Валерия Ангелос – Ты моя одержимость (страница 49)

А я смотрю в его глаза и чувствую, как дрожат губы, как немеют от волнения кончики пальцев, как по коже расползаются колючие мурашки.

- Это ты прости, - заявляю сбивчиво. - Я как чокнутая себя повела. Чуть тебя не прибила. Клянусь, готова была придушить. И если честно, до сих пор хочу стукнуть.

- Стукни, - усмехается. - Хотя я другого хочу.

- Расскажи, - судорожно выдыхаю.

- Зацеловать тебя, - ведет языком по моей нижней губе, а потом прихватывает ее зубами и сжимает, оттягивает к себе. - Залюбить.

-Так чего ты ждешь?

Тимур подхватывает меня и притягивает ближе, усаживает на колени так, что я должна обнять его мощный торс ногами. Ткань больничной рубашки задирается до талии. Нас разделяет лишь тонкая полоска моего нижнего белья и плотные брюки.

Стук в дверь как удар грома.

- Твои помощники? - гулко сглатываю. - Пошли их к чертям. Нет ничего настолько важного, что не подождет пару минут.

- Минут? - издевательски выгибает бровь.

- Час, - вспыхиваю. - Нам нужен хотя бы час.

- Я бы взял ночь, - в его глазах полыхает дьявольский огонь.

- Я не против, - усмехаюсь.

Тимур запечатывает мой рот поцелуем. Алчным. Жадным. Ранящим. Так лишь он один умеет касаться, овладевать каждым движением губ, пронзать языком насквозь.

А в дверь опять барабанят. Нагло. Настойчиво.

- Дьявол, - выдает муж, отрываясь от меня.

- Отправь их...

В палату врывается Резник.

- Какого хрена? - ревет он, но оценив положение, в котором мы находимся, фыркает и отворачивается. - Ваши слюнявые нежности умиляют, но может, мы сперва решим проблемы, а потом начнем отрываться по полной?

- Глеб, я же сказал, - цедит Тимур. - Беспокоить можно в единственном случае.

- Точно, - хмыкает тот. - Я помню, и этот случай как раз сейчас наступил. Генерал здесь, поднимается на этаж, обрядившись в костюм врача. Он явно намерен навестить свою дочурку.

- Мой отец тут? - поражаюсь.

- Да, ребята попробуют его отвлечь и задержать, - Резник бросает взгляд на часы. - Но не думаю, что у нас больше пяти минут до столкновения. Надеюсь, вы успели обсудить наш дальнейший план до того, как бросились лизаться?

Мы с Тимуром обмениваемся выразительными взглядами. Глеб наблюдая за этим, чуть ли не взвывает от негодования.

- Не нужно переживать, - говорю я. - Это мой отец. Мы найдем общий язык. Даже в самых трудных ситуациях можно достичь компромисса.

- Супер, - кивает Резник. - Террорист номер один. Он очень уступчивый парень. Каждый мечтает пообщаться с таким типом.

- Хватит, Глеб, - заявляет Тимур и переводит взгляд на меня. - Я уверен, ты справишься. Ты уже понимаешь, что надо ему сказать. Лучше тебя этого никто не сделает.

Он опять обжигает мои губы поцелуем. Сжимает в объятьях, вбивает в свою широкую грудь, сливая биение наших одержимых сердец воедино.

Да, я справлюсь, обязательно справлюсь, если только сумею отлипнуть от этого невозможного мужчины.

- Тимур, - шепчу, лишь стоит нам оторваться друг от друга.

Ты моя мечта. Безумная и шальная фантазия, которая вдруг воплотилась в жизнь и стала реальностью. И мне даже не нужно об этом рассказывать вслух. Ты и так все мои слова наперед знаешь. Читаешь мои мысли безошибочно. Чуешь. Чувствуешь. Улавливаешь малейшую перемену настроения.

Я не могу тебя потерять. Никогда. Физически. Не могу, не хочу. Теперь осознаю это особенно четко. А значит, буду бороться. За нас, за нашего малыша.

+++

- Собирайся, нам пора, - говорит Генерал.

Он толкает вперед кресло-каталку и захлопывает дверь ногой. Сдергивает медицинскую маску, которая прикрывает его лицо, будто и правда думает, что иначе я не узнаю его.

- Чего ты ждешь? - спрашивает мрачно.

- А зачем мне с тобой ехать?

- Твой ублюдок сдох.

- Этот ублюдок - отец моего ребенка, - бросаю холодно. - А еще он твой родной внук. Нравится тебе или нет, но теперь между нами кровная связь.

- Да, - мускул на его щеке дергается. - Некоторые вещи нельзя исправить. Но если бы я мог, разрешил бы проблему прямо здесь и сейчас.

- Проблема? - против воли вскидываю бровь. - Что это значит?

- Твой ребенок, - выдает таким тоном, будто произносит грязное ругательство. - Теперь слишком поздно от него избавляться. Срок большой. И да, дьявол побери, ты права. Мы связаны кровью.

- Ты совсем с ума сошел, - шепчу сдавленно и рефлекторно обнимаю себя, прикрывая живот ладонями. - Несешь полный бред. Я не позволю тебе до меня дотронуться.

- Обойдемся без истерик, Рони, - нервно мотает головой. - Конечно, я не стану рисковать твоим здоровьем. Убивать родного внука тоже не собираюсь. Хотя мерзко представлять, что родится на свет от такого отца.

- Держись от меня подальше.

Я отступаю назад.

- Рони...

- Не подходи!

- Я не оставлю тебя, - чеканит Генерал. - Твой урод перешел дорогу серьезным людям. Не знаю, кто его убрал, и знать не хочу. Но дочь я в обиду не дам. Ты под моей защитой.

- Прекрати.

-Тише, Рони.

Он подходит ко мне вплотную, стягивает стерильную перчатку с руки, проводит ладонью по моей щеке. Даже в детстве так нежно до меня не дотрагивался, но сейчас от этого жеста я дергаюсь, будто ошпаренная.

- Не прикасайся, - шиплю. - Не дотрагивайся. Сказала же! Я никуда с тобой не поеду. Ты меня силой отсюда не выволочешь.

- Придется сделать инъекцию и увезти тебя без согласия, - заключает Генерал. - Препарат не имеет никаких противопоказаний, но я бы не стал его вкалывать. Слишком хорошо помню, чем закончилась прививка для моей покойной дочери.

- Заткнись! - кричу. - Черт, почему ты просто не заткнешься? Диана жива. Хватит уже нести всякую чепуху. Моя сестра жива. У тебя две дочери. Две! Понимаешь?!

- Это не жизнь.

Я стараюсь взять эмоции под контроль, но меня раздирает на части, рвет на куски от каждой фразы Генерала. Стоп. Ладно. Я должна выдохнуть и сосредоточиться. Нужно подвести его к откровенному разговору, но получается это чертовски плохо.

- Я поеду с тобой, - блефую, ведь выхода нет. - Если ты перестанешь говорит гадости про Диану. И еще - ты должен сказать мне, где сейчас находится отец Тимура.

- Зачем тебе знать? - в глазах отца вспыхивает явное удивление.

- Я хочу закончить то, что мой муж не успел. Отомстить.

Генерал отступает на шаг назад, действует так, точно получает от меня удар.

- Отомстить? - его желваки ходуном ходят. - За эту паскуду?

- Замолчи, - сглатываю. - Не смей оскорблять моего любимого мужчину. Меня накачали успокоительными, только это сейчас и спасает. Иначе бы я вообще говорить не могла. Я отказываюсь верить, что его больше нет.

Ложь дается с трудом. Слова ощущаются на языке будто гранитные камни. Но приходится выкручиваться и придумывать на ходу. Нужно объяснить свое состояние Генералу. Я же пару часов назад потеряла своего супруга, а выражаюсь так, словно ничего особенного не произошло.

- Рони, - голос Генерала резко меняется, обдавая меня льдом. - А ты же вспомнила. Да? Ты все вспомнила про ту ночь. Поэтому тогда звонила и просила помочь, вытащить тебя от твоего любимого.