Валерия Чернованова – Требуется помощница, или Светлая против темного (страница 16)

На встречу с Лукасом я собираюсь на автопилоте, продолжая думать о Хоросе. И рада бы вышвырнуть его из своих мыслей, да вот не получается, этот паршивец всё время в них возвращается.

Рейес забирает меня около восьми. Обуваюсь я под неодобрительным взглядом своей соседки, которая традиционно обижается, что я опять «улетаю на гульки», вместо того чтобы провести время со своей подругой. Я бы и рада отказаться от гулек, но Лукас ничего не желает слушать.

– Может, закажем еду на дом и посмотрим какой-нибудь фильм? – предпринимаю ещё одну попытку его уговорить.

Бесполезно.

– Кара, детка, вообще-то договор был, что у меня с тобой свидание, а не у меня с тобой и твоей угрюмой соседкой.

– Тише ты! – шиплю на него и, честно стараясь улыбнуться, прощаюсь с Джен, обещая, что завтра я буду в её полном распоряжении.

– Без разницы, – равнодушно бросает она, и мне хочется не то взвыть, не то зарычать.

Я не психолог, не представляю, как до неё достучаться, и терпением особым тоже не могу похвастаться. Мне жаль Джен, я понимаю, что ей сейчас непросто, но… Но в последнее время мне хочется хорошенько её треснуть!

Ладно, вдохнула-выдохнула, выключила режим «медленно звереющая фея» и включила режим «Кара-подруга». Что бы там ни думал себе Лукас, а мы с ним просто друзья, и это не настоящее свидание, а субботний вечер с приятелем.

– Когда-нибудь бывала в «Безумном»? – интересуется Рейес, уже когда мы подлетаем к ночному клубу.

Грохочущие басы слышны даже на улице, представляю, что творится внутри.

– Пару раз, – отвечаю я, отправляя сейт в маленький чёрный клатч.

Пока летели, Лукас не сводил взгляда с моих коленей, рискуя или в кого-нибудь врезаться, или нарваться на то, что я, не выдержав, ему врежу.

– Мм, – он с лёгким разочарованием поджимает губы, – а я надеялся тебя впечатлить.

– Ночным клубом? – Я невольно хмыкаю.

– Между прочим, лучшим в Кадрисе, – весомо замечает Лукас. – В него не так-то просто попасть.

Меня так и подмывает повторить прощальную фразу Джен: «Без разницы», но я всё-таки сдерживаюсь. Внутри «Безумного» тьма пожирает вспышки огней. Они то появляются внезапно, ослепляя резко и яростно, то также внезапно гаснут, отчего приходится двигаться почти на ощупь. Я люблю танцевать и невольно подхватываю ритм громкой, разрывающей в клочья сознание музыки.

– Что-нибудь выпьешь? – кричит Лукас, потому что иначе я его просто не услышу.

Киваю в ответ, понимая, что мне сейчас жизненно необходимо расслабиться. Пара коктейлей пойдут мне на пользу и помогут убить время.

Мы устраиваемся за барной стойкой, в чёрном глянце которой я ловлю своё отражение и плотоядный взгляд Рейеса.

– Ты бы для разнообразия попробовал смотреть куда-нибудь ещё, – советую, заметив, что он снова пялится на мои колени. В вырез блузки тоже заглядывает, с раздражающей регулярностью.

Нет бы весь вечер тонуть в моих прекрасных глазах, или как там обычно говорят.

Хищно усмехнувшись, Лукас подаётся ко мне.

– Ничего не могу с собой поделать, де Ларра. Я слишком крепко на тебя подсел, чтобы смотреть куда-то ещё.

Горячая ладонь ложится мне на ногу, медленно скользит вверх, задирая и без того не слишком длинную юбку.

– Воу, Рейес, притормози. – Упираюсь рукой ему в грудь, и Лукас нехотя отстраняется, а я в который раз ругаю себя за то, что вляпалась в эти свидания.

– И долго собираешься меня дразнить?

– Вообще-то не собираюсь и не дразню.

– То есть это ты не для меня так сексуально оделась?

Ну вот и как объяснить человеку, что в ночной клуб не ходят в трениках.

– На второе свидание надену скафандр.

– И в нём, детка, ты будешь не менее сексуальной.

Безнадёжный случай.

К счастью, в этот самый момент бармен пододвигает ко мне коктейль, и наш с Рейесом трёп перестаёт так сильно меня бесить. После нескольких глотков ультрамаринового напитка настроение улучшается, я почти расслабляюсь и почти перестаю считать часы и минуты, оставшиеся до полуночи. Возможно, получится закруглиться даже раньше, а пока что…

– Ещё коктейль? – с улыбкой предлагает Рейес.

Я даже не заметила, как приговорила первый.

– То же самое, только с двойной порцией сильры, – говорю бармену и тот, понятливо усмехнувшись, начинает смешивать волшебные ингредиенты для моего хорошего настроения.

Тёмные почти не пьянеют, и меня тоже алкоголь берёт не сразу, но в этот раз всё идёт не по плану. Если после первого бокала я чувствовала приятную слабость, то сейчас меня откровенно ведёт. Лукас то и дело подаётся ко мне, что-то шепчет на ухо, почти касаясь меня губами, но мне никак не удаётся понять, что ему от меня нужно и почему он снова меня лапает, позабыв обо всех дистанциях.

Оттолкнуть настырного препода не получается. Вроде бы и хочу поставить его на место и в то же время от его прикосновений незаметно начинаю заводиться.

Я – и хочу Рейеса? Должно быть, это нервное.

– Пойдём потанцуем, детка. – Взяв за руку, он ведёт меня в толпу, и я послушно (кто бы мог подумать!) за ним иду.

Резкий рваный ритм подхватывает меня вместе с руками Лукаса. Он притягивает меня к себе, вжимает в себя, давая почувствовать и понять, как сильно меня хотят.

Удар сердца сливается с ударом басов, и меня начинают целовать. Слишком жадно, слишком нетерпеливо, и мне бы послать к йоргам этого недодруга, но вместо этого я отвечаю на его поцелуи, тщетно пытаясь понять, на самом ли деле его хочу или что-то не так с моим телом.

Как вариант, с мозгами. Но с ними и правда не всё в порядке, иначе бы я не сунулась вчера в «Эрреру».

Эта умная мысль обрывается вместе с поцелуем, когда от меня вдруг относит Лукаса. Его швыряет в толпу, дружно ахнувшую и отскочившую как минимум на пару метров. Первые секунды я никак не соображу, когда это Лукас научился летать и какого йорга он валяется на полу.

Не соображаю я ровно до того момента, пока в поле моего зрения не попадает бешеный зверь. По-другому Хороса не назовёшь, бешеный как есть. Меня всю встряхивает от его дикого, тёмного взгляда. Отступаю, пячусь, хоть и понимаю, что мне от него теперь уже точно не спрятаться.

В одно мгновение тёмный оказывается рядом, хватает меня за руку, и мне хочется зашипеть не то от боли, обжёгшей запястье, не то от ярости, затопившей сознание.

– Пойдёшь со мной, – бросает он, дёргая меня за руку, как если бы я была его собственностью, его игрушкой.

– Да пошёл ты!

Нет, это какое-то издевательство – не успеваю я послать тёмного, как йоргова музыка вдруг резко обрывается. Берёт, зараза такая, и cтихает, и те, кто ещё не успел обратить на нас внимание, дружно его обращают. Замечаю, как тьма в глазах высшего расползается по светлым радужкам, полностью их затапливая, и понимаю, что зря я это сказала.

Ну то есть выкрикнула. Так громко, что все услышали. Миленько.

Позвольте представиться, Кара, бабушку вашу, суицидница.

К тому времени Лукас уже успевает подняться и, не дав себе даже пары секунд на то, чтобы одуматься, бросается мне на помощь. Тоже, видимо, жить надоело.

Смертник.

– Оставь её в покое! Слышишь?!

Кажется, сегодня у меня на одного друга станет меньше.

Если высший и услышал его требование, то виду не подал, отвернулся от багровеющего препода и поволок меня за собой. Я хоть и буду посильнее любой среднестатистической девушки, но справиться со взбешённым тёмным не под силу даже фее с неправильными генами.

Может, позвать секьюрити? Но на нас и так уже все пялятся, только настоящего скандала для полного комплекта сейчас не хватало. И, можно подумать, охранники мне чем-нибудь помогут.

Проявляя чудеса храбрости, Рейес кидается следом, хватает Хороса за плечо и разворачивает его к себе. Вернее, тёмный сам разворачивается, не разжимая пальцев, которыми, словно наручниками, приковал меня к себе.

– Я же сказал, оставь её в покое, придурок!

Придурок? Бедный, бедный Лукас.

Я не вижу лица высшего, только его затылок. Но, наверное, это даже к лучшему. Лучше любоваться его гладко прилизанной шевелюрой, чем в человеческих чертах видеть черты взбешённого хищника.

– Ещё одно слово, и ты – калека, – вкрадчиво, почти что шёпотом предупреждает тёмный Рейеса, и я почему-то сразу верю. – Я и так сдерживаю себя из последних сил, хоть единственное, чего мне сейчас хочется, – это послушать, как будут хрустеть твои кости. А я не привык себе ни в чём отказывать и, если ты сейчас же не исчезнешь, я реально могу сорваться.

И Лукас… исчезает. И я его за это даже почти не ругаю. Он, конечно, может попытаться врезать Хоросу, но наверняка его потом придётся собирать по кусочкам и складывать эти самые непрезентабельного вида кусочки в регенерационную капсулу. Если, конечно, там будет, что складывать.

Меня выволакивают на улицу (сказать, что из клуба мы просто выходим язык не поворачивается) и тащат к оставленному в стороне от других машин аэрокару, к которому мне совсем не хочется притаскиваться.