Валерия Чернованова – Требуется невеста, или охота на светлую (страница 19)
— Выпьете, сонорина Лэй?
Бокальчик чего-нибудь крепкого помог бы мне расслабиться (без алкоголя расслабляться в обществе Тёмного как-то не получается), но с такими темпами я сопьюсь уже к Новому году и превращусь в фею-алкоголичку.
Так себе перспектива.
— Нет, спасибо.
Хорос не настаивает. Приблизившись к консоли, на которой возвышаются, поблёскивая в приглушённом свете бра, разномастные графины, подливает себе в бокал янтарной жидкости.
— Как прошёл день?
— Насыщенно.
Отблески света играют на гранях бокала. Я смотрю на него, избегая встречаться с Хоросом взглядом, но этот самый взгляд то и дело предательски соскальзывает на сильные пальцы высшего, сжимающие хрупкое стекло с такой силой, что даже удивительно, как оно ещё не треснуло.
— Марисела себя хорошо чувствует?
Ум? Он моей дочерью интересуется?
— Да, спасибо. У неё с самого утра хорошее настроение, и она полна энергии.
— Отлично, — кивает высший.
Я тоже киваю. Зачем — не знаю. Сплетаю перед собой пальцы, хоть на самом деле хочется обхватить себя за плечи руками. Почему-то платье, достаточно скромное, кажется до безобразия откровенным под пронизывающим взглядом Тёмного.
А всё из-за Дины. Теперь и я её стараниями начну сочинять сказки.
— Как обстоят дела с моим братом? До чего вы с ним договорились? — Высший опрокидывает в себя содержимое бокала и снова подходит ко мне.
И мне снова не то холодно, не то жарко, и это странное, совершенно непонятное чувство провоцирует учащение пульса.
— До прогулки по пляжу и до совместных занятий, — кое-как совладав со своим пульсом, лаконично отчитываюсь перед работодателем.
— Занятий чем? — резко интересуется он.
— Сонор Хорос не уточнял.
— Но вы же не станете сразу прыгать к нему в постель? — неожиданно заявляет Тёмный, отчего я теряюсь ещё больше.
А потом ещё говорят, что мы, женщины, — создания непостоянные, переменчивые. Ну-ну…
— Вы велели мне быть с сонором Хоросом покладистой. Думаю, вы ознакомились с моим резюме и знаете, что я работник послушный и исполнительный.
— Исполнительный? — щурится Тёмный.
Недобро так щурится, я бы даже сказала зло.
— Очень.
— Вчера вы заявили мне, что я ни йорга не понимаю в отношениях и что вы сами будете решать, какой будете с моим братом.
— Ну вот я и решаю.
— Быть покладистой?
Покладисто киваю и замечаю, как у Хороса на скулах обозначаются желваки.
Сама не понимаю, зачем всё это ему говорю. Чувствую, что с каждой секундой и с каждым моим ответом он всё больше злится и раздражается и сама на него тоже злюсь. За то, как он смотрел на меня сегодня днём, и тот его взгляд был совсем не похож на этот, которым он удостаивает меня сейчас. Который скользит по моим губам, замирает на них, обжигая, и…
— Я не помешала?
Я так резко отступаю, что чуть не выворачиваю себе ногу. Нет, я умею ходить на шпильках и даже бегать, но когда кто-то так неожиданно появляется в комнате, прерывая… А что, в самом деле, прерывая? Мы ведь просто разговаривали, об исполнительности и послушании. А то, что у меня даже сейчас по телу продолжает бежать дрожь, так это всё от нервов.
Стрессы, волнения…
Взгляд Тёмного леденеет, когда он переводит его на Сивиллу. Я бы под таким тоже стопроцентно заледенела, но старшая Сольт не спешит этого делать. Проходит в библиотеку, плавно покачивая бёдрами, словно ошарра, которая, вдоволь нагулявшись, вернулась домой к любимому хозяину.
Понятия не имею, откуда взялось это сравнение, но Сивилла сейчас действительно похожа на ошарру. Смотрит на Хороса, разве что не облизываясь, и того и гляди начнёт мурлыкать.
— О чём вы тут секретничаете? — мягко интересуется хищница.
— О резюме сонорины Лэй, — бесстрастно отвечает Тёмный.
— Уверена, Эления очень одарённая девушка, иначе бы ты не принял её к себе на работу.
— Что тебе нужно, Сивилла? — Высший явно не собирается обсуждать меня со своей будущей родственницей.
Сольт на мгновение морщится, но тут же берёт себя в руки и расплывается в улыбке. Если у Фелисии они все светлые и нежные, то улыбки старшей сестры я бы назвала порочно-провокационными.
— Семья уже в сборе. Все только тебя и ждут. Вас ждут, — косится она на меня. — Или мне стоит им сказать, что вы подойдете позже?
Если бы взглядом можно было убивать, Сивилла стараниями Хороса не дожила бы до семейного ужина.
— Мы закончили, — бросает Тёмный и выходит.
— Ну что, Эления, вы с нами? — зовёт меня Сивилла, а когда я оказываюсь с ней рядом, она тихонько шепчет мне на ухо: — Увы, но этот брат уже занят. Можешь попытать счастья и подцепить младшего. Говорят, ему нравятся смазливенькие феечки. Пару ночей он точно будет в твоём полном распоряжении.
ГЛАВА 11
— Мне нравится выбор Фели.
— О чём это ты? — спрашиваю я, пытаясь сосредоточится на отчёте, который только что скинула мне Камила, но вместо этого почему-то опять (йорг знает какой за сегодня раз) возвращаюсь мыслями к крылатой.
Дожил… Третий день подряд думаю об этой девчонке. Светлой. Да мне самому должно быть от себя противно. Не хватало ещё уподобляться Ксанору и тащить к себе в постель кого ни попадя. Феи-шлюхи — это по части брата.
Эления, конечно, не шлюха (хоть уже давно не невинна), но она Светлая, и этим всё сказано. Ей вообще не следовало сюда прилетать. Пусть бы крутилась возле моего брата в Кадрисе. Здесь есть кому с ним нянчиться и кому сдерживать его порывы.
— Я говорю о нашей фее, — подаёт голос чудовище. Ксанор сидит, развалившись в кресле, и вертит в руке уже почти опустевший бокал с сильрой. — Горячая штучка, хоть и пытается строить из себя недотрогу и скромницу. Но я таких знаю. Это поначалу они ледышки, а когда начинают таять… Уверен, такая, как Ленни, знает, как доставить мужчине удовольствие, и сегодня мы это проверим.
Перед глазами встаёт картина: тугие плети тьмы овиваются вокруг шеи Ксанора и душат его, пока он не посинеет.
Приятное будет зрелище.
— Оставь девочку в покое. — С трудом совладав с порывом осуществить свою фантазию, я возвращаясь к отчёту.
— С чего бы? — усмехается брат. — Такие девочки на дороге не валяются.
— Ты отвлекаешь её от работы. Она нужна Фелисии, а не тебе. Ты ведь не хочешь расстроить мою невесту? — Поднимаю голову и в упор смотрю на Ксанора.
Братец морщится, но выдавать очередную тупую реплику не спешит. Молчит.
Когда-то отец хотел, чтобы они с Фели поженились. Папаша вообще строил много разных планов. Например, насчёт меня и Сивиллы. В больных фантазиях Гаспара Хороса его старший сын женился на старшей дочери Сольтов, а младшему недоразумению доставалась средняя.
Я решил по-другому. Всю жизнь прожить с этой ядовитой тварью Сивиллой — что я, враг себе, что ли? Другое дело Фелисия. Из неё выйдет идеальная первая сонора Грассоры, идеальная спутница жизни, идеальная мать. Она в принципе идеальна, и Ксанору на этот идеал всегда было плевать. До того, как между мной и Фели завязались отношения, он не обращал на неё внимания. Но стоило нам официально объявить, что мы вместе, как чудовище будто с цепи сорвалось. Видите ли, у него на Фелисию тоже были планы, и, вообще, это ведь святое — исполнить последнюю волю папаши. Вот только он раньше не спешил её выполнять и продолжал трахать всё, что попадалось ему на глаза. Каждую мало-мальски симпатичную девицу, готовую на всё ради того, чтобы провести ночь с Тёмным.
И сегодня он собрался сделать то же самое с Эленией.
— Я претендую только на ночи этой малышки. Днём она целиком и полностью в распоряжении твоей невесты.
Желание придушить Ксанора не отпускает, становится навязчивым.
— Тебе, кстати, тоже не помешало бы расслабиться. — Поставив бокал, брат поднимается с кресла и разминает шею. — Вон Сивилла при виде тебя чуть ли не облизывается. А ведь она будет погорячее Фелисии.
От перспективы «расслабиться» с Сивиллой меня передёргивает.