Валерия Ангелос – Любовь Дикого (страница 96)
— Сказал же, — заключаю твердо.
— А говорил, что давить не будешь.
— Так я не давлю.
— Конечно, — кивает. — Просто все должно быть так, как ты хочешь. И никак иначе. Разве это давление?
— Ладно. Понял.
— Да? — протягивает.
— Да, понял я, понял, — хмурюсь. — Как ты хочешь?
— Компромисс хочу.
— Заехать прямо сюда? Когда ты закончишь?
Согласно качает головой.
— Во сколько?
— В десять.
Блять, так поздно. Сегодня быстрее освобожусь. И лучше бы время не терял. Совсем. Сразу бы к ней.
Ну посидели бы вместе. Реально бы не дергал ее. Не отвлекал. Своими бы отчетами занялся. Мне дохера всякой хуеты присылают. Можно сутками перечитывать все это дерьмо, и не закончить.
— На работу тебя отвезу, — говорю ей.
— Хорошо.
Не все сразу.
Принято.
И что такого хуевого в том, что я всегда прав?
Ну ничего. Хочет компромисс — сделаем. Все равно через время она поймет, как надо.
А пока… пускай. Ей нервничать нельзя. Напрягаться тоже.
— Пора ехать, — говорит тихо, зовет: — Демьян?
— Давай еще посидим.
Завтрак закончили. Чай выпили. Но так охуенно с ней, что совсем не тянет из рук выпускать. Особенно теперь.
Зарываюсь лицом в ее волосы.
— Тише, — тормозит меня. — Прическа.
Собираю пряди в кулак, сдвигаю в сторону. Аккуратно. Прижимаюсь губами к ее шее сзади.
Она подается назад. Слегка. Будто движется мне навстречу.
Покрываю ее поцелуями. Опускаюсь к плечу, чуть убирая кофту в сторону, оголяя кожу.
Катя словно забывается. Слегка прогибается. Отклоняясь ближе ко мне.
От этого чувственного жеста, от того, как сейчас ощущается ее тело в моих руках, мозг плавит окончательно.
Дальше целую. Жарче. Прокладываю дорожку от шеи к плечу, осторожно прихватив нежную кожу зубами, слегка царапаю.
Она всхлипывает. И видно, это заставляет ее очнуться.
— Ой, время, — роняет, на часы глянув. — Все. Надо ехать, иначе опоздаем.
Спохватывается. Очень не вовремя.
Ладно. Похер. У нас еще весь вечер впереди. И ночь. Некуда спешить.
46
Пиздец меня ломает, когда приходит момент отпускать Катю в офис. Аж нутро режет. Умом понимаю, что расходимся только до вечера. Скоро приеду к ней. Снова увидимся.
Но блять, тело свое требует. Дикая жажда под ребрами поднимается. Острая потребность.
Хочу, чтобы она рядом была. Сейчас. И вообще. И дело давно стало гораздо глубже чем трах. Можно и просто рядом лежать. Или завтракать как сегодня. Похуй. Главное — она близко. Вплотную ко мне.
Эта улыбка ее. Пусть и легкая, едва заметная. Искры в глазах. Яркие, светлые. Запах, который все вокруг пронизывает, пропитывается насквозь.
Кайф. Вся она будто под заказ. Чтобы меня нахрен с ума свести.
— Хорошего тебе дня, — говорит Катя и тянется, чтобы дверь открыть.
— Стой.
Руку ее перехватываю. Ладонь. В своей руке сжимаю.
— Не торопись так, — прибавляю.
Замечаю, как она бросает беглый взгляд на часы, а после на меня смотрит. Чуть прищуривается.
— Демьян… — начинает, видно, собирается опять все высказать.
Как давлю, как туго иду на компромиссы.
Но я ей такой возможности не даю. Накрываю ее затылок ладонью. Поддаюсь вперед и приоткрытые губы запечатываю. Целую жадно и глубоко. Сам дурею от того, как она откликается. Не сразу. Сперва напрягается, сопротивляется. И ладонями в мои плечи упирается. Но после будто слабеет. Тонкие пальцы уже совсем иначе скользят. Перемещаются на мою шею, чуть царапают.
И она отзывается. Сама открывается мне.
Блядь. Затягивает пиздец как.
Но теперь притормаживаю. Силой себя заставляю от нее оторваться. Ебучий компромисс. Да. И никакого нахуй давления.
— Демьян, — выдыхает она уже совсем иначе.
С другим выражением. Точно снова забывается. И рушится вся эта ее четко выстроенная защита.
— Это чтобы лучше работалось, — говорю.
— Да? — брови приподнимает.
— Да, — киваю. — Нам обоим.
Ее пальцы скользят по моей шее. Безотчетно. А после вдруг на затылок перемещаются.
Охуенно чувство.
Сука, вроде простой жест, а пробирает до хребта.
— Сегодня встреча, которая многое решит, — замечаю. — Вот увидишь, ты не за уголовника замуж выйдешь. Моя репутация поменяется.
Молчит. И смотрит так… странно. Задумчиво? Не разобрать. Не могу сейчас эмоции выхватить. Она как будто снова ускользает. Далеко.
— Я бы не давал тебе никаких гарантий, если бы не был уверен сам, — продолжаю твердо.
— Хорошо, — медленно кивает. — Я поняла.