Валерия Бояровская – ESP (страница 6)

Неожиданно Марк ощутил такой прилив сил, которого у него никогда не было. Марк вцепился левой рукой в запястье амбала, а правой попытался дотянуться до его глаз, вспомнив, что они являются уязвимым местом. Но этого не понадобилось: в следующую секунду Марк почувствовал, что по его венам потекла энергия, как будто ему вкололи раствор адреналина. Эта энергия требовала выхода и в его ладонях появилось ощутимое покалывание, которое обратилось разрядами тока, что ударили удерживающего Марка ублюдка. Руки амбала разжались. Марк рухнул на землю, кашляя и задыхаясь. Быстро удаляющиеся шаги он уже не расслышал.

Марк лежал на земле и даже не пытался встать, хотя дрожь уже прошла, как и кашель. Внезапно его пнули в плечо и когда Марка открыл глаза, то первое, что увидел, были длинные каштановые волосы, почти касающиеся его лица.

– Поднимайся давай, герой чертов! – рявкнули на него хриплым женским голосом. – Надо валить!

ГЛАВА 3. Благодарность (Марк)

Июль, 2020 год

– Ч-что? – прохрипел Марк. Горло болело, но терпимо, живот ныл, а также кружилась голова. Марк подумал, что, наверное, он должен чувствовать себя намного хуже, но у него откуда-то появились силы, чтобы приподняться и сесть. Марк оглянулся, опасаясь, что тот страшный человек все еще рядом и собирается его добить, но в подворотне была лишь спасенная им девушка.

– Какого черта ты там валяешься?! – снова рявкнула она на Марка, и он, сделав над собой усилие, встал и, наконец, смог сфокусировать взгляд на быстро передвигающемся женском силуэте.

Незнакомка уже успела подобрать нож, вытереть кровь и теперь вышла из-за того самого угла, откуда совсем недавно выглядывал Марк, держа в руках уроненный им пакет с продуктами. Ее голос, полный злобы, раздражения и, как ему показалось, легкого высокомерия, совсем Марку не нравился, как и ее поведение. Не то чтобы он ожидал, что она упадет на колени и станет благодарить его, но ведь можно хотя бы спасибо сказать. Да и не мешало бы поинтересоваться, как чувствует себя ее защитник. А в итоге Марка пнули и наорали еще. И вообще, девушка вела себя так, будто он ей не помог, а помешал!

– Надо пойти в полицию, написать заявление. И нам следует еще в больницу заглянуть, – стараясь скрыть раздражение, предложил Марк, по-прежнему хрипя. Не так он хотел провести вечер, но оставлять девушку одну после случившегося казалось ему неправильным. Хотя по ее поведению было не похоже, что ей нужна помощь.

– Никакой полиции и больницы, – отрезала незнакомка. – Мы уходим и быстро! Ты живешь недалеко отсюда, я права? Раны можно и дома обработать, – прошипела девушка так злобно, что Марку даже стало не по себе. Она смотрела на Марка так, словно хочет еще раз пнуть его. Ее не особо симпатичное лицо, на скуле которого уже налился синяк, кривилось от еле сдерживаемой ярости.

– У тебя кровь, между прочим, – отметил Марк. Действительно, серая футболка незнакомки была испачкана в крови, судя по всему, девушку успели порезать в драке. Может хоть это заставит грубиянку передумать?

– Царапина, – отмахнулась та и поправила свою клетчатую рубашку, прикрывая пятно. Затем незнакомка, точнее, уже знакомая, просто без имени, развернулась и пошла вперед. Чертыхнувшись, Марк поспешил за ней, догнал, забрал пакет с продуктами, и они вдвоем двинулись в сторону Йорк-стрит.

Было поздно, на улицах давно зажглись фонари, однако прохожие на пути им все равно попадались. Марк постоянно поправлял ворот рубашки, опасаясь, что кто-нибудь заметит следы удушья и заподозрит неладное. Девушку же ее внешний вид явно не заботил, и даже если бы кто-то рискнул поинтересоваться, что у нее с шеей или лицом, то он или она услышали бы в лучшем случае много чего «хорошего». Марк в этом не сомневался.

– Куда дальше? – поинтересовалась его спутница, рассматривая однообразные домики Йорк-стрит в георгианском стиле.

– А куда мы вообще идем? – в свою очередь спросил Марк. – И как тебя зовут, кстати? Я Маркус Браун, можно просто Марк.

Девушка задумчиво посмотрела на него, словно бы спрашивая саму себя, стоит ли ей представляться.

– Луиза Уотсон, – наконец отчеканила она. – Мы идем к тебе домой. Куда дальше?

У Марка от такого заявления челюсть устремилась куда-то на уровень пакета с продуктами. Вот это новость! Они идут к нему домой! И это даже не он так решил, а эта Луиза! Какого дьявола вообще творится сегодня?!

– А почему мы идем ко мне домой? – нарочито спокойно поинтересовался Марк.

– Рана у меня несерьезная, но ее надо обработать. И тебя было бы неплохо проводить, а не то заблудишься и можешь нечаянно забрести в полицейский участок, – невозмутимо объяснила Луиза.

– Делать мне нечего, как тебя к себе домой тащить! – разозлился Марк, но взглянув на синяки на шее Луизы, почувствовал пинок совести. Возникала дилемма: у него не было желания вести в дом незнакомого человека, к тому же такого грубого и беспринципного, однако оставить на улице девушку, которую недавно пытались убить, он тоже не мог. Ну почему Луиза сама не хочет идти в полицию и больницу?! Марк тяжело вздохнул, у него болели голова, шея, живот, вообще все – спорить просто не было сил. Кроме того, обстоятельства произошедшего не давали ему покоя, а Луиза могла их прояснить. «Обработает раны и сама свалит, – решил Марк в итоге. – С Ингрид как-нибудь объяснюсь, хотя они, может, и не столкнутся». Не говоря ни слова, Марк двинулся в сторону дома пятьдесят один, где они жили с сестрой. Луиза, правильно приняв это за молчаливое согласие, последовала за ним.

Вскоре они остановились около четырехэтажного дома, отличающегося от своих близнецов-соседей лишь дизайном окон и дверей. Доставая из кармана ключи и вставляя их в замочную скважину, Марк все еще не мог поверить, что в самом деле привел домой почти незнакомую девушку, и чувствовал себя идиотом. Света в окнах не было, а значит, Ингрид еще не пришла, что немного успокаивало. Луиза же с интересом рассматривала здание, терпеливо ожидая, пока парень откроет дверь.

– Неплохо, – прокомментировала она, рассматривая дом. – Ты в квартире живешь?

– Нет. Весь дом наш.

– Живешь с родителями?

– Нет.

– Один?

– … нет.

Луиза покосилась на него, но больше вопросов не задавала. Марк тем временем открыл дверь, но зайти не решался. Пока они добирались сюда, ему удавалось глушить в себе любопытство, считая, что время для расспросов было неподходящим, однако сил терпеть уже не было. Когда Марк отошел от шока и восстановил в памяти моменты из недавней драки, то понял, что произошедшее было нечто бóльшим, чем обычным мордобоем в подворотне.

– Тот парень… Он был эспером? – тихо спросил Марк у Луизы.

– Да, – кивнула Луиза.

– А…

– Не надо говорить об этом на улице, – Марк поспешно закрыл рот соглашаясь. – Идем.

Несколько лет назад Марк не ошибся, когда предположил, что мисс Браун богатая женщина, правда, источник ее доходов он так и не узнал. Про свою благодетельницу Марк и Ингрид знали поразительно мало: ее зовут Кэтрин Браун, ей тридцать лет (а тогда было двадцать пять, хотя и сейчас она выглядит очень молодо, максимум на двадцать), мисс Браун богата, с ней лучше не спорить. Дети до сих пор не знали ни о ее профессии, ни про семью, ни где она живет. Дом на Йорк-стрит принадлежит мисс Браун, но живут в нем Марк и Ингрид вдвоем. Приемная мать приезжает к ним раз в полгода, оставляет деньги и интересуется успехами в учебе: в этом году Марк и Ингрид закончили Хайгейт. Если ее все устраивает, то она просто кивает, если нет – не выдает карманные деньги, пока успеваемость не будет исправлена. Настоящей мамой Кэтрин Браун им так и не стала, да и не собиралась. Но все же это было лучше, чем ничего. Говоря начистоту, Марк и Ингрид были невероятно благодарны мисс Браун и такое положение вещей постепенно их перестало смущать, хотя тень обиды осталась.

Они жили вдвоем в четырехэтажном доме, закончили одну из лучших школ в Лондоне, у них хватало денег и на необходимые вещи, и на развлечения, но ребята их попусту не тратили, а старательно откладывали – вечно сидеть на шее мисс Браун Марк и Ингрид не собирались. С шестнадцати лет Марк и Ингрид искали себе подработки, чтобы научиться самим зарабатывать на жизнь и иметь собственный источник дохода. Мисс Браун говорила, что если они захотят, то она устроит их в любой университет мира, а потом поможет с работой, но Марк и Ингрид отказались, так как хотели сами распоряжаться своей жизнью. Тем более, и им за это было немного стыдно, так вышло, что оба понятия не имели, чем бы они хотели заниматься, поэтому и откладывали поступление.

Зайдя в дом, Марк включил свет, осветив небольшой коридор, в конце которого находилась лестница на верхние этажи. Справа находились проходы в гостиную и кухню, куда Марк и повел свою гостью в поисках аптечки. Эти комнаты были объединены в одно просторное светлое помещение, что радовало Марка и Ингрид. Было удобно смотреть что-нибудь по телевизору, имея возможность быстро сбегать к холодильнику за закусками.

Марк поставил пакет на стол и пошел в ванную комнату, чтобы достать аптечку

– Это твоя девушка? Ты с ней живешь?

Марк резко обернулся, удивленный вопросом. Луиза стояла около комода в гостиной и держала в руках единственную фотографию в комнате. На ней были запечатлены шестнадцатилетние Марк и Ингрид, празднующие свое первое Рождество в собственном доме. Они впервые делали снимок, да ещё и на свой фотоаппарат. Подумав об этом, Марк невольно улыбнулся воспоминаниям. Как же давно это было! Тогда они с Ингрид проводили все время вместе, исследуя город, готовясь в школе, обставляя дом. Сейчас же Ингрид предпочитала гулять и общаться со своими школьными друзьями или с парнями, которые звали ее на свидания, а с Марком у нее почти не осталось общих интересов, ведь он все больше погружался в изучение эсперов. Марк не видел в этом ничего плохого, это был естественный процесс социализации, но порой ему становилось обидно, что сам он из этого процесса был исключен. «Но в этом есть и твоя вина, не так ли?» – подметил ядовито голосок внутри головы Марка.