Валерия Даль – Бывшие. Ты выбрал не нас, босс (страница 6)

Когда я возвращаюсь к дому тети Симы, звонит телефон. Нет, чуйка – это точно семейное у нас. Сашка с утра ошарашила меня вопросом об отце, интересно, что сейчас подготовила мама.

– Привет, – отвечаю, достав ключ зажигания и выходя на улицу.

– Привет, Ника, – мамин голос все ещё звучит молодо и бодро. – Как ты? Как Саша?

– Все хорошо, – выдыхаю, понимая, что Андрей уже занимает слишком много места в моей голове.

И почему я подумала, что звонок матери связан с ним? Хотя… Если он ездил к родителям, то она вполне могла узнать об этом.

Всё-таки ее идея с переездом была просто гениальной. Здесь, в Москве, ни у кого не было вопросов, кто отец моего ребенка, почему я одна. Ведь здесь я никого и не знала поначалу, кроме тети Симы.

– Я решила к вам приехать, – неожиданно ошарашивает меня новостью мама. – Вас стеснять не буду, остановлюсь у Серафимы.

– Можешь и у нас, – выдавливаю из себя.

Она поймет… Все сразу поймет. Про Андрея мы с ней с того дня в больнице и не вспоминали. Да, я иногда ловила мамины взгляды, когда начинала снова терзать себя, но приходилось тут же улыбаться. Я же решила, что буду сильной и забуду о нем. И если решила, то надо делать. Потому что слова, которые не подкреплены действиями, всего лишь ветер.

– На полу спать? – смеётся мама. – Я уже не в том возрасте. Билеты взяла на понедельник, вечером буду. Все, Ника, целую, пошла собирать вещи.

– Хорошо, пока, – на автомате отзываюсь и сажусь на скамейку.

Что-то много всего в последнее время. Андрей вернулся, мама приезжает. Стук сверху приводит меня в чувство, и я поднимаю голову. Сашка машет мне рукой через оконное стекло, и я, улыбнувшись, повторяю ее жест. Поднимаюсь в квартиру на неожиданно потяжелевших ногах, и дочка сразу начинает крутиться вокруг меня.

– Мам, поедем? – заглядывает мне в глаза с предвкушением.

– Егоза, – доносится из кухни голос тети Симы, – дай маме хоть поесть. Ника, иди сюда.

А полезет ли мне сейчас хоть кусок в горло? Но день будет долгим, поэтому надо хоть что-то в себя закинуть, чтобы не упасть в голодный обморок.

Мою руки, прохожу и падаю на табуретку, прислоняясь к стене спиной. Тетя Сима поворачивается ко мне и хмурится.

– Так, – подходит и прикладывает ладонь к моему лбу, – температуры нет. Тогда это явное переутомление.

– Да все со мной нормально, – добавляю в голос бодрости. – Сейчас твои целебные блинчики придадут мне сил на весь день.

– Наши, – поправляет меня Сашка. – Я тоже помогала готовить.

– Конечно, ваши, – притягиваю дочку к себе и целую.

Не знаю почему, но Саша больше не задаёт вопросов о возвращении отца. В субботу мы все же попадаем в парк и в кафе, а в воскресенье наводим порядок дома и готовим сырные крокеты, которые съедаем за просмотром мультфильма. Такая у нас воскресная традиция – готовим что-то новое.

Утро понедельника начинается с сообщения в корпоративном чате. В шесть тридцать, черт подери, утра!

«Собрание арт-директоров в моем кабинете в восемь. Соколовский А.В»

– Ночуешь ты, что ли, в этом кабинете? – тихо говорю я, откладывая телефон.

– Мамочка, что? – Сашка тоже продирает глазки и приподнимает голову.

– Полежи ещё чуть-чуть, – говорю ей, а сама поднимаюсь.

Вроде же образованный человек, должен был изучить трудовой договор, где указано черным по белому, что рабочий день начинается с девяти. Вот же… трудоголик! Такое впечатление, что у людей нет детей, семей и личной жизни.

Надеюсь, другие сотрудники, в отличие от меня, отключили на ночь оповещения.

В офис вхожу без десяти восемь, держа в руках стаканчик кофе. Дома выпила, по дороге ещё один купила. Сашу сегодня самую первую в сад привезла, но она недовольства не высказала. Молча переоделась и пошла в группу.

А вот у меня есть пара вопросов к нашему руководству.

Заспанный и взлохмаченный Костя появляется следом за мной. Дверь в комнату отдыха открыта, и там досыпает приехавший первым Паша.

– Мне нужно много кофе, – зевает Волков. – Желательно с антидепрессантами. Меня этот Соколовский до нервного тика точно доведет. Вот скажи, Ник, вроде ничего такой мужик, у него бабы, что ли, нет, чтобы под бочком утром греться, а не переться на работу?

Нет, ну это просто черт возьми… Сначала Катя с констатацией, что наш новый креативный директор красавчик. Теперь Костя со своими теориями о личной жизни Андрея. Если бы они знали… Но мне даже вида подавать не стоит. Я знала, что разговоров о Соколовском будет много. Вот только меня в них втягивать не надо.

– Волков, если ты так много болтаешь, значит, вполне выспался, – появляется из комнаты отдыха Паша и забирает у Кости стаканчик с кофе. – Живительный напиток, – блаженно щурится.

– Нет, ну а как ещё объяснить такое рвение в понедельник утром? – продолжает возмущаться Костик. – Импотент он, что ли?

Да никакой он не… Отворачиваюсь, понимая, что воспоминания, от которых кидает в жар, сейчас совершенно некстати. Поднимаю глаза и ловлю насмешливый взгляд Андрея. В пустом опен спейсе наш разговор со своего балкончика он наверняка хорошо слышал. Надеюсь только, что мою реакцию не рассмотрел.

Оттолкнувшись от перил, Андрей скрывается в кабинете. Часы показывают ровно восемь.

– Парни, время, – сообщаю я, и мы поднимаемся в кабинет.

Андрей, в отличие от нас, выглядит с иголочки. Наверняка, как в американских фильмах, поднялся в четыре, в наушниках отправился на пробежку, принял душ, позавтракал сбалансированно и правильно и отправился на работу. Энергия из Соколовского прямо прёт.

– Доброе утро, – приветствует нас креативный директор.

– Андрей Витальевич, – решаю перейти я сразу к делу, – вы трудовой договор читали? Наш рабочий день начинается с девяти. Или вы думаете, что все здесь должны подстраиваться под ваш личный график? Немного эгоистично, не находите?

Ох, зря я все это выдала при парнях…

Глава 9

Лицо Андрея становится каменным, а я под взглядами трёх пар глаз чувствую себя голой. Наконец Соколовский, казалось бы, равнодушно спрашивает:

– Вы не выспались, Вероника Савельевна, или не с той ноги встали? – и откидывается на спинку своего кресла.

Ох, как это обманчиво. Он всегда умел справляться с эмоциями, и это не изменилось. Но меня не обманешь – сейчас он злится. Однако не потому, что я его отчитала при Пашке и Косте. Здесь что-то другое, только… Я не могу понять что.

– Но Ника права, – поддерживает меня Волков, обретя первым дар речи. – Если вы планируете подобные собрания ежедневно, то надо предупреждать не за полтора часа до начала.

– А у Вероники Савельевны это был лимит слов на день? – Косте достается вообще убийственный взгляд. – Я вопрос задал ей.

– Я выспалась, – отвечаю на первую часть. – И встала с той ноги.

Волкову, конечно, спасибо, что поддержал меня, но если бы он знал… Ни за что бы не полез. И я ведь просто обозначила рабочий момент, но такое впечатление, что эта перепалка начинает переходить во что-то личное. Не с того мы начинаем общение, точно не с того.

– Я никого не заставлял приезжать, но вы все здесь, – констатирует факт Андрей. – Делаю вывод, что работа для вас важна и личные дела вы можете подвинуть.

Я едва не открываю рот, чтобы снова возмутиться. Молчи, Ника, это же Соколовский, который готов пахать день и ночь, забыв про сон, еду и прочие прелести жизни.

– Вы устроили нам проверку? – молчавший до этого Пашка усмехается. – Креативненько, креативненько… – бормочет уже тише.

– Надеюсь, из-за этого вы не станете устраивать офисные войны, – теперь уже улыбается Андрей и почему-то при этом смотрит только на меня. – Послушайте, я пришел сюда с наработанной уже базой собственной клиентуры. Причем не только в России. И я хочу, чтобы мы стали сплоченной командой.

Командой, Соколовский? Мы были с тобой вдвоем неплохой командой и могли бы к этому, что имеем сейчас, прийти вместе, но ты сам развел наши пути-дороги.

– Если вы хотите масштабно развернуться, – почесав висок, говорит Костя, – то нужно больше сотрудников. И ещё хотя бы один арт-директор.

– Это не все, – довольный собой, Андрей снова улыбается.

Господи, да что он ещё придумал? Представляю, какие грандиозные у него планы. И ведь реализует. Пойдет против всех и всего ради успеха. Только смогу ли я в этом поучаствовать с наверняка ненормированным графиком?

– Вы хотите работать не только на прямых заказах, но и представлять нас в условиях конкуренции, – понимаю я.

Азарт, ажиотаж, желание показать себя и быть первым – мне все это нравилось в Андрее. Я заражалась этим, мы участвовали во всевозможных конкурсах. Но даже второе место Соколовского не устраивало. Синдром отличника. А потом то, что мне в нем нравилось, стало нашим камнем преткновения.

– Да, – подтверждает Андрей. – Поэтому будьте готовы к командировкам. И именно наши проекты должны выбирать заказчики, объявившие конкурсы.

– А сверхурочные и командировки хоть оплачиваться будут? – спрашивает Волков.

А я в это время лихорадочно соображаю. Как мне отвертеться от командировок? Андрей привык к большому размаху – небольшие вершины не для него, ему надо покорить Эверест.

– Насчёт финансирования не переживайте, – кивает Соколовский, чем радует Костика, но отнюдь не меня. – Эта неделя ещё пройдет в обычном для вас режиме, а потом… Если вы не справитесь с нагрузкой, если вам не нравится мой подход, то я никого не держу. И передайте это все своим командам. Заодно подготовьте мне список, у кого штат не полностью укомплектован, кто, возможно, тормозит работу. Плюс Никитин обещал проспонсировать курсы, если у кого-то недостаточная квалификация. Кстати, языковые курсы, особенно вам, тоже понадобятся. Кто какими языками владеет и на каком уровне?