. Но за полчаса до окончания моей смены около стойки опять появляется Тимур.

Это ожидаемо, поэтому моя реакция вполне нормальная.

– Лера, я буду ждать тебя у входа, – он не настаивает, а просит.

Пожалуй, это единственное, что меня удивляет, остальное уже отошло на второй план.

– Зачем? – спрашиваю равнодушно, хотя стук в ушах напоминает о том, что мое давление рядом с мужем не в норме.

– Нам надо поговорить, – какая банальная фраза, но в ней слышится что-то… такое, не поддающееся сейчас интерпретации с моей стороны.

– Хорошо, – киваю я. – Поговорим.

От этого все равно не убежать, если он уже здесь и знает, где я работаю. Главное, чтобы не узнал, где я живу. Уверена, Вадим Валерьевич не сказал, остальные не знают. С коллегами я общаюсь только по работе, в гости мы друг друга не приглашаем.

– Лера, только не сбегай, – Тимур пытается словить мою ладонь, но я успеваю ее отдернуть.

– Я же сказал, что мы поговорим, – уверенно повторяю, но в глаза мужу так и не могу посмотреть.

Переодеваюсь на механике, но понимаю, что оттягиваю момент, когда мы останемся наедине. А ведь раньше я готова была лететь к Тимуру в незастегнутом пальто, в обуви, которую быстрее всего можно надеть на ногу, даже с мокрыми волосами. Как давно это было… Или недавно, а просто так кажется.

Выхожу, подставив на секунду мелкому осеннему дождю лицо. Освежает – что надо перед сложным разговором. И даже улыбаюсь.

Тут же перед шлагбаумом останавливается машина. Работающие стеклоочистители размывают лицо Тимура, а я бы так и продолжила на него смотреть через эту пелену, но надо идти. Сажусь рядом, пристёгиваюсь. Он не трогается с места – значит, не знает, куда ехать.

– Припаркуйся где-нибудь недалеко, – смотрю по сторонам. – Поговорим, потом я пойду.

– Говори, куда тебя отвезти, – таким же тоном отвечает мне.

– Меня не надо никуда везти. Тимур, если ты приехал за разводом, то так и скажи. Я его тебе дам.

А вот с этим я погорячилась. Надо было не так… Салон будто заполняется воздухом, не предвещающим мне ничего хорошего.

Глава 8

– Развод? – переспрашивает Тимур тихо, но мурашки по коже от его тона. – Какой развод, Лера?

Напрягаюсь, но стараюсь держаться. Я снова испугалась. Отворачиваюсь к окну, закусив нижнюю губу. Мое дыхание становится рваным, шумным, Тимур это замечает. Дотрагивается до моего запястья, и теперь я перестаю дышать.

Тысячи мелких игл вонзаются в кожу в месте прикосновения. Приоткрываю окно, чтобы впустить хоть немного свежего воздуха в салон, где становится невыносимо жарко. Да и здесь все пропитано запахом Тимура, туалетной водой, которую он так и не поменял. Я ловила иногда похожий запах в толпе, возможно, этот же, но только на коже Тимура он был неповторимым.

– Так ты не за разводом? – наконец спрашиваю, пытаясь абстрагироваться от запахов, от присутствия Тимура рядом.

– Я бы хотел сказать, что за тобой, – грустно усмехается он, – но как ты это расценишь…

– А расценю я это так, словно ты нашел любимую игрушку и хочешь, чтобы она заняла свое привычное место в доме, – говорю, наверное, жёстко, но мне нужно избавиться от Тимура как можно быстрее. – Зачем? Игрушек везде полно. Тебе не составит труда поставить новую на мое место.

Вот же зараза! А это больно… Даже думать об этом, не то чтобы говорить. Но лучше так. Снова резать по живому, чтобы не было ни иллюзий, ни надежд.

– Что ты несёшь, Лера? Черт возьми, что ты несёшь? – сквозь зубы произносит Тимур, сжимая руль. – Давай посидим где-нибудь, нам надо много чего друг другу сказать.

И снова холодок пробегает по позвоночнику. Много чего? Это он о чем? Липкий комок страха начинает ворочаться внутри и мешает думать. Все, что касалось нас, давно сказано.

– Мне надо… – обрываю себя на ставшей уже такой привычной фразе.

– Куда тебе надо? – тут же спрашивает Тимур. – Кто-то будет волноваться, если ты не придешь вовремя? – медленнее, будто нехотя добавляет он.

Сразу будто удар в грудь. Я даже начинаю судорожно хватать воздух, и это очень походит на паническую атаку. И тут неожиданно… Тимур разворачивает меня к себе за плечи и целует. Он меня целует, черт возьми!

Это отрезвляет. Будто ледяной водой меня окатили. Упираюсь ладонями мужу в грудь и отталкиваю.

– Ты что делаешь? – возмущаюсь и нервно оглядываюсь.

Мы все ещё стоим около гостиницы. А это мне совсем не надо. Все эти сплетни, пересуды…

– Я где-то слышал, что задержка дыхания помогает при приступе паники, – серьезно отвечает Тимур. – Да не нервничай ты так, – замечает мое беспокойство, – никто нас не видел.

– Поехали, – прошу я и указываю в противоположную от моего дома сторону. – Там есть небольшое кафе.

Сейчас, когда голова немного начинает соображать, а только посылать импульсы страха, на меня снисходит озарение. Когда Тимур спрашивал о том, что кто-то будет волноваться, не намекая на ребенка. Он имел в виду другого мужчину. То, что я приняла за намек, было похоже скорее… на ревность?